Со смертью Алэйна магия хаоса, густым туманом окутывавшая второй этаж, разом рассеялась.

Как и в случае с данжем магических зверей, произошло очищение.

В следующий заход можно будет начать уже с третьего этажа.

Вообще-то, по-хорошему, следовало бы сегодня же добить босса, но и сделанного было более чем достаточно.

Да что там, честно говоря, в текущем состоянии мы оба были не в лучшей форме, чтобы двигаться дальше.

«Для начала свалим отсюда».

Верно. Нельзя же всё время лезть напролом.

Именно с такими мыслями я распахнул дверь, ведущую ко входу в данж.

— С возвращением. Вы двое.

Перед нами стоял Ладжен со светящимися от ехидства прищуренными глазами, а позади него выстроились с десяток святых рыцарей.

А ведь только что говорили, что никого нет?

— Благодаря вам, двое…

Крииик!

Не успел Ладжен закончить фразу, как я захлопнул дверь и снова отступил вглубь данжа.

— Ты даже не хочешь послушать, что он собирается сказать?
— Ага.
— Ну, в принципе, и так всё ясно.

Сесилия, кажется, тоже моментально оценила ситуацию и пожала плечами.

Тип с прищуренными глазами притащил с собой толпу рыцарей, которые «должны были отсутствовать», и устроил засаду прямо у входа в данж.

Очевидно, что ничем хорошим такой разговор бы не закончился. Мы изначально шли сюда, зная, что у них есть какая-то гнильца.

Конечно, у меня были и более весомые тому основания.

Ни я, ни Сесилия — не дураки.

Особенно я. Пусть у меня чувства не такие острые, как у Сесилии, но, вероятно, из-за огромного опыта получения ударов и многочисленных смертей…

В какой-то момент я научился кожей чувствовать жажду убийства, исходящую с близкого расстояния.

Было бы странно, если бы у этих парней, от которых буквально разило убийственным намерением, не было нечистых помыслов.

Поэтому я был уверен: эти люди ждали нашего выхода, чтобы с нами расправиться.

Однако одно вызывало лёгкое беспокойство.

В оригинале, когда проходил Арен, до такого доходить не должно было. Реакция была слишком агрессивной.

Неужели есть какая-то причина настолько открыто демонстрировать враждебность?

«Итак, что теперь?»

Внутрь мы-то вернулись, но со смертью Алэйна контроль над входом исчез.

Это означало, что если они захотят, то в любой момент смогут ворваться в данж.

Мы не теряли бдительности, не сводя глаз с выхода.

— …Не идут.

Но прошло уже десять минут, а дверь даже не шелохнулась.

Странно. Те, кто оперирует святой силой, не могли не почувствовать, что второй этаж очищен.

«Значит, есть какая-то другая причина, по которой они не могут сюда войти».

Ладжен не выглядел особо сильным бойцом. Значит, силовые действия должны были взять на себя святые рыцари.

Может, в этом месте есть что-то такое, чего им нельзя показывать?

Я невольно поднял взгляд на потолок и увидел святые фрески, совсем не подходящие этому особняку.

Подумав, я вспомнил, что основой этого данжа был храм.

Значит, высока вероятность, что в стенах этого храма спрятана зацепка, которая поможет нам прорваться через эту паршивую ситуацию.

Раз уж они выстроились в ряд у входа, то, скорее всего, обычными методами результат не изменить.

В первую очередь нужно найти эту зацепку.

«Было бы неплохо, если бы кто-нибудь пришёл на помощь…»

Я машинально покрутил в руках своё ядро.

Разумеется, здесь оно находилось вне зоны связи.

Кто бы мог подумать, что тот факт, что я никому не сказал о нашем походе, превратится в такой «снежный ком».

Как только выберусь, заставлю Эллиора попотеть, чтобы расширил зону покрытия.

— Сесилия. Кто-нибудь знал, что мы направляемся сюда?
— Что? Ты ведь сам просил никому не говорить?

Тоже верно.

— Но… думаю, сестра должна догадываться. Она была рядом, когда ты рассказывал про данж кукол. Даже если она не знала точной даты или времени, она могла догадаться, что когда-нибудь ты пойдёшь зачищать это место.

Значит, надежда на неё.

Кратко обрисовав Сесилии свои подозрения, мы уселись прямо на пол, чтобы передохнуть.

Ни зелья, ни «Люмены» не могли восстановить исчерпанную ментальную энергию.

Мы провели форсированный поход, сражаясь без перерывов с элитными монстрами и промежуточным боссом. Даже я с таким сталкивался впервые.

Сесилия, как и в прошлый раз, разложила еду.

Кстати, из-за внезапной атаки Алэйна в прошлой попытке я даже не успел попробовать.

Я взял кусочек мелко порубленного мяса и отправил в рот.

— М-м.

Нежное, тающее во рту. Это определённо вкусно.

Сладковато-солёный вкус, обволакивающий кончик языка, напомнил мне что-то вроде тушёных рёбрышек.

Но разве в средневековом фэнтези-мире умение готовить — это когда мясо на вкус как тушёные рёбрышки?

— …Ну как? Тебе нравится?
— Вкусно. Похоже, повара вашего рода знают своё дело.
— …Это приготовила я.

Я невольно наклонил голову набок.

Разве в первом прохождении не говорили, что это готовили повара?

Быстрее отвечай, кто из двоих: Сесилия из первой попытки или нынешняя, врёт?

…Впрочем, какая разница, главное — вкусно.

Закончив трапезу, мы сразу же принялись прочёсывать второй этаж.

На всякий случай я был настороже, но, как и ожидалось, со смертью Алэйна все монстры на этаже были подчищены.

Благодаря этому не пришлось уничтожать несчастных восковых кукол, так что на душе было спокойнее.

В этом плане всё точно такое же, как в оригинале.

Однако, сколько бы мы ни обыскивали второй этаж, никакой стоящей улики не нашлось.

В конце концов, мы добрались до комнаты босса, где по идее должен был состояться бой с Алэйном.

Посреди пустого помещения одиноко стоял книжный шкаф.

На полках — пять книг. Все до одной затрёпанные, засаленные от частых прочтений.

Этот шкаф, насколько я помню, в оригинале был простым объектом, который можно было разрушить.

Сломаешь — ничего страшного, не сломаешь — тоже. Никаких особых функций, так что в дополнительных прохождениях я часто просто проходил мимо.

Но здесь реальность. А в реальности книги можно читать, верно?

Я подошёл к шкафу и вытянул самую первую книгу.

На обложке значилось: «Журнал смотрителя Храма Покоя», а внизу стояло имя — Алэйн.

— Журнал Алэйна?
— Кто такой Алэйн?

А, точно, Сесилия же не знает.

Ничего не ответив, я сразу открыл первую страницу.

[Первый журнал]

Слава Главным Богам. Наконец-то сегодня меня назначили святым рыцарем-хранителем Храма Покоя. Но больше всего я рад тому, что смогу работать вместе со своими друзьями детства.

Восковые куклы, созданные ими, выглядят совсем как живые. Как они умудряются так ярко и живо запечатлеть образы героев, павших в битве со Злыми Богами?

Они каждый день молятся за души героев и создают кукол. Их добрые сердца трогают и меня. Клянусь перед Главными Богами, что отдам всё, чтобы защитить это святое место и моих дорогих друзей.

— Это… молитва святого рыцаря.

Начало журнала было обычным.

Записи о деятельности святого рыцаря по имени Алэйн после назначения в храм.

Но у меня возникли сомнения.

Друзья детства, о которых он говорит — это, вероятно, сёстры-близняшки Розе и Лилиан.

«Был ли у них в настройках игры пункт, что они друзья детства с Алэйном?»

Пусть я не знал лор до каждой буквы, но «друзья детства» — слишком важная информация, чтобы пройти мимо неё.

Не мог же я это пропустить.

Как бы я ни пытался вспомнить, ничего не приходило на ум. В истории Сении, как и в описании других персонажей, информации о том, что они друзья детства, не было.

Последующие три журнала были относительно обычными.

Конечно, не совсем обычными. Похоже, Алэйн питал романтические чувства к обеим близняшкам, Розе и Лилиан.

Нет, ну что это за святой рыцарь, который бегает на два фронта?

Написано вроде как трогательная история любви, но мне было сложно принять, что можно одновременно любить обеих близняшек.

Я бы так точно не поступил. И вообще, близняшки? С ума сойти. Как такое возможно?

Почему-то взгляд, которым Сесилия посмотрела на меня, был весьма подозрительным, но это, наверное, мне показалось.

И, наконец, пятая книга.

Она была в разы потрепаннее остальных, а местами виднелись бурые пятна, похожие на засохшую кровь.

Это, должно быть, кровь.

[Пятый журнал — первая часть]

Всё ложь. Всё было ложью. Церковь Главных Богов, эти лицемеры! Герои? Битва со Злыми Богами? Всё это наглая ложь! Те, кто покоятся в Храме Покоя — не герои. Это были жертвы для связи с Главными Богами! Церковь веками приносила в жертву живых верующих!

Розе и Лилиан всё узнали. Их чистые молитвы, их добрые сердца притянули души погибших к восковым куклам. Куклы по ночам шептали им о своей несправедливой смерти, о грязных тайнах Общины.

Нужно бежать. Но каждый раз, когда я пытаюсь выйти за пределы храма, чувствую на себе десятки взглядов из леса. Розе и Лилиан каждый день мучаются от кошмаров и угасают на глазах. Я, я должен был их защитить…

[Пятый журнал — последняя страница]

Узнали. Они идут. Розе… Лилиан… мои драгоценные друзья. Прошу, простите меня. Этого беспомощного рыцаря…

Вот она — правда об этом данже.

И причина, по которой лицемеры за дверью не могли войти.

Они не могли сами ступать на святую землю, которую осквернили своими руками. Ла…

В тот момент, когда я закрыл книгу, меня охватило смятение.

«…Этого не может быть».

Я знал, что Церковь — помойка. Но я не думал, что Главные Боги имеют к этому отношение.

В оригинальной игре Главные Боги были?? как милосердные существа, светлые божества, очищающие мир от зла.

Концовка Академии Конца всегда заключалась в победе над Злым Богом, и в процессе Главные Боги помогали Арену, делясь силой.

Но приносить в жертву людей для связи с ними?

Почему? На каком основании?

Сказать, что это лишь разложение Церкви, было бы слишком просто; слово «человеческое жертвоприношение» звучало слишком тяжело.

До сих пор было много моментов, отклоняющихся от оригинала. Бывали случаи, как с Сенией, которой вообще не было в игре.

Но впервые исказилась ключевая настройка, составляющая фундамент игрового мира.

Либо этот журнал врёт, либо…

В этот момент Сесилия, оглядывающаяся по сторонам, провела рукой по выемке в стене.

Углубление идеально совпадало с размером молота, который держал побеждённый нами Алэйн.

— Тот рыцарь, которого мы победили… похоже, это был Алэйн.

Её глаза наполнились гневом и грустью.

— Если в куклах были души… то те восковые куклы, которых мы уничтожили, возможно…

В этот момент, словно подтверждая, что мы прочитали все книги, дверь, заблокированная в углу второго этажа, отворилась.

Это была ведущая на третий этаж лестница, которая в оригинале открывалась только после поражения Алэйна.

Мы сунули все пять книг в рюкзак. И без колебаний шагнули в проход.

Отлично. По крайней мере, пусть это будет причиной, по которой ребята снаружи не смогли войти.

Но ситуации это не меняло.

Мы прекрасно знали, что как только вынесем этот журнал, они попытаются убить нас, чтобы уничтожить улики.

А больше всего беспокоило то, что этого вполне хватит, чтобы списать всё на бредни безумного святого рыцаря.

Так что этого недостаточно.

Решающего доказательства, которое перевернёт ситуацию, у нас нет.

И если оно существует, то, скорее всего…

Оно ждёт нас выше.

«На третьем этаже… кажется, был хор».

Как только мы прошли через коридор и ступили на третий этаж, Сесилия выдохнула.

— А…!

Перед нашими глазами предстал огромный концертный зал, а в нём — небольшая площадка для хора.

А вокруг, с раскрытыми ртами, будто поющие, застыли бесчисленные куклы.

Каждая из них была выполнена в виде мальчиков и девочек разных возрастов.

В памяти всплыл журнал Алэйна.

Это значит, что все они — жертвы, принесённые Главным Богам. Невинные дети, ставшие искупительной жертвой.

Красная ковровая дорожка разрезала зал пополам, ведя к проходу на крышу.

Если всё как в оригинале, часть этих кукол — монстры, которые без разбора начнут атаку, как только заметят нас.

Некоторые из них даже атаковали на расстоянии с помощью звуковых волн, издаваемых во время «пения».

Я помнил, что там есть хор.

Но факт того, что куклы, составляющие этот хор, были в форме маленьких детей, я не учёл.

— Что нам делать… — прошептала Сесилия с разбитым видом.

Что делать… Метод тот же. Всё перебить, как мы делали на первом этаже.

Тем более на третьем этаже нет элитных монстров, так что прорваться будет проще.

Но она имела в виду совсем другое.

Зная правду, она просто не могла заставить себя сделать это. Тем более когда куклы выглядят как дети, ставшие жертвами.

И, по правде говоря, я чувствовал ровно то же самое.

Мне тоже было не по себе.

Однако кто-то должен это сделать.

И если надо, то эту роль возьму на себя я.

«Фу-у».

Вздохнув про себя, я протянул руку Сесилии.

— Дай мне «Черное облако» и «Белый свиток».
— А…? А, хорошо.

Она, хоть и растерялась, но достала шарды и передала мне.

Я принял их и установил в сокеты в общей сложности пять спецшардов, включая «Бие», полученный от Алэйна.

[Активируются способности в соответствии с установленными спецшардами.]
[Спецшард: Бие]
[Особая способность: Танец тумана]

Открылась новая способность, но сейчас было не до этого.

Разберусь с ней уже после того, как пробьёмся на третий этаж.

Почувствовав, как сила шардов пропитывает всё тело, я зашагал по ковру.

Сесилия в ужасе ахнула.

— Постой! Ты что собрался делать?!

«Что делать… Сделаю то, что умею лучше всего».

Стоило ступне коснуться ковра, как из уст куклы-девочки, мило улыбавшейся справа, вырвалась острая звуковая волна.

«Там».

Легко отклонившись, чтобы избежать удара, я в один миг оказался рядом с куклой и вонзил клинок прямо в сердце.

Кукла без сил повалилась на пол. Словно погрузилась в глубокий сон — с тем же самым выражением, что было при жизни.

В отличие от первого этажа, я не стал сносить голову или кромсать тело.

Сработал навык «Мгновенное убийство».

На первом этаже я намеренно запечатал «Черное облако», чтобы вызвать дебафф защиты перед боем с элитным монстром, но на третьем этаже всё было иначе.

Поскольку здесь нет элитных монстров, я мог использовать это навык без ограничений.

Я продолжал двигаться по ковру.

Прислушиваясь к каждому голосу, доносящемуся с обеих сторон, я даровал им покой.

Это был единственный способ усыпить их, не повредив души детей больше, чем нужно.

Атаки стали яростнее.

Звуковые волны, срываясь с десятков голосов, странным образом звучали как пение.

Я молча шёл сквозь этот печальный хор.

С каждым шагом — один за другим — голоса затихали.

Сколько прошло времени?

Наконец, шумная музыка стихла, и я оказался перед проходом, ведущим на крышу.

Оглянувшись, я увидел, что зал всё ещё был полон кукол, выглядящих как дети.

Неразрушенные. Они просто выглядели так, будто спят.

Внезапно, взглянув на потолок, я услышал то, чего здесь не должно было быть: печальные голоса двух женщин.

Розе и Лилиан.

Они звали нас.