— Безумие… О Лу Солар…

Ошеломленный возглас сорвался с губ Сэнфорда. Палуба накренилась по диагонали к корме и ходила ходуном из стороны в сторону, но он намертво вцепился в правые леера. Капитан высунулся всем телом наружу, не в силах оторвать взгляд от разворачивающейся позади картины.

В его единственном широко распахнутом глазу непрерывно мелькали фиолетовые вспышки.

Этот свет рождался в глубине бушующей вдалеке метели, на которую обрушивался непрекращающийся ливень молний. Именно поэтому Сэнфорд, обычно высматривавший путь впереди и по бокам при подъеме на волну, сейчас обернулся назад. Конечно, главной причиной было то, что подгонявший корабль ветер внезапно утих, но сейчас это не имело никакого значения.

Разряды молний, сталкиваясь со снежной бурей, дробились на бесчисленное множество фиолетовых нитей и разлетались во все стороны. Казалось, будто молнии пускают корни или сама снежная буря жадно впитывает в себя сверкающее лиловое электричество.

— Ох…

Сэнфорд не мог знать, что это чудовищное явление возникло из-за того, что молнии сталкивались, раскалывались и преломлялись о мириады наполненных маной ледяных кристаллов. Он мог лишь завороженно смотреть на совместное творение заклинания седовласой ведьмы и мощи Трансцендента, испытывая дикую смесь благоговения и первобытного страха.

Сквозь грохот взрывов доносились едва различимые, леденящие душу крики. В глубине снежной бури, пронизанной фиолетовыми росчерками, корчились и извивались массивные силуэты чудовищ. Это место превратилось в сущий ад из яростного холода и молний. Сэнфорд перевел взгляд на края боевого столкновения, где уцелевшие корабли и морские чудовища в панике пытались убраться подальше от бушующего шторма.

— Великий Воин Грома…

Изумленный, едва членораздельный возглас раздался у него из-за спины. Только тогда Сэнфорд вздрогнул, моргнул и повернул голову. Хашим, который незаметно подошел к нему, тоже неотрывно смотрел на поле боя далеко за кормой.

— Богини мои… подумать только, что и этот слух оказался правдой!

На его лице, пока он бормотал эти слова, отразилось крайнее потрясение. Сэнфорд слегка нахмурился, хотя сам всего мгновение назад выглядел точно так же. Реальность, о которой он на секунду забыл, мгновенно вернула его на землю.

— Ты что здесь забыл вместо того, чтобы следить за гребцами?

— Они всё равно ничего не слышат из-за грома, капитан! Да и какая разница, вы только посмотрите! Слухи не врали! Сверхчеловек Севера — истинный полубог! Мы перевозим на нашем корабле того, кто вскоре станет новым богом! — воскликнул Хашим, чьи глаза лучились полнейшим восторгом, пока он всматривался в линию столкновения.

— Это еще не значит, что мы переберемся через море живыми.

— …Что?

— Ты уже позабыл про Черное Море? Когда сталкиваются морские чудовища, даже китов разрывает в клочья. А ну приди в себя! — прикрикнул Сэнфорд, вскидывая правую руку и указывая вперед по правому борту.

— Сейчас тебе нужно смотреть не на то, что творится позади, а вон туда!

Только тогда Хашим повернул голову. Когда судно взлетело на гребень очередной волны, их взору открылась бескрайняя гладь бурлящего темного моря, словно охваченного штормом. Далеко впереди отчетливо просматривался крошечный, но яркий огонек. Толстые губы Хашима зашевелились:

— Маяк у пролива!

— Именно! Если не хочешь упокоиться на морском дне в компании полубога, думай лишь о том, как подобраться к нему поближе! Это задание, которое дал нам Трансцендент. Слышал?!

Хашим согласно закивал на слова Сэнфорда:

— Да!

— Тогда спускайся к гребцам и командуй! Хоть пиво им в глотки заливай, хоть спины плетью дери, но чтобы они ни на секунду не смели остановиться!

Сэнфорд резко опустил вытянутую руку и с размаху звучно хлопнул Хашима по плечу; его единственный глаз пылал яростной решимостью.

— За всё, что случится потом, отвечать буду я, так что пошевеливайся! Живо!

— Д-да, капитан! — выкрикнул Хашим.

Его голова дернулась, словно в памяти всплыли старые армейские порядки, и он резко развернулся. Хашим побежал по палубе, озаренной всполохами от жаровни.

В этот самый момент через леера перехлестнул фонтан брызг, а нос судна тяжело ухнул вниз и завалился вперед.

— Вы в порядке, жрица?! — прокричал Сэнфорд, пригибаясь и прижимаясь спиной к ограждению.

Посреди палубы жаровня, объятая бушующим священным пламенем, даже не покачнулась и ни на дюйм не сдвинулась с места.

— Не беспокойтесь, капитан.

То же самое касалось и Люсии, стоявшей перед ней на коленях. Мукапа, который в какой-то момент вырос рядом с ней, наклонился, чтобы поправить раскатившуюся кучу дров. Одной рукой он крепко сжимал рукоять боевого молота, упертого в палубу наподобие посоха.

