С того самого момента, как на доске появилась надпись «Выбор последователя», а Аделин начала давать пояснения, Сесилия уже приняла решение.

Она выберет Халлибала в качестве своего последователя.

Причина была проста — она хотела стать сильнее.

Халлибал был её целью. А раз уж она станет его последовательницей, то будет постоянно находиться рядом, а значит, появится масса возможностей для роста.

Однако была и другая причина, которую она не могла отрицать даже перед самой собой.

«Потому что я хотела узнать Халлибала получше».

После их первой встречи было несколько контактов, но всё ограничивалось короткими визитами в лазарет или болтовнёй ни о чём.

Поэтому, по правде говоря, она почти ничего о нём не знала. Да и Халлибал, должно быть, никогда не проявлял к ней особого интереса.

В этом смысле данная практика была прекрасной возможностью. Она надеялась, что, проводя время вместе, сможет естественным образом лучше понять его.

То ли по воле судьбы, то ли по чистой случайности, несмотря на низкий балл, она попала в один класс с Халлибалом и в итоге сумела стать его последовательницей.

«Теперь можно будет потихоньку узнавать его ближе».

Она так думала, но…

— Эй, там выпал белый шард.
— А? А, поняла.
— Белые шарды собирай внимательно. В будущем их можно будет синтезировать.
— А, угу.

Сейчас она была в роли носильщика.
Стоило ей поднять голову, как перед глазами снова возникала лишь спина Халлибала.

На самом деле, с того момента, как они вошли в данж, она постоянно видела только его спину.

Появляется монстр — Халлибал его уничтожает, выпадает добыча — Сесилия её подбирает.

«Да это же просто работа носильщика…»

Золотое дитя дома Рен плетётся за парнем, собирая трофеи.
При этом Халлибал даже не оглядывался, просто продолжал идти вперёд.

Сесилия тихо вздохнула.

«Я ожидала совсем не этого…»

Картина, которую она рисовала в голове, входя в данж, заключалась в том, что они будут вместе взмахивать мечами, работая в унисон, беседовать в пылу сражения и понемногу узнавать друг друга в условиях смертельной опасности.

А что же получилось на деле?

После спарринга с Халлибалом Сесилия определённо выросла.
Она обрела не только стремление к фехтованию, но и способность объективно оценивать себя и окружающих.
Благодаря этому она могла смутно улавливать тонкие эмоции, которые испытывала сестра Сения по отношению к ней, да и Халлибала стала лучше понимать, чем когда-либо.

И вот тогда она осознала: у него от природы такой характер, что он не раскрывает себя. Но он определённо добрый человек.

Даже сейчас — пока он был поглощён прохождением данжа, в его глазах, когда он смотрел на тела погибших имперских солдат, читалось явное сочувствие.

Кажется безразличным, но по своей сути он человек, тяготеющий к добру. Поэтому он наверняка не игнорирует её специально.

Но…

«Всё равно, я не думала, что он окажется настолько безучастным».

Халлибал до сих пор не спросил Сесилию ни о чём.
Какой она человек, какое у неё прошлое, какие у неё цели.

Более того, он даже не поинтересовался, что она любит, что ненавидит и почему выбрала именно его своим последователем.

Как будто он уже и так всё знает.

Из-за этого у Сесилии не было шанса проявить себя.
Говорили, что последователи должны узнавать друг друга в течение месяца, но разве это не несправедливо?

— Согласно карте, скоро будет босс.
— Уже?
— Ага. Мы справились быстрее, чем я думал.

Шестой разговор с момента входа в данж.
Разумеется, в этот раз всё снова ограничилось сухим пояснением.

Сесилия стиснула зубы.

— Босс — Гоблин Лорд. В записях сказано, что он бьёт молниями с дистанции.

До этого момента она терпела, но больше не могла.

— Кажется, тебе тоже не помешала бы помощь, да? Как твоя выносливость?

И вот тогда она выбросила белый флаг. Нет, она больше не собиралась сдерживать свой своенравный характер.

— Халлибал Велдер.
— Чего? Есть вопросы?
— Я люблю пить цветочный чай и проводить время за чтением книг, придурок ты такой!

От неожиданного заявления Халлибал повернул голову.
С тех пор как они вошли в данж, у него впервые был озадаченный вид.

Однако Сесилия не смотрела на его лицо. Она просто опустила голову и продолжала говорить без остановки:

— Ещё я люблю ванильный торт, люблю мыться после долгой тренировки. Люблю сидеть у окна в дождливый день, бесцельно глядя наружу, заполнять доверху новые книжные полки и ходить на пикники с сестрой.

Было стыдно.
Но почему-то, когда она открыла рот, слова полились рекой, точно прорвавшаяся плотина.

— Конечно, есть и то, что я ненавижу. Думаю, все не любят сектантов Ордена Тартар, монстров или чёрное пламя… Но ещё я ненавижу вставать рано утром, безвкусную кашу, когда мне мешают читать. И больше всего ненавижу льстецов, которые пытаются подлизаться, когда я говорю серьёзные вещи.

