Яркая улыбка девочки, сиявшая еще мгновение назад, исчезла, словно задутая пронзительным холодом Республики.

Здесь снова стоял Герой, который, казалось, решил забыть свое прошлое и начать всё заново.

*Вжих.*

Выдернув двуручный меч из земли и положив его на плечо, Ария смотрела перед собой с таким спокойствием, которое невозможно было сопоставить с образом истеричной девчонки, какой она была всего пару минут назад.

Меч на её плече словно разорвался.

Появилась огромная пасть, извергающая жуткий визг.

От исходящей из неё ауры черной магии Оскоф нахмурился.

— Пожирающий меч Дуатейн?

Оружие, которое можно назвать живым. Его свойства и характеристики меняются в зависимости от того, кого или что оно поглощает, что открывает безграничные возможности.

Республика Кларк, активно исследующая оружие, проявляла интерес к этому мечу, но он был спрятан в Королевстве Гриффин, поэтому заполучить его не удалось.

— Скормила ему черного мага?

Оскоф выглядел озадаченным. В отличие от Королевства Гриффин, Республика Кларк активно использовала черных магов, поэтому у него были определенные познания в этой области.

Если Дуатейн источает такую мощную ауру черной магии, значит, поглощенный был непростым человеком.

И догадка Оскофа была верна.

В те времена, когда Ария, будучи Героем, была одержима Деусом Верди, она скормила Дуатейну двух черных магов из «Данте» и преподнесла его в дар Деусу, но тот отказался.

С тех пор она хранила меч, не зная, куда его деть, и вот теперь он пригодился.

— Ки-е-е-ек!

С визгом Дуатейна Ария взмахнула мечом. Несмотря на значительное расстояние, сила удара была такова, что само пространство, казалось, отшатнулось.

Лишь Сверхчеловек Оскоф устоял на ногах.

Его пилообразный меч яростно взвыл, издавая шум, под стать Дуатейну.

— Королевские ублюдки, вы просто смешны.

*Бум. Бум. Бум.*

Тяжело ступая, Оскоф двинулся вперед.

— Живете своей тепличной жизнью и мните себя кем-то великим.

*Бум.*

Остановившись прямо перед Арией, он посмотрел на неё сверху вниз. Даже просто поднять голову, чтобы взглянуть на трехметрового гиганта в Панцире, было для Арии непростой задачей.

Разница в росте более чем в два раза.

В ситуации, когда он подавлял её одной лишь массой, Оскоф высоко поднял свой пилообразный меч.

— Ваша элегантность и достоинство — лишь доказательство того, что вы никогда не боролись за жизнь по-настоящему.

*ББА-А-АХ!*

Меч с грохотом обрушился вниз, без колебаний вращаясь на земле. По идее, он должен был раздавить Арию в лепешку, разбрызгивая кровь во все стороны.

Но лезвие лишь высекало искры, вгрызаясь в землю.

Ария уже подпрыгнула и, держа Дуатейн обеими руками, вращалась в воздухе, словно волчок.

*Бам!*

Удар был настолько тяжелым, что трудно было поверить, что он нанесен рукой маленькой девочки.

Оскоф, получив удар по голове, на мгновение едва не потерял сознание и тяжело выдохнул.

Но Ария и Дуатейн на этом не остановились.

Аура черной магии, исходящая от Дуатейна, приняла форму руки и схватила отшатнувшегося Оскофа за плечо.

Притянув себя к нему, Ария продолжила серию атак, даже не касаясь земли.

Под градом ударов Оскофу пришлось поднять меч для защиты.

Ария, словно не подверженная гравитации, металась вокруг него, продолжая бой.

Держа в руках длинный и тяжелый двуручный меч, она сражалась в ближнем бою с противником, превосходящим её в размерах вдвое, и ни на шаг не отступала.

В отличие от её хрупкой внешности, стиль боя был невероятно жестким.

— Ха.

Глубокий, низкий выдох.

От одного этого звука по спине пробежал холодок. Оскоф поспешно поднял меч, пытаясь разорвать дистанцию, но...

*Бум!*

Обе ноги Арии с силой ударили в землю, и в тот же миг произошел взрыв маны.

Черная мана Дуатейна, словно чернила, начала заливать всё вокруг.

Пейзаж погрузился во тьму, словно накрытый огромной грозовой тучей. Оскофу показалось, что он парит в ночном небе.

— Полумесяц.

Меч девушки сверкнул, и удар, плавный, как лунный свет в ночном небе, обрушился на врага.

И на Панцире, несокрушимой броне, которую, как считалось, невозможно пробить, появились трещины.

