Занавес опустился.

Всё закончилось, все достойно сыграли свои роли.

Континент спасен, главный герой мертв, души погрузились в сон.

Теперь оставалось лишь тихо отступить и ждать, какая история развернется дальше, история, которую я не знаю.

<Как вы? В порядке?>

На обеспокоенный вопрос Стеллы я не мог дать хорошего ответа.

— Трудно.

Новое искусственное тело я получил, когда присутствовал на церемонии вручения наград Эрике и Фер.

Поскольку разгуливать в теле с внешностью Деуса я больше не мог, в итоге мне досталось тело, похожее на то, что я использовал во время прошлого путешествия.

Благодаря этому я могу жить в облике Ким Сину, но проблема в прочности.

— Долго оно не протянет.

Конец истории не означает, что вся сила внезапно исчезнет.

Огромное количество маны по-прежнему переполняло меня, и искусственное тело, не выдерживая нагрузки, грозило вот-вот разрушиться.

Собственно, первое тело Деуса, которое я использовал, уже не выдержало и рассыпалось.

— Может, мне просто оставаться в форме души?

Я недовольно нахмурился, но Стелла покачала головой.

<Даже через силу, но тело необходимо. Если вы останетесь духом, как я и семпай, то в какой-то момент перестанете чувствовать разницу между собой и мертвыми.>

— ……

<Помните, вы не умерли. И это нужно постоянно и четко демонстрировать.>

— Да, ты права.

Если я буду бродить в форме души, то в итоге ничем не буду отличаться от духов, которые умерли и не смогли обрести покой.

Это кажется похожим, но есть существенная разница: континент всё еще признает, что я не мертв, поэтому души не вырываются из трупа Деуса взрывной волной.

— Неоднозначная ситуация.

Я горько усмехнулся, и Стелла не стала отрицать.

<Но ведь именно вы нашли эту тонкую грань и проскользнули в неё. Этим можно гордиться.>

— Ну, раз ты так говоришь.

Я безмолвно поблагодарил её, а Стелла, пристально посмотрев на меня, приподнялась на цыпочки и внезапно поцеловала.

*Чмок.*

Коротко, но с глубоким смыслом.

Для Святой это было смело, но для Великого Демона — неуклюже.

Я удивленно посмотрел на Стеллу сверху вниз, а она просияла улыбкой.

<Знаете, в таком состоянии вы более послушный. Умница.>

— …Не заметил разницы.

<Определенно есть. Вы стали мягче? С-С-Сину, когда стал собой, кажется более мягким, семпай тоже так сказала.>

— Поцеловала, а назвать по имени стесняешься?

Глядя на вспыхнувшую Стеллу, я невольно рассмеялся. Пожалуй, она права.

Освободившись от жесткой аристократической манеры речи Деуса, я, возможно, стал мягче и в поведении.

Или это просто чувство освобождения от того, что всё закончилось.

<Как я освободилась от роли Святой, так и вы, возможно, освободились от роли Деуса. Не противьтесь переменам.>

Стелла смущенно, но ярко улыбалась. Я слегка кивнул в ответ на её совет.

— Пожалуй.

Стелла, которую я встретил в монастыре Элиа, и нынешняя Стелла сильно отличались.

— Странно слышать это от меня, но ты выглядишь счастливой.

<Ой.>

Стелла прикрыла рот рукой и хихикнула. Ей явно было приятно это слышать, и выглядела она при этом очень мило.

Мгновение тепла прошло.

В любом случае, вопрос с телом оставался открытым.

«Возможно, решение не так уж далеко».

<Что случилось?>

Я пристально посмотрел на Стеллу, и она снова склонила голову набок. Я уже собирался ответить, что ничего, как вдруг...

<Скорее идите сюда-а-а! Ударьте её кто-нибудь!>

Детский визг снаружи. Мы оба одновременно посмотрели на дверь, но Стелла сказала, что приберется в доме, и отправила меня разбираться.

Выйдя в маленький сад, я увидел, как Некромантка и Пинденай о чем-то спорят.

Главным предметом спора был маленький зверек между ними.

Похоже, щенок.

Некромантка канючила, что хочет завести питомца, и Пинденай обещала достать, так что, видимо, это он и есть.

