— Ну как, шеф-повар, что думаешь? Мне кажется, вино «Боланс» подойдет лучше.

Придя в столовую перед ужином, я увидел Дею.

Несмотря на кучу дел, она лично вмешивалась в подготовку сегодняшнего ужина, подгоняя поваров и слуг.

— Госпожа! Травник собрал немного горных трав! А охотник, который пошел с ним, поймал несколько кроликов. Они пригодятся?

Она даже мобилизовала местных травников и охотников Норсведена?

Слуги заносили внутрь полные охапки ингредиентов.

— Шеф! Вот свежайшие продукты, только что принесли. Пригодятся?

— Травы я посмотрю, а вот кроликов было бы отлично пустить на мясо для закусок вместо того, что планировали. Они ведь свежие!

— Отлично. Тогда начинайте разделывать кроликов, а травы я пока отсортирую.

Она двигалась проворно и отлично ладила с шеф-поваром.

Даже почетных гостей, наверное, не принимают с таким энтузиазмом.

Отбирая пригодные травы, чтобы отнести их на кухню, Дея встретилась со мной взглядом.

— Чего тебе? Что ты тут делаешь?

— Хотел поговорить, но ты уже здесь.

— Хм, помогаю вот. Я ведь, в своем роде, знаток высокой кухни.

— Неужели?

— Бе-е.

Дея гордо высунула язык.

Я ожидал, что она быстро уберет его, но по ощущениям она дразнилась так целую минуту.

— Хватит уже.

— Я показала тебе язык.

— ……

— Скажи Сэвии, чтобы она показала язык. Тогда она тоже сделает так.

Внезапно я получил неожиданную информацию. Ребенок, который еще только лепечет, уже умеет показывать язык?

— Каждый раз, когда Сэвия писалась, Пинденай показывала ей язык. Она ведь не может материться при ребенке, вот и нашла такой способ смягчить эмоции.

— Очень «полезный» урок.

После короткой болтовни.

Дея осторожно спросила:

— Так о чем ты хотел поговорить? Что-то передать шеф-повару?

— Да, есть одно блюдо, которое я хотел бы добавить в меню.

— М-м? Говори мне. Все равно сейчас я здесь главная.

Она заявила это довольно уверенно, но в ее словах было что-то странное.

— Почему ты вообще здесь работаешь? У тебя ведь и других важных дел по горло.

— А, э-э?

Застигнутая врасплох прямым вопросом, Дея растерялась. Ее руки беспокойно заметались, не находя места, и в итоге...

— Эх, я просто сделала кое-что плохое, понимаешь?

— Плохое?

— Насчет Гобена. Он показался мне подозрительным, и я навела справки. Но он оказался чист. Ну, был мелким преступником во времена жизни в банде, но став кучером, больше ни во что криминальное не ввязывался.

— ……

Я знаю.

Он был смирным парнем.

Когда мы со Стеллой смотрели на него, мы не заметили ничего особо дурного, да и интуиция Пинденай молчала.

Но.

Теперь все иначе.

— Мне стало немного неловко, поэтому я решила лично заняться меню. Гобен ведь говорил, что у нас вкусно кормят, и ел так, словно с ума сошел от счастья.

Боясь, что я начну ее отчитывать, Дея показала большой палец и подмигнула.

— Так что в знак извинения я приготовлю вкуснейший ужин...!

— Я знал.

Дея, похоже, пыталась скрыть это, но я догадывался. Не могла она не навести справки.

— Я предполагал, что ты проведешь проверку.

— Знаешь, это тоже по-своему неприятно. Чувствую себя какой-то мрачной сталкершей. Я ведь ради Иллуании и Сэвии...!

Она подошла ко мне вплотную, собираясь разразиться тирадой, но я взял ее за плечи и слегка отодвинул, создавая дистанцию.

У меня не было намерения упрекать ее за то, что она сделала.

Наоборот.

— Молодец.

— А?

Она открыла рот от удивления и уставилась на меня снизу вверх, не понимая, к чему это я.

— Продолжай расследование, причем копай глубже. Не просто Гобена, а того, кто дал ему этот заказ в Республику Кларк, и иди дальше по цепочке до самого партнера. Выясни все до корней.

— ...Почему?

Дея переспросила с выражением полного непонимания. Верить своим данным — это хорошо, но сейчас это доверие могло сыграть злую шутку.

В конце концов, информация обновляется и меняется в реальном времени. На момент проверки Деей и Пинденай с Гобеном действительно не было проблем.

— Сейчас все иначе. Нужно разобраться досконально. И, если возможно, сделай это быстро.

— ……

Поняв серьезность ситуации, Дея молча кивнула, но все же с опаской спросила:

— Можно ведь доверить Иллуанию и Сэвию Гобену, да?

Казалось, я слышу, как бьется ее сердце. Она надеялась услышать от меня желаемый ответ.

— Если бы это было до поездки в Республику.

Но.

— Сейчас — нет.

* * *

— Э-это! Это слишком вкусно!

Доев основное блюдо, Гобен воскликнул с восхищением.

В обычной ситуации Иллуания подала бы ему знак вести себя сдержаннее, но сейчас даже она с удивлением смотрела на свою пустую тарелку.

— Хи-хи.

Дея невольно пожала плечами от гордости.

Действительно, возможно, благодаря ее вмешательству, сегодняшний ужин ничуть не уступал королевским яствам.

Это был стол, наполненный уникальным колоритом, который можно ощутить только здесь, на севере, в Норсведене.

— Было невероятно вкусно! Я даже не знал, что еда может приносить столько счастья!

Глядя на суетливого в своем восторге Гобена, Дариус широко улыбнулся и кивнул.

— Рад, что тебе понравилось. Это благодарность Иллуании за ее преданную службу нам.

— Н-ну что вы, не стоило...

Иллуания не знала, как реагировать. По сути, она была служанкой с самым коротким стажем.

Такое особое отношение было лишь потому, что она была особенной женщиной для меня.

Кья-а!

Может, из-за хорошей атмосферы?

Сэвия тоже подала голос, выражая радость. Это еще больше подняло настроение за столом.

— Я, я правда буду заботиться об Иллуании и Сэвии. Благодаря этой сделке меня признают в торговой гильдии! И мое положение станет стабильным! Возможно, я даже смогу перезаключить контракт на новых условиях!

Дариус лишь улыбался в ответ на подробные объяснения, призванные убедить нас.

Гобен положил руки на бедра и, глядя на меня, торжественно заявил:

— Раз Упокоитель защищает нас, я обязательно сделаю их счастливыми. Буду любить их всю жизнь!

— ...Остался последний десерт.

Я не ответил, а перевел тему.

Как раз в этот момент шеф-повар вынес блюдо с десертом.

Маленькая тарелка, которую можно удержать одной рукой.

На ней лежал кусок торта.

Десерт, накрытый полупрозрачной крышкой, поставили в центр стола.

— Хм? И это все?

На вопрос Дариуса, не понимающего ситуации, шеф-повар поклонился и ответил:

— Да, это десерт, приготовленный по особому запросу второго молодого господина.

— Деуса?

Дариус бросил на меня взгляд.

Но мой взгляд был прикован к Гобену.

И Гобен...

— А?

Был в растерянности.

Глядя на цветок с золотистым оттенком, украшавший торт, он отчаянно вращал глазами.

— Гобен.

Стоило прозвучать моему холодному голосу, как атмосфера, еще недавно такая теплая, мгновенно остыла.

— Ты ведь знаешь, что это за цветок?

— Н-нет, Упокоитель. Я, это...!

— Это вещь, которую моя служанка принесла из твоей повозки. Не говори, что не знаешь.

Пинденай, стоявшая позади, медленно вышла вперед.

Скрестив руки на груди, она фыркнула, открыто насмехаясь над Гобеном.

— Там было полно семян и несколько цветков, явно для образца. Ты что, хомяков разводишь?

— Э-это не так! Выслушайте меня хотя бы раз! У меня есть причина!

В панике вскочив с места, Гобен закричал, обливаясь холодным потом:

— Это было ради семьи! К тому же, это было предложение, которое могло бы сразу поднять меня с самого дна!

— Гобен.

Я выдохнул и тихо предупредил:

— Не смей при мне говорить, что это ради них двоих.

— Ах...

Дариус и Дея, все еще не до конца понимающие ситуацию, смотрели на меня, ожидая объяснений.

Я указал на цветок и сказал:

— Сырье для самого зловредного наркотика, созданного в Цветочном Саду, деревне в Республике Кларк, специализирующейся на производстве наркотиков.

— Наркотик?

— ……

Дариус нахмурился, глядя на цветок, а Дея скрестила руки на груди, требуя продолжения.

Приятная атмосфера ужина окончательно испарилась. Теперь это место превратилось в зал суда над преступником.

— Этот наркотик вызывает чудовищную зависимость всего с одного приема. Галлюцинации и голоса — это лишь базовые симптомы. Он полностью уничтожает личность, превращая человека в овощ.