*Хрусть!*

Панцирь раскололся, и Оскоф, находившийся внутри, впервые за долгое время коснулся земли собственными ногами.

Можно было бы сказать, что он обрел свободу от доспехов, которые считал своей вечной темницей, но Оскоф совсем не был этому рад.

— Не может... быть.

— Фух!

Не обращая внимания на реакцию Оскофа, Ария выдохнула и положила меч на плечо.

Показав серию ударов, которую можно было назвать фантастической, она не стала забирать его жизнь?

— Ты... проявляешь милосердие?!

Закричал Оскоф, чувствуя унижение, но Ария ответила равнодушно:

— Профессор просил меня ради него не забирать чужие жизни.

В Норсведене она отказалась от этой просьбы, но теперь всё изменилось.

Обычные школьницы не убивают людей почем зря.

— Но он реально нереально прочный. Пришлось даже «Полумесяц» использовать, чтобы сломать.

Ария пнула обломки Панциря Оскофа и нахмурилась, пробормотав, что это просто нелепо.

— Что это?

Ария видела множество трагедий и ужасов до регрессии, но такое видела впервые.

В отличие от твердой оболочки, внутри Панциря копошилось нечто, похожее на сотни червей, ищущих следующего хозяина.

Зрелище было настолько омерзительным, что к горлу подступила тошнота. Знал ли Оскоф, что носит на себе такое?

Ария отступила, полная сомнений.

Оглянувшись на Пинденай, она увидела, что та сидит, прислонившись к воротам «Детской зоны», и мирно сопит.

После поражения Оскофа Ликвидаторы, казалось, потеряли волю к сражению, но...

*Ззз-ззз-ззз!*

Звук, который каждый слышал хоть раз летней ночью, зазвенел в ушах.

— Комары?

Ария поморщилась и огляделась. Вокруг роились насекомые.

Глядя на собирающихся насекомых, Ария инстинктивно поняла.

Хозяин этих тварей — тот самый, кто создал Панцирь, вещь, которой не должно существовать в этом мире.

Насекомые, ползущие по земле и летящие по воздуху, начали собираться в кучу, формируя человеческую фигуру.

Вскоре рой рассеялся, и на его месте остался стоять сгорбленный мужчина.

Если Оскоф был в два раза крупнее Арии, то этот мужчина — наоборот.

Из-за сгорбленной спины он казался намного меньше Арии. Но если бы этот старик выпрямился, его рост, вероятно, был бы не меньше 180 см.

Старик, опиравшийся на трость, с интересом поприветствовал Арию:

— Как тебя зовут, девица?

— Не домогайся.

— Хи-хи, я не это имел в виду, но можешь понимать как хочешь.

Видимо, реакция Арии пришлась ему по душе, и старик, приложив руку к груди, представился:

— Я Фил'ай. Отец Пинденай, что стоит позади тебя.

— ...Чего?

Ария в удивлении обернулась. Пинденай, услышав это, собрала остатки сил и показала ему средний палец.

— Не пизди, урод.

Увидев её решительный отпор, старик, назвавшийся Фил'аем, расхохотался.

— Но вы же поверили? Было весело? На миг стало интересно, а? Ха-ха! Вот это называется чувство юмора!

— Сумасшедший ублюдок.

Пинденай, ставшая объектом шутки, заскрежетала зубами, изливая ненависть, а старик, вытирая выступившие от смеха слезы, ответил:

— Ха-ха-ха, я Бактус Николай, директор отдела разработки вооружений Республики Кларк. А еще я черный маг из «Данте», которых сожрал твой меч.

— ...Из «Данте»?

— Ага, ага. Подрабатываю там.

Кивая, Бактус подошел к расколотому пополам Панцирю и посмотрел на него.

— Хм, не ожидал, что ты сможешь сломать особый Панцирь Оскофа. Весьма впечатляет. Зато я получил отличные данные для исследований.

— И что теперь?

Ария снова сжала двуручный меч и приняла боевую стойку.

— Боюсь, у тебя не будет времени использовать эти данные. Ты станешь третьим членом «Данте», которого сожрет этот меч.

— Ха-ха-ха! Ты хочешь отдать мне и Дуатейн? Сегодня я получаю целый мешок подарков!

Казалось, они говорят на разных языках, но чувство отвращения было бесконечным.

Старик по имени Бактус был на редкость мерзким и отталкивающим типом, но при этом обладал силой, позволяющей ему так себя вести.

«Непростой противник».

Даже Ария, убившая двух черных магов из «Данте» одновременно, вынуждена была признать силу Бактуса.

— О, время пришло.

Бактус поднял голову, словно ждал этого.

Даже Ария из-за его подавляющего присутствия на мгновение забыла об этом.

Золотое сияние начало расходиться от маркера во все стороны, и вскоре оно приняло форму людей.

Существа в тяжелых золотых мантиях, составляющие элиту боевой мощи королевства.

Магические Инквизиторы.

И впереди всех стоял Верховный Судья Тайрон Ол Белокус.

Глядя на Тайрона, который равнодушно оглядывал окрестности, источая яростную боевую ауру, Бактус снова рассмеялся.

— Ха-ха-ха! Какая важная птица пожаловала! Королевство решило развязать войну?!

Бактус весело постучал тростью по земле, но Тайрон медленно повернулся, освобождая путь.

— Совершив деяние, лишенное всякого уважения к королевству, ты смеешь рассуждать о войне?

Златовласая девушка в платье, совершенно не подходящем для исправительной колонии, но с мечом на поясе, что не вязалось с платьем.

— Горбун, закрой рот, от тебя воняет. Боюсь, как бы я не выместила на тебе гнев за Норсведен.

Принцесса Королевства Гриффин, Элеонора Люден Гриффин. При её появлении даже Бактус широко раскрыл глаза и холодно улыбнулся без звука.

— Ого-го, сама принцесса пожаловала в такое опасное место.

— ......

— Здесь любой может погибнуть в результате несчастного случая, и никто не удивится.

*З-з-з.*

Один из жуков попытался сесть на белую кожу принцессы Элеоноры.

— Ха!

Но наткнулся на барьер маны Тайрона, стоявшего рядом, и сгорел дотла.

Золотые мантии Магических Инквизиторов, заставляющие пространство вокруг рябить.

Экипировка, которую можно назвать контрмерой против любой магии. Из-за их защиты даже Деусу было трудно сражаться с Тайроном.

— О-о.

Бактус проявил глубокий интерес к мантии Верховного Судьи. Это означало, что он ослабил бдительность.

— Тайрон.

По холодному приказу Элеоноры Верховный Судья Тайрон наполнил тело силой, сжал посох, похожий на копье, и бросился вперед.

Бактус расхохотался, глядя на внезапно оказавшегося рядом Тайрона.

Но посох Тайрона точно ударил Бактуса по сгорбленной спине.

*ХРУСТЬ!*

Спина выпрямилась, и Бактуса, словно насекомое, расплющило по земле. Мана Тайрона создала колоссальное давление, окончательно раздавив его.

— Д-директор!

Оскоф хотел отреагировать, но без Панциря он был бессилен.

Остальные Ликвидаторы тоже.

Перед подавляющей магической силой Тайрона они не могли даже пошевелиться.

Бактус, казалось, превратился в раздавленную сороконожку в яме.

— Ха-ха-ха! Вы и правда хотите войны?!

Но Бактус уже стоял рядом с Оскофом и смеялся. Тайрон в замешательстве посмотрел на труп, который он только что создал, но тот распался на сотни жуков и исчез.

— Принцесса! Вы понимаете ситуацию? Вы вошли в самый центр вражеского лагеря. Вы ведь знаете, как дорого стоит ваше тело, раз так поступаете?

Бактус облизал языком губы и даже нос, заливаясь смехом.

Элеонора лишь насмешливо улыбнулась в ответ.

— Дурак.

— А?

— Я закрывала глаза на ваши выходки, и ты решил, что я действительно ничего не знаю?

— ......

Варп-маркер, установленный Арией, завибрировал.

Золотой луч света.

Снова ударил с неба в землю.

На этот раз не потребовалось огромное количество маны, как для перемещения армии.

В золотом сиянии была лишь одна фигура.

— Ты знаешь цену крови, которую вы пролили?

— ...Ха.

Поняв, кто прибыл, Бактус впервые сжал трость с напряженным выражением лица.

*Глоть.*

Сглотнув слюну, он сгорбился, и жуки начали медленно собираться вокруг него.

— Скоро узнаешь. Насколько тяжела смерть.

Глядя на это, Элеонора мило улыбнулась.

— Сможете ли вы остановить его шаги?

И так.

Когда столб света выполнил свою задачу и исчез.

На его месте стоял мужчина с бесстрастным лицом, которого в королевстве называли Упокоителем.

Мертвая тишина опустилась вокруг, приветствуя его. В его печальных глазах, полных разных мыслей, отражалась Республика.

— Как же.

Вздох, обращенный к небу и земле.

Он произнес с искренним сожалением:

— Здесь шумно.

Словно он что-то видел.