Увидев меня, Некромантка тут же начала возмущаться, размахивая руками.

<Посмотрите на это! На это! Как можно растить такого?!>

— А что? Милый же, разве нет?

Только когда Пинденай протянула его мне, я понял, что это не щенок.

— Волк?

— Ага, подобрала.

— …Ты хочешь держать дома волка? У нас уже есть один.

— Ха-ха.

Пинденай сухо рассмеялась и пронзила меня острым взглядом.

— Хочешь, укушу?

Она оскалила острые зубы. Я думал, ей нравится это прозвище, но, видимо, нет?

<Где вы такое подобрали?!>

— Подобрала, пока переходила хребет Норсведен.

Я ответил вместо Пинденай, глядя на неё, и она с выражением полного недоумения показала мне средний палец.

— Жене, блять, ни слова сказать не можешь.

— ……

<А, серьезно! Не переводите тему!>

Некромантка рядом продолжала визжать, и у меня начали болеть уши.

Раз у искусственного тела болят уши, хотя боли быть не должно, значит, она действительно черный маг.

— Мать была мертва. Но он продолжал сосать молоко, так что я его забрала. Остальные щенки тоже сдохли.

Банальная, но грустная история. И, как ни странно, сработало безотказно.

<…Почему вы сразу не сказали?>

Некромантка тут же схватила волчонка.

Теперь она материализовывалась настолько хорошо, что назвать её просто духом было сложно.

<Пушонок! Теперь ты Пушонок! Я сделаю тебя счастливым!>

— Тц, не думала, что она даст ему такое дурацкое имя.

Пинденай, не оценившая вкус Некромантки, почесала затылок, но та уже осматривала двор вместе с Пушком.

Мой взгляд естественно скользнул к дому, в котором мы теперь жили.

Не слишком большой.

Если считать жильцов, то нас с Пинденай всего двое.

Некромантку и Стеллу я не считал, так как они мертвы, хотя, скажи я это вслух, они бы разозлились.

В любом случае.

Дом новый, крепкий и выглядит опрятно.

Может показаться неожиданным, но его построили ребята из «Металлолома» Пинденай в качестве подарка.

Почему «Металлолом»?

Потому что это территория Республики Кларк.

Причем очень безлюдная.

В прошлый раз Пинденай по моему приказу зачистила здесь производителей «Золотого цветка».

Короче говоря, это было уединенное место, тщательно выбранное наркоторговцами, и, раз уж мы его зачистили, решили использовать.

Сейчас нам с Пинденай было неловко оставаться в Норсведене.

Позже, когда пройдет время, может быть, переедем туда.

— Папаша.

Пинденай толкнула меня локтем в бок. На губах играла озорная улыбка.

— …Не называй меня так.

Я попытался сопротивляться, но бесполезно.

— Тогда как называть? Муж? Дорогой? Пора бы уже перестать звать тебя хозяином, а?

— Фу-ух.

Вздохнув, я немного подумал и сказал:

— Пинденай, мое тело сейчас искусственное.

— Знаю.

— Оно не очень прочное, поэтому я не могу совершать резких движений. То есть… этим заниматься сложно. К тому же, детей я иметь не могу.

— ……

Я впервые высказался так прямо, и лицо Пинденай медленно окаменело.

Но это правда, ничего не поделаешь.

— К тому же… даже если мы займемся этим сейчас, для тебя это будет просто, хм…

Слова застревали в горле. По сути, секс со мной сейчас мало чем отличается от мастурбации с использованием игрушки.

Пинденай, поняв смысл моих слов, медленно скрестила руки на груди.

Посмотрев на меня с безразличным выражением лица, она ответила:

— Блять, жаль конечно.

— ……

— Но помнишь, что я говорила в прошлый раз? Почему я так настойчиво к тебе приставала.

Конечно.

Конечно, я не мог забыть её слова.

— Ты сказала, что раз я не выражаю чувств словами, ты хочешь понять их через действия.

Пинденай слегка кивнула, и её щеки залились румянцем.

Вспоминая тот момент, она смутилась.

Я осторожно обнял её. Прости, что мое тело не может передать тепло.

Мне грустно, что я не чувствую прикосновений, обнимая её.

