В момент взмаха топора холодная аура распространилась вдоль траектории удара. Острые всполохи стужи напоминали волчьи клыки.

Зрелище было настолько впечатляющим, что на мгновение Пинденай могла показаться магом.

Однако Охотники проворно выставили вперед щиты, которые носили при себе, и блокировали её первую атаку.

Пинденай слегка приподняла бровь, увидев, как они сплотились и чисто отразили удар без особого ущерба.

«Неожиданно...»

Это была довольно организованная группа. Она подумала, что недооценивать их или относиться легкомысленно может быть опасно.

Но не более того.

Опасно только в случае пренебрежения.

*Пш-ш-ш-ш!*

Из варп-ботинок Пинденай повалил пар. Взмыв в воздух и бросившись вперед, она продемонстрировала внушительную скорость.

Но не настолько высокую, чтобы на неё нельзя было среагировать.

Изначально варп-ботинки предназначались для того, чтобы эффективнее использовать пространство в городской среде.

На такой открытой равнине они мало чем помогали, разве что позволяли ненадолго взлетать.

Тем не менее, для Пинденай это был один из способов сберечь выносливость.

Когда её Белый Снег беспощадно обрушился на врагов, преградивших путь поднятыми щитами, те, не выдержав натиска, попадали навзничь.

То, как она легко прорвала строй закаленных в боях Охотников, действительно напоминало появление волка, пришедшего растерзать стадо овец.

Однако.

— С дороги!

Здесь ей противостоял не беззащитный мальчик-пастух, а огромный бородатый мужчина.

Вейлбелтер, командир отряда Охотников, вышел вперед с таким же гигантским топором, как и у Пинденай.

Этому суровому детине больше подходило слово «наемник», нежели «охотник».

Пинденай, не зная, кто они такие на самом деле, даже начала прикидывать, не какая-нибудь ли это наемническая группировка.

*Ква-а-анг!*

Лезвия их топоров столкнулись, издав оглушительный лязг. Губы Пинденай растянулись в неудержимой улыбке.

— А, к черту мысли.

Вейлбелтер почувствовал, что она, сражаясь с ним, словно разговаривает с кем-то другим.

Хотя они вели ожесточенный обмен ударами, и с него градом лил пот, который не мог остудить даже холодный воздух.

— Нужно было просто избить вас и забрать с собой!

Едва она договорила, как её Белый Снег устремился вперед. Движения были настолько стремительными, что тяжесть оружия не ощущалась вовсе, но Вейлбелтер, блокировавший удары, невольно стиснул зубы так, что чуть не прикусил язык.

«……!»

Это не маркграф Дариус и не Сангун, Хранитель горы.

Откуда, черт возьми, вылезла эта чудовищная баба? Вейлбелтер был в замешательстве.

— Эй.

Низкий голос женщины, словно меч, нацелился ему в шею.

— О чем-то другом думаешь?

Вейлбелтер, оцепеневший от холода и не успевший даже сглотнуть, не смог выдержать удара, и его топор разлетелся на куски.

Развевающиеся белые волосы и сверкающие среди них кроваво-красные глаза.

Волк, охраняющий горный хребет.

Пусть это и позор для Охотника, но Вейлбелтеру пришлось признать.

В личном мастерстве ему не превзойти эту женщину. Значит, остается только одно.

— Взять её!

Охотники хлынули со всех сторон. Они не рыцари, для которых честь превыше всего.

Они не придерживаются правила «один на один» и не испытывают никаких моральных терзаний по отношению к добыче.

Полетели сети и арканы.

Стрелы и пули.

Мечи и копья.

Атаки сыпались градом, и было неясно, хотят они её убить или захватить живой.

*Пш-ш-ш-ш!*

Варп-ботинки Пинденай снова выпустили пар, и она взмыла ввысь, с легкостью уходя от всех атак.

Паря в небе, Пинденай широко ухмыльнулась, увидев знакомые лица, бегущие к ней со стороны Республики Кларк.

— Опаздываете, ублюдки!

Даже если Республика Кларк пала, маркграф Дариус не мог просто так ввести войска на территорию чужой страны.

Теракт в горах мог послужить поводом.

Но если Дариус по личному решению пересечет границу с армией, это станет проблемой не только для семьи Верди.

Охотники не принадлежат Республике, так что общественное мнение можно было бы повернуть так, будто это инсценировка Гриффина.

В такой неоднозначной ситуации.

Решением, безусловно, была Пинденай.

— О-о-о! Командир!

— Давно не виделись! Вы стали ещё красивее!

— Нам просто нужно разобраться с этими наглецами?!

Бойцы «Металлолома», сражающиеся теперь не за свободу, а за права Республики.

Они прибыли, чтобы расправиться с бандитами, вторгшимися на их землю.

В итоге впереди — Пинденай. А за ней — горный хребет и Сангун.

А позади — революционная армия, сражавшаяся за свободу от правления Великого Демона Магана.

— Ч-что это...

Почему вдруг ситуация обернулась так?

Вейлбелтер вздохнул, глядя на горы Норсведен, где пожар был уже полностью потушен.

* * *

— Ха-а.

Дея, сидя, закинув ногу на ногу, выдохнула с облегчением. Напряжение покинуло её тело, когда она посмотрела в окно на группу так называемых Охотников, которых привела Пинденай.

Всё разрешилось благополучно.

Когда Сангун попросил о помощи, она сильно волновалась.

Шутка ли — сам Дух-хранитель просит защитить его.

Но, как оказалось, всё было не так уж сложно. Точнее, можно было сделать так, чтобы это не было сложно.

«Это было недопонимание, возникшее из-за разницы в наших взглядах с Сангуном».

Услышав просьбу о помощи, она, естественно, подумала, что придет некто сильнее Сангуна, чтобы убить его или угрожать ему.

В таком случае семья Верди, разумеется, не смогла бы его защитить.

Дея пошла к Сангуну и объяснила ему всю безнадежность ситуации, но получила неожиданный ответ.

«Дух-хранитель гор не может противостоять угрозе из-за пределов гор».

Услышав это, Дея всё поняла. Они просто не поняли друг друга.

«Действительно, вряд ли в мире найдется безумец, способный одолеть такое чудовище в честном бою».

Дело закрыто.

С этими мыслями Дея потянулась.

Даже без Деуса Верди они способны на такое. Она даже подумала, что последний год они слишком сильно от него зависели.

«Нет, не в этом дело».

Просто он решал все проблемы ещё до того, как о них успевали заговорить или задуматься, так что у них просто не было возможности проявить себя.

Теперь, когда он вернется, она сможет с гордостью рассказать ему об этом случае.

*Бах!*

Дверь распахнулась, и вошли Дариус и Пинденай. А с ними — связанный Вейлбелтер.

Дея думала, его привели для допроса, но выражение лица Дариуса было неожиданно серьезным.

— Дея, похоже, это ещё не конец.

— А?

О чем он?

Пинденай толкнула Вейлбелтера вперед и пнула его под колено.

— Кха!

Упав на колени, он тихо простонал и осторожно поднял голову.

Дея встала со стула и кивком дала понять, чтобы он говорил. Вейлбелтер судорожно сглотнул и осторожно начал:

— М-мы — организация под названием «Охотники».

— Да, слышала.

Название показалось ей слишком прямолинейным, но лично Дее такая простота нравилась больше, чем что-то вроде «Данте».

— Н-на самом деле мы пришли сюда не просто чтобы убить Сангуна.

— ……

— Упокоитель Деус Верди! Мы пришли, чтобы найти его!

Рассказ продолжился.

Ради чего действуют Охотники. Кто их возглавляет.

И наконец.

Что это ещё не конец.

Чем больше Дея слушала, тем больше убеждалась, что у этого человека нет особой преданности к организации Охотников.

Просто поразительно, как легко он всё выкладывал.

— У этого ублюдка замок, похоже, только на нижней губе висел. Открылся под собственной тяжестью.

Даже Пинденай, не выдержав такой нелепости, отвесила ему подзатыльник.

Вейлбелтер, получив удар, смутился, но продолжил тараторить:

— М-мы скорее как отряд наемников, поэтому так. За исключением капитана Ранхарта и нескольких его подручных, преданность у нас невысокая!

— Разве ты не говорил, что ты второй человек в отряде?

Когда Дариус, скрестив руки на груди, задал этот вопрос, тот поспешно закивал:

— Это только потому, что у меня много подчиненных, Ранхарт дал мне эту должность номинально.

Стоя на коленях, Вейлбелтер тут же завопил. Он понимал: раз его поймали, единственный шанс выжить — переметнуться на эту сторону, поэтому активно помогал.

— Ранхарт придет! Он ни за что не оставит в живых меня, проигравшего и сдавшего информацию! Он настоящий зверь!

— ……

— О-он убьёт Духа-хранителя, а потом и Деуса Верди, чтобы забрать души, которыми тот владеет!

— Пусть попробует.

Её и раньше это раздражало, но теперь терпеть стало совсем невмоготу. Дея прищурилась и заскрежетала зубами.

— Ну давай, попробуй, если сможешь.

Перед кем он говорит такие вещи и кого собирается убить?

Понимает ли он вообще вес своих слов?

Взгляд Деи переместился, тяжело уставившись на горный хребет.