— П-подождите! Я не знал этого! Я думал, это просто обычный наркотик, который ходит на черном рынке!

При этих словах лицо Иллуании резко помрачнело.

— Т-так вот почему... ты искал банду Колтона?

— Иллуания! Это было ради тебя! Чтобы ты и Сэвия могли жить лучше! Чтобы мы могли жить счастливо, как я и обещал Упокоителю!

Отчаянно кричал Гобен.

Но Иллуания была готова расплакаться.

Теперь она поняла.

Семья, которая только начала строиться, разрушается.

Дни, которые должны были стать счастливыми, рушатся на глазах.

— Если эти семена распространятся по всему Королевству, это будет не просто кризис. Сами устои государства могут пошатнуться.

Поэтому даже в Республике Кларк, где наркотики можно купить в аптеке, Золотой цветок не распространяли открыто.

— Я верил тебе, Гобен.

Тяжелые слова повисли в воздухе.

Лицо Гобена побелело, он тут же подбежал ко мне, упал на колени и склонил голову до пола.

— Упокоитель! Я, я совершил смертный грех! Но! Но прошу, поверьте в мою искренность! Это было ради семьи! Я сделал это, потому что любил их!

Кулак сжался.

Рука задрожала.

Зубы стиснуты так, что сводит челюсть.

Я разозлился еще сильнее.

Потому что то, что он сейчас кричит.

Его заявления о любви к Иллуании.

Были искренними.

— Лучше бы.

Действительно, лучше бы.

— Ты не любил вовсе.

Не стоило давать такую жалкую надежду.

— Судя по объему, который ты привез, в Гриффине наверняка есть отдельная сеть сбыта.

— Э-это...!

Давно я не чувствовал такой кипящей ярости. Похожее чувство было, когда я столкнулся с Великим Воином в Лесу Мариас, похитившим Иллуанию.

— Слушай внимательно то, что я сейчас скажу.

Голова горела от гнева, а в глазах темнело, словно от головокружения, но...

— Тот, кто создал эти семена и вырастил эти цветы.

Ноги стояли твердо, а с губ срывалось пророчество смерти.

— Тот, кто продал тебе все это. Тот, кто помог погрузить это в повозку и соблазнил тебя своим коварным языком.

Все взгляды были прикованы ко мне.

Это хорошо.

— Дистрибьютор, который должен был принять семена, брокер для связи, покупатель, тот, кто будет их выращивать, и сама эта земля.

Чем больше свидетелей, тем тяжелее мое заявление осядет на этой земле.

— Тот, кто нарисовал эту жалкую картину.

Масштаб был далеко не обычным. Можно сказать, что это объем всего одной повозки, но важно то, что это семена.

Тысячи, десятки тысяч семян могли распространиться по Гриффину.

Гобен может не знать, но наверняка была причина, почему повозкой, идущей в Республику Кларк, управлял бывший член банды, связанной с наркотиками.

— Как огромная могила, несущая на себе души континента.

Всей своей сутью.

— Как Упокоитель, утешающий мертвых Королевства.

Искренне ставлю на кон.

— И как еще один Деус Верди.

Клянусь.

— Все они ответят за сегодняшний день. Даже смерть не станет для них убежищем.

— У-Упокоитель! Прошу! Прошу ва-а-ас!

Гобен схватил меня за штанину и, рыдая, умолял. Пинденай хотела тут же оттащить его, но я жестом остановил ее.

— Как глава семьи! Я хотел сделать их счастливыми! Искренне! Я искренне хотел стать мужем и отцом, которым они могли бы гордиться! Я, я никчемный человек, поэтому не знал другого способа! Прошу! Прошу!

Слова Гобена, рыдающего навзрыд, продолжали вонзаться в сердце, словно кинжалы.

Потому что это было искренне.

Потому что его чувства были настоящими.

Его мольбы мучили меня.

Перед глазами стояла его ясная улыбка перед отъездом в Республику Кларк.

Всего одна неделя.

Неделя, изменившая будущее каждого.

— Ты насладился последней вечерей?

Прости, но.

— Все, что ты съел, было плотью и кровью Иллуании, Сэвии и... моей.

Я закусил губу и отвернулся. Из-за моего резкого движения рука Гобена, державшая штанину, задрожала и соскользнула.

Даже не глядя на него, распластавшегося на полу.

— Это контрабандист.

Проглотив горечь, я объявил:

— Арестовать его.