— Я люблю тебя.

Я прошептал это спокойно, обнимая её, и Пинденай тоже осторожно обняла меня, стараясь не повредить искусственное тело.

— Отстой. Чувствую себя какой-то обычной бабой.

— …Тебе не нравится?

— Хы, хы-хы.

В моих объятиях она усмехнулась и ответила:

— Блять, мне охуенно нравится.

Я попытался отпустить её, но Пинденай неожиданно крепко вцепилась в меня, так что это заняло некоторое время.

Стелле одной будет трудно убраться в доме, поэтому Пинденай, как бывшая служанка, зашла внутрь.

А я на время отвернулся от особняка и посмотрел наружу.

Потому что знал, что прибыли незваные гости.

И не один.

Их пришла целая толпа, хотя назвать их людьми было бы сложно.

— Как мне к вам обращаться?

Спросил я спокойно, стоя перед ними, и знакомое лицо вышло вперед.

Бог празднеств и веселья, Белас.

— Ого, давно не виделись.

Белас поднял руку и развязно поприветствовал меня. Другие боги вокруг цокали языками или косились на меня, но я не реагировал.

Я знал, зачем они пришли.

— Пришли убить меня?

Может, потому что я перешел сразу к делу.

Тела богов дрогнули, и они напряглись. Некоторые даже приготовились к бою.

Но, видя, что я не проявляю никакой реакции, они лишь растерялись.

— Вы уверены в себе?

Спросила богиня в белом сиянии, державшая весы и меч. Вероятно, это была богиня справедливости, которой поклонялась Лучия.

— Думаю, я вполне справлюсь с тем, чтобы перебить вас всех, вернуться домой и приготовить ужин для девочек.

Это не было ни бахвальством, ни предупреждением.

Я просто констатировал факт, и мой ровный голос придавал словам убедительности.

В конце концов, я тот, кто победил Райзера, сильнейшего среди богов.

Конечно, тогда мне помогли души, но сейчас я стал несравнимо сильнее.

В тот момент, когда я освобожусь от оков искусственного тела, я смогу высвободить подавляемую силу.

Боги, видимо, понимали это, поэтому тоже напряглись и не смели действовать опрометчиво.

— Мы пришли... потому что беспокоимся.

В итоге Юстия сбавила тон. После её слов атмосфера среди богов немного изменилась.

— Последняя судьба континента завершилась. Теперь мы можем назвать себя свободными.

— ……

— Но то, что вы остались, вызывает у нас сильную тревогу.

Я знал причину.

— Потому что души не исчезли, и граница между жизнью и смертью не рухнула.

— Верно.

Обязательный квест перед финалом игры.

История Данте и Луанеса.

Там игрок мог выбрать только одно из двух.

Либо граница между жизнью и смертью рухнет, и континент погибнет, либо Луанес уничтожит все души.

Но души всё еще оставались, поэтому события не пошли по пути, предначертанному судьбой.

Из-за этого они и волновались. Боялись, что их свобода будет ограничена.

— Знаете, судьба...

Я немного подумал и заговорил с ними.

— Это не что-то великое, как вы думаете. Она просто двигалась, чтобы завершить историю.

— ……

— Мне всё равно, что вы думаете, и как вы это воспримете, мне тоже не особо интересно. Но история определенно закончилась, и ту часть, которая не была завершена должным образом, я взял на себя.

Как своего рода искупление за то, что я своевольно наслаждался их историями.

— Вы ждали этого момента сотни, тысячи лет. Я знаю, что вы тоже жертвы, попавшие в поток истории.

Их называют богами, но они не всемогущи.

На самом деле, это те, кто существовал лишь для того, чтобы завершить историю.

Немного более особенные, немного более разносторонние, немного больше знающие, чем люди.

Вот и всё.

Мы часто враждовали, но в конечном итоге их целью было завершить историю под названием судьба, которую они несли с рождения.

И обрести свободу.

Пожалуй, именно они ненавидели судьбу больше всего.

— Теперь уходите. Ваша роль сыграна.

В «Retry» вообще нет сценариев с вмешательством богов.

Если уж на то пошло, они были персоналом, не появляющимся на сцене, но из-за меня всё пошло наперекосяк, и им пришлось активно вмