<Стой!>

Услышав команду, Сохо замерла перед едой. Призрак некромантки тут же подбежала к ней, похвалила и начала гладить.

Глядя на Сохо, которая теперь окончательно превратилась в домашнего питомца, я невольно вздохнул.

<Молодец!>

Их игры и смех напоминали ребенка, который выпросил у родителей кошку и теперь возится с ней.

Единственная разница — питомец был ёкаем.

Наблюдая за тем, как они резвятся в моей комнате, я вдруг обратил внимание на хвост Сохо.

— Разве их не стало больше на два?

Определенно, хвостов было два, а теперь их уже четыре. Когда я указал на это, Стелла тоже почесала щеку и кивнула.

<Д-действительно.>

— ……

Я бы хотел проигнорировать это, но не мог. Увеличение числа хвостов естественным образом наводило на мысль об одном конкретном ёкае.

«Что-то вроде кумихо?»

Если подумать, то, как Сохо меняла внешность, пытаясь соблазнить меня, или пряталась, прилипнув к потолку, вполне подходило под описание кумихо.

«Видимо, отразились ее личные желания».

Желание стать взрослой женщиной и быть вместе с другими ёкаями.

Когда же закончится этот спектакль девочки?

Сделав вид, что не заметил, я снова принялся собирать вещи.

Дело Иллуании и Гобена более-менее уладилось, а Сохо я решил пока взять с собой, раз уж Призрак некромантки так к ней привязалась.

— Хозяин!

В этот момент дверь с грохотом распахнулась, и вошла Пинденай.

Ей собирать особо нечего, так что она, должно быть, просто бездельничает.

— Мне скучно! Может, сходим на свиданку?

Зная, что в 70% случаев Пинденай ищет меня только ради пустой болтовни, я ответил привычно:

— Тогда помоги мне собрать вещи.

— Да тебе и собирать-то нечего. И мы ведь все равно отправимся только когда Гобен вернется, так? Это займет с неделю.

Казалось, мы покинем Норсведен с минуты на минуту, но по какой-то причине поводов задержаться становилось все больше.

И в этот раз Пинденай была права. Я собирал вещи заранее просто из-за своего характера, спешки на самом деле не было.

В таком случае.

— Хорошо.

— ...А?

<Подождите!>

<Да?>

Всего одно слово вызвало реакцию сразу у троих.

Ладно Призрак некромантки и Стелла, но Пинденай, которая сама предложила, удивилась больше всех, и это выглядело немного смешно.

— С-серьезно? Я вообще-то просто пошутила, чтобы подразнить тебя.

Пинденай растерялась.

Но я не шутил. Проходя мимо, я схватил ее за запястье и потащил наружу.

Сзади послышался разговор Призрака некромантки и Стеллы, но они не последовали за нами, видимо, проявив тактичность.

— Погоди, хозяин.

Когда мы шли по коридору, Пинденай резко вырвала руку и, с покрасневшим лицом, пробормотала:

— Дай мне 10 минут. Подожди на улице.

— ...Тебе не обязательно переодеваться.

Обычно она спокойно разгуливает в костюме горничной, так зачем переодеваться сейчас?

— С самого начала бесишь. Заткнись и жди.

— ……

Куда делась атмосфера невинной девы? Лидер революционной армии тут же показала мне средний палец.

— Иногда мне не верится, что этот ублюдок вообще мог соблазнять женщин.

Ворча, Пинденай развернулась и пошла в свою комнату.

— Это был не я.

Я бросил ей в спину, чтобы она не путала меня с прежним Деусом.

— Невеста, психованная малявка, принцесса. Кто там еще был?

— ...Иди переодевайся.

От такого контрудара я чуть не пошатнулся. Если подумать, теперь я был не в том положении, чтобы винить Деуса.

Слава богу, хоть имя сестры не слетело с губ Пинденай.

— М? Куда вы?

Пока я ждал Пинденай, выходя из особняка, я столкнулся с Деей. Судя по кипе бумаг в руках, она была довольно занята.

— Собираюсь ненадолго выйти в город с Пинденай.

Врать в такой ситуации было бы странно, поэтому я ответил честно.

— Фу.

Дея скривилась, словно увидела что-то мерзкое. С раздражением пробурчав, что ее сейчас стошнит, она толкнула меня плечом и прошла мимо.

— Кто-то работает, а кто-то с бабами на свиданки ходит. Хорошо устроился.

— ……

— Осторожнее. Не попадись мне на глаза, а то приму за дикого зверя и жахну из дробовика.

Дея, вся на взводе, пронзила меня острыми словами и пошла дальше.

Я знал, что она злится не просто из-за работы, но поделать с этим ничего не мог.

Я прождал на улице минут двадцать.

— Ох, тепленько.

Пинденай вышла, потирая руки, словно просто вышла перекурить.

На ней был белый свитер, похожий на тот, что носила Дея. Не знаю, где она его раздобыла.

— Дея дала.

— ……

— Пришла ко мне в комнату, бросила и ушла. Откуда она узнала, что у меня с одеждой не густо?

Ну, это и я бы понял.

Ведь она каждый день ходит в одном и том же костюме горничной.

Слышал, что после увольнения других служанок у Пинденай осталось несколько одинаковых комплектов формы.

Поэтому она и носит одно и то же каждый день.

— Когда собралась переодеваться, поняла, что у меня только пальто да рубашки, в которых я дерусь. Вот и надела это сразу. Ну как, идет?

Пинденай оттянула край свитера, намеренно подчеркивая фигуру под плотной тканью.

Оценив ее старания, я усмехнулся и кивнул.

— Выглядит неплохо.

— Ты вечно как-то странно хвалишь. Не можешь просто по-мужски сказать: «Поехали в мотель! Раздвигай ноги!»?

— Все равно знаю, что ты не поедешь. Снова испугаешься и начнешь икать, как в прошлый раз.

Пинденай ведь только на словах такая смелая.

Но в этот раз она повела себя иначе. Расправив плечи, она громко рассмеялась:

— С ума сошел? Теперь я точно не сдам назад. Кое-кто отсутствовал несколько месяцев, так что у меня недотрах.

— ……

— Уверен в себе? А то, если он не встанет из-за долгого простоя, я принесу топор.

— Ты меня позвала, чтобы об этом поговорить?

Голова начинала кружиться.

Почему каждый раз, разговаривая с Пинденай, я невольно подстраиваюсь под ее темп?

«Наверное, потому что мне не так уж и неприятны эти разговоры с ней».

Я знал правду, но сделал вид, что не замечаю. Гордость пока не позволяла мне это признать.

— Это потому что ты нормально хвалить не умеешь. Вечно ты стесняшка. Нет, Деус-стесняшка.

— Хватит уже.

— Ладно, ладно. Пошли. А то так и простоим тут до заката, болтая.

Пинденай пошла вперед. Я вздохнул и тихо, едва слышно произнес:

— Красивая.

Пинденай резко обернулась, словно ее кто-то ударил.

— Что ты сказал?

Она смотрела на меня широко раскрытыми глазами, но я лишь кивнул вперед.

— Ничего не говорил.

— Скучный ты.

И все же, глядя вперед, Пинденай широко улыбалась, а ее дыхание сбилось.

Судя по легкому румянцу, проступившему сквозь волосы, она точно слышала мои слова.

Кажется, у нее была конкретная цель. Мы направились на окраину города, почти к самому горному хребту.

Клубы дыма, запах мяса, пропитанный ароматом углей, и громкие крики мужчин, на которых только начал действовать алкоголь.

Члены «Металлолома» и солдаты Норсведена жарили мясо и веселились.

— Вообще-то я сюда собиралась.

— А мне сказала, что тебе скучно и предложила выйти.

— Ну, я же не думала, что хозяин реально пойдет со мной.

Значит, она просто хотела подразнить меня перед уходом, а я взял и согласился, чем сбил ее с толку?

— Вы пришли!

— Ого! И второй молодой господин тоже здесь!

— Г-господин!

— Честь имею-ю!

Члены «Металлолома» приняли меня довольно дружелюбно, а вот солдаты Норсведена тут же вытянулись по струнке и отдали честь.

— Без формальностей. Мы посидим отдельно.

— Оу, какой сладкий голосок.

Мне уже лень было просить ее прекратить. Сколько ни говори им расслабиться, мое присутствие все равно будет их напрягать, поэтому мы с Пинденай отошли подальше, к самому подножию гор.

Просто сидеть на двух складных стульях и смотреть на возвышающийся горный хребет — это времяпрепровождение, не требующее усилий, но вызывающее множество эмоций.

— Будешь пить?

Спросила Пинденай, достав бутылочное пиво.

Вообще-то я не любитель выпить, но сегодня можно сделать исключение.

Я протянул руку, и она, щелкнув пальцем, легко сбила крышку и передала бутылку мне.

— За нас.

*Дзынь!*

Две пивные бутылки столкнулись с чистым звоном. Пинденай, ухмыльнувшись, отпила прямо из горла, и я, помедлив секунду, последовал ее примеру.

Это было не местное пиво Норсведена, а из Республики Кларк, поэтому оно оказалось крепче, чем я думал.

— Кья-ха! Хорошо! Эй, тащи закуску!