Впервые она так раскрылась перед кем-то посторонним.
Даже Сения не была посвящена в такое признание. Она не могла остановить предательский румянец, заливший её лицо.

Пока она трижды накручивала край юбки на палец, Халлибал всё так же молчал и просто смотрел на неё.
Неважно. Она не ждала ответа.

Но об этом она обязана была спросить.

— А ты?
— …А?
— …Я только что всё рассказала. А что любишь ты?

Конечно, она не рассказала совсем всё.
Свои странные пристрастия, возникшие после спарринга с Халлибалом, она ни за что не хотела открывать.

Но большую часть она выложила.

На вопрос Сесилии Халлибал погладил себя по подбородку.
Казалось бы, просто ответь, чего он так серьёзно задумался? Сама-то она говорила о таких простых вещах, как ванильный торт.

Халлибал закрыл глаза и надолго погрузился в раздумья.
Сесилия чувствовала, как бешено колотится сердце, ожидая, пока он откроет рот.

Наконец, он пробормотал:
— Даже не знаю.
— Что?
— Понятия не имею, что я люблю.

Сесилия на мгновение широко открыла глаза от изумления.
Но Халлибал говорил искренне.

— Очнулся — чуть не умер. Стал скитаться без цели — попал в армию. Годами только и делал, что тренировался и зачищал данжи, а когда пришёл в себя — уже поступил в Академию… И вот теперь прохожу данж с тобой.

Он добавил с горькой усмешкой:
— Поэтому, кажется, я никогда и не задумывался о том, что мне нравится.

Сесилия лишилась дара речи.
Оглядываясь назад, она понимала: Халлибал всегда был либо на больничной койке, либо на тренировочной площадке с мечом.
Она ни разу не видела, чтобы он чем-то наслаждался или просто жил обычной жизнью.

— А, ну, раз в месяц на праздничный обед дают медовые булочки, их я вроде люблю.
— …Ха.

Стоило ожидать чего-то подобного.
Может, он всё это время показывал ей лишь спину, потому что она и сама не стремилась видеть ничего другого?

Сесилия вдруг оттолкнула руку Халлибала и выхватила у него факел.
А затем уверенно встала рядом с ним.

— Решила взять всё в свои руки?
— Ага. А то ты всё время шёл первым.
— …
— И шарды теперь подбираешь ты. С этого момента моё место здесь.

Халлибал пожал плечами, подобрал валявшийся на полу красный шард и спрятал за пазуху.

— Ты ведь собираешься приходить в данж каждый день после занятий, верно?
— Да. Но не буду бегать по одному и тому же. Если появятся успехи, нужно повышать уровень сложности.
— Срок последователя — всего месяц. Не кажется ли тебе несправедливым каждый день таскать меня за собой в данж?

Халлибал на мгновение задумался и кивнул, а Сесилия не упустила момента.

— Тогда — 15 дней.
— …Что?
— Разделим месяц напополам. 15 дней ты делаешь что хочешь, а другие 15 дней — как я скажу. Понял?

Лицо Халлибала заметно напряглось.
Конечно, он планировал весь месяц провести, зачищая данжи.

Но Сесилия не собиралась отступать.
С точки зрения логики и здравого смысла, она была права.
В конце концов, вряд ли заданием Академии было зачищать данжи все 30 дней подряд.

Сесилия твёрдо решила:
За то время, пока она будет его последовательницей, она обязательно выяснит, что любит этот чурбан.
А если ничего не любит — заставит полюбить.

Даже если он будет против — ничего не поделаешь. Уж что Сесилия умела лучше всего, так это действовать по-своему.

Халлибал, будто нехотя, ответил:
— …Пусть будет так.

В этот момент от его груди исходило прозрачное сияние.
Сесилия расширила глаза.
Свет исходил именно от «Рене», которую она ему передала.

— Что… что это?

Но свет тут же исчез, словно видение.
Сразу после этого Халлибал направил «Рене» в сторону Сесилии и издал короткий смешок.

— Ха.
— Да что такое? Что это сейчас было?.. Всё в порядке?
— Да ничего особенного…

Лицо у него было крайне озадаченное, но Сесилия интуитивно почувствовала: тот свет явно был необычным.
Как только он погас, сердце почему-то забилось гораздо чаще, чем прежде.

Сесилия пообещала себе: она непременно узнает и природу этого света, и всё, что связано с Халлибалом.

???

— Кийяаааак!!
— Ху-у…
— Ха-а…

Вслед за пронзительным криком босс Гоблиньего данжа, Гоблин Лорд, рассыпался прахом.
Противник оказался куда сложнее, чем предполагалось.
Даже несмотря на то, что шарды были подобраны с упором на защиту, игнорировать урон от его молний было невозможно.
Тем не менее последствия остались в пределах предсказуемого, и победить проблему не составило.

На руке виднелся след от ожога, оставленный красной молнией.
«Надеюсь, из-за этого я не стану «Красным Халлибалом»».

В ту же секунду выпавшие на землю частицы света впитались в рану, и она мгновенно затянулась.
Это был эффект «Люмена», кора Сесилии.
В оригинале было так же: эффект «Люмена» распространялся и на членов группы.
При таком раскладе можно было обойтись без помощи Мине в лечении. Это означало, что Сесилию придётся брать в данжи в обязательном порядке.

Я осознал ещё кое-что.
Может, физическую атаку я ещё потяну, но уловить тайминг контратаки против магических заклинаний вроде молнии куда сложнее.
«На один лишь Джаст Гард рассчитывать не стоит».

Однако самым важным приобретением в этом бою стало иное.
«Это что сейчас было?.. Ивент на рост симпатии?»

Перед тем как войти в босс-рум, Сесилия ни с того ни с сего начала перечислять, что любит.
Я даже опешил, не понимая, с чего это она вдруг.
То, как она докладывала о своих предпочтениях, красная как помидор и тараторящая без остановки… Сесилия из оригинала никогда бы себя так не повела.

А когда она в ответ спросила о моих пристрастиях, в голове стало пусто.
«Что я люблю?»
Фарм? Редкие шарды? Нужно ли называть это любовью?
Нет. Это то, что приходится делать по необходимости.

В итоге, когда я кое-как отговорился, она выдвинула неожиданное требование: отдать ей 15 из 30 дней.
Требование было нелепым.
Но глядя в её решительные глаза, я поневоле кивнул.

В тот же миг «Милосердие» сверкнуло, и на «Рене» всплыло новое уведомление:

[Уровень симпатии Сесилии Рен вырос.]
[Уровень симпатии: 3]

Если бы это была игра, сейчас точно появился бы выбор из двух вариантов:
1. Принять предложение.
2. Отказаться.

Я выбрал «Приять», вот симпатия и выросла.
Интересно, что было бы, если бы я нажал «Отказаться»?

Так или иначе, в последовавшем следом бою с боссом я ощутил, что новые атаки Сесилии стали гораздо мощнее.
«Значит, и этот выбор оказался неплохим».

На самом деле, инвестиции ещё 15 дней вряд ли дадут драматический скачок в моей боевой мощи.
После получения Погребального клинка и настройки шардов 2-го ранга до зачистки Данжа кукол у меня в любом случае период стагнации статов.

Неужели Погребальный клинок не выпадет за весь месяц?
Но если время с Сесилией приведёт к дополнительному усилению характеристик — я только за.

— Кстати, что это? Раньше этого не было.

В этот момент Сесилия указала на место, где только что исчез труп Гоблина Лорда.
Там лежал старый деревянный ящик, от которого веяло магической энергией.

— Неужели… это сундук с сокровищами? Я слышала о них от главы дома.

«Так вот оно как выглядит».
В игре после зачистки появлялся интерфейс, где Абиссальное ядро крутилось, позволяя выбрать сундук.
В реальности, видимо, после победы над боссом он просто выпадает вот так.
Настройка о том, что магию в сундуке нужно очищать Абиссальным ядром, тоже оказалась правдой.
Стоило поднести «Рене», как замок с щелчком открылся.

Изнутри вырвалась красная вспышка.

Выпал Погребальный клинок?

[Двуручный меч Дробления (II)]

Выпал-то выпал.
Но не меч, а двуручный меч.

«И надо же было этому выпасть. Пустышка».

В Академии Конца было много разновидностей оружия, но двуручные мечи закономерно считались мусором.
Ни у одного из игровых персонажей двуручный меч не был основным оружием.
Арен — главный герой — как мечник, конечно, мог им воспользоваться, но…

[Атака 10 / Подвижность — 10]

С такой-то скоростью.
В духе серии «Дробления», прибавка к атаке была внушительной, но взамен отнималось 10 единиц Подвижности.
Это оружие требовало идти на жертвы, сковывая движения ради одного мощного удара. Даже до уровня «пользы под вопросом» оно не дотягивало.

Конечно, были и чисто прикладные причины, почему я не мог его использовать: я не умел обращаться с двуручниками, и, главное, он был слишком тяжёлым.

— Двуручный меч, — Сесилия тоже отнеслась к находке прохладно.
Поскольку её финальным оружием был прямой меч на базе «Синей полночи», интереса к нему у неё не было.

— …Может, попробуем разрубить его пополам и сделать парные мечи?

«Не думаю. Никогда не видел ничего хорошего в том, чтобы ломать клинки».

— И всё же, обидно, что это первое, что выпало из сундука…

У меня тоже упало настроение.
То, что серия «Дробления» выпала с первой попытки, обнадеживало, но тот факт, что я не могу её использовать — настоящая проблема.
Академия Конца — игра не самая суровая, но такое отношение раздражало. Зачем давать оружие, которое даже надеть нельзя?

Тем временем Сесилия, пыхтя, подняла двуручный меч.
Похоже, будучи мечницей, она всё же хотела проверить баланс и попробовать взмахнуть им.
Но тут же устало покачала головой:

— Не выйдет. Он слишком тяжёлый, чтобы им можно было нормально размахивать.

И равнодушно добавила:
— Мне кажется, с таким… кроме сестры, никто не справится.

Мой взгляд невольно устремился на Сесилию.