Посмотрев на скрытое маской лицо Люсии, которая сидела с идеально прямой спиной, Сэнфорд вскинул указательный и средний пальцы:

— Два часа! Нам нужно продержаться максимум два часа! Пожалуйста, поддерживайте благословение Пылающей Богини до тех пор!

— Я смогу удерживать его три часа или даже дольше, даже если начнется бой. Так что за меня не переживайте, — ответила Люсия, подбрасывая полено в жаровню и тут же подбирая сбоку очередную щепку.

— Понял. Пожалуйста, зовите в любое время, если понадоблюсь! — прокричал Сэнфорд.

Он выпрямился и зашагал прочь, не сводя взгляда с приподнятой по диагонали кормовой палубы.

Сквозь угасающие фиолетовые сполохи, что еще недавно полыхали среди грозовых туч, отчетливо проступила спина воина, объятого пылающей красной божественностью. Уже убрав свой золотой щит, он приземлился на палубу, пока его мантия яростно развевалась по ветру. То же самое сделала и находившаяся рядом с ним сребровласая фея.

— Я делаю всё, что мне велят, так что просто дайте мне выжить, умоляю. Тогда я стану как Хашим…

Ветер хлестал по отчаянному лицу Сэнфорда. Он поднял взгляд на паруса, которые снова поймали ветер, и наконец остановился перед лестницей. Вцепившись правой рукой в перила, он перегнулся через край и снова сорвал голос:

— Левый борт! Не расслабляться! Гребите так, словно подыхаете! Это ваш шанс вознестись на небеса, а не провалиться в преисподнюю! Если вы умрете за веслом, сама Пылающая Богиня явится, чтобы забрать ваши души!

— Хорошо бы, если бы она просто не швырнула их в жаровню.

Йен, сидевший на палубе, медленно переводил дыхание. Его накрыла пульсирующая головная боль и головокружение — последствия того, что он за короткий промежуток времени растратил колоссальное количество магии. Конечно, это вряд ли шло в какое-то сравнение с тем, что сейчас испытывала Тесайя.

— Ты как, в порядке? — спросил Йен, убирая Стальной Меч из Истинного Серебра в ножны на поясе.

Сребровласая фея, которая буквально распласталась на мокрой палубе, подняла большой палец вверх и ответила:

— Не совсем, но жить буду.

Заклинание “Метель” выжало её до капли. Мало того, что это была высокоуровневая магия, так еще и площадь поражения оказалась колоссальной. Учитывая огромное расстояние, объем маны, который она влила в это единственное заклинание, наверняка превосходил любое воображение.

Разумеется, она получила серьезную подпитку от магического камня, закрепленного в её сфере, но это не отменяло того факта, что она истощила колоссальные запасы собственной магии.

— Профессиональный ответ, достойный способного заклинателя, — с тихим смешком отозвался Йен.

В любом случае, результат впечатлил даже его самого. Он и сам не ожидал, что молнии, обрушившиеся на снежную бурю, начнут ветвиться подобно цепной молнии.

— Приятно получить признание напрямую от Йена, — ухмыльнулась Тесайя, поворачивая к нему голову.

Вены, до этого пульсировавшие вокруг её глаз и в самих зрачках, исчезли без следа.

— Ты показала результат, который невозможно игнорировать, — с готовностью пожал плечами Йен.

Снежная буря, нёсшая в себе ледяные кристаллы и лютый холод, пронеслась по флоту, разрывая тела матросов в клочья и мгновенно превращая их в лед. А обрушившийся следом ливень молний буквально разнес их на куски. Зрелище того, как они превращались в фонтаны крови, а затем разлетались алыми кристаллами льда, было жестоким, но впечатляющим.

[ — Это было стоящее зрелище. Особенно то, как прихвостни этой недоделанной твари взбесились.]

Ленивый, со смешком шепот Йога повис в воздухе, и Йен едва заметно кивнул в знак согласия. Снежная буря не причинила особого вреда морским чудовищам, но молнии заставили их корчиться в предсмертной агонии. И в этом не было ничего удивительного. В конце концов, заклинание было усилено энергией хаоса. Некоторые из тварей точно погибли — резкий скачок очков опыта служил тому лучшим доказательством.

— А ты, Йен, сам-то как? — спросила Тесайя.

Всё еще растянувшись на палубе, она снизу вверх посмотрела на Йена и сделала короткий кивок головой.

— Боги сейчас наверняка наблюдают за нами… То заклинание явно не было создано одной лишь маной.

— Ну, если они не хотят лишиться апостола, которого только что вернули, им придется проявить щедрость и понимание. К тому же они и так уже всё знают, — невозмутимо бросил Йен и пожал плечами.

В конце концов, боги видели его наполовину слившимся с хаосом на северном фронте. Лу Энтре через глаза Люсии определенно застала ту сцену. Раз Богиня всё равно даровала свое благословение, значит, она точно не считала его искажённым.

— Может, всё это время я просто излишне перестраховывался.

В этот момент брови Йена слегка сошлись на переносице. В его голове запоздало промелькнула мысль: боги давно знают, что он владеет хаосом, и им плевать. Он использует хаос, но при этом ни его тело, ни его душа не были отравлены безумием или повергнуты искажены.

Тесайя, не подозревая о его внутренних терзаниях, согласно кивнула и пробормотала:

— Вот как? Ну, разумеется. Ты никогда ничего не делаешь просто так.

С этими словами она приподнялась, опираясь на руки. Йен, очнувшись от своих мыслей, перевел взгляд за корму и добавил:

— Сможешь повторить? Если провернем это еще несколько раз, то выберемся отсюда целыми и невредимыми.

— И заодно нагребу целую гору опыта.

Тесайя кивнула:

— Конечно. Как говорится, лиха беда начало, да и нет тренировки лучше, чем настоящий бой. Уверена, в следующий раз я сотворю заклинание куда проще и быстрее.

— Я спрашиваю не про заклинание, а про остатоки твоей маны. Ты ведь уже выжала из себя колоссальный объем сил, — покачал головой Йен.

— Боялся, что я свалюсь от магического истощения? Как мило с твоей стороны. Но не переживай, Йен, я всё-таки старейшина фей. Мои запасы маны, пожалуй, будут побольше твоих.

Тесайя приторно-сладко улыбнулась и раскрыла левую ладонь, демонстрируя сферу.

— Не «пожалуй», а совершенно точно больше, — с блеклой, горькой усмешкой отозвался Йен.

Тесайя бросила на него укоризненный взгляд, словно упрекая за излишнее самоуничижение, и вытащила из мантии кожаный мешочек с запасными магическими камнями. Похоже, она собиралась заменить камень в сфере, пока тот не разлетелся в дребезги.

Доставая новый магический камень, она добавила:

— В общем, за меня не волнуйся. Помимо этого, у меня есть Сок Древа Жизни. Если почувствую, что силы на исходе, просто выпью его.

— Твоя правда… хотя жаль тратить такую ценность так рано.

Прикусив губу, Йен кивнул.

В любом случае, это было лучше, чем умереть в этом море. Он и сам был готов осушить флакон с соком, если прижмет.

— Что ж, тогда давай снова дождемся подходящего момента.

Тесайя, заменив магический камень в сфере, убрала мешочек обратно в карман мантии и так же резко вскочила на ноги. Головная боль и головокружение, похоже, полностью отпустили её — по всей видимости, благодаря благословению Лу Энтре, согревавшему её изнутри. У Йена мигрень тоже утихла.

[ — Друг мой, прежде чем мы снова займемся делом, мне нужно навестить Моро.]

Шепот Йога раздался как раз в тот момент, когда Йен последовал её примеру и выпрямился.

Его брови слегка сошлись на переносице:

— Тебе уже нужно идти?

[ — Я собираюсь поделиться с ним своей силой заранее. Когда он окажется на пределе, дергаться будет поздно. Будь он в своем истинном облике, проблем бы не возникло, но прямо сейчас ему тяжело вдвойне.]

Существо издало звук, похожий не то на гудение, не то на смешок.

[ — В этой отвратительной жаре его буквально заживо поджаривает, а ему вдобавок ко всему приходится удерживать маскировку.]

— И то верно.

Йен хмыкнул и кивнул, пока в его памяти вспыхивали воспоминания о северном фронте. Когда он сам наполовину трансформировался охваченный божественной силой, его поглотила невыносимая, сжигающая боль. Пускай Моро и Йог сейчас испытывали не настолько сильные муки, ощущения у них наверняка были схожими.

Бусина эссенции мощно извергла энергию хаоса. Следом шею Йена пронзила острая боль. Существо, отпив куда больше крови, чем обычно, выползло наружу и заскользило вниз по его доспехам. Посередине её тела отчетливо виднелось утолщение, будто она проглотила перепелиное яйцо.

[ — Если ты не против, могу я по возвращении остаться с нашей остроухой подругой? Когда я рядом с тобой, мне кажется, будто мое сознание просто плавится.]

Йен с коротким смешком отвернулся и бросил:

— Делай что хочешь.

Взор Йена устремился за кормовые леера. Судно, преодолев несколько бурных валов, взбиралось на очередную огромную волну. Яростный рев морских тварей теперь плотно смешивался с грохотом шторма.

— Кажется, они не на шутку взбесились, — пробормотала Тесайя, которая в какой-то момент снова взобралась на кормовые перила.

Удерживаясь правой рукой за деревянную конструкцию, она весело ухмылялась.

Йен, перейдя к противоположному краю деревянной конструкции, хищно улыбнулся ей в ответ:

— Похоже на то.

Уцелевшие корабли флота архипелага теперь светились куда более ярким синим светом, пока неслись вперед на полной скорости. Они больше не извергали туман во все стороны, а плотно укутывали им свои корпуса, точно саваном. Мерцающие синие блуждающие огни выглядели так, словно парили над самой водой. В довершение всего, суда перестраивались, формируя подобие огромного наконечника стрелы.

— Они ведь заметили нас, верно?

А на самом острие этого вражеского построения находилась Черная Волна — корабль, несший Йена и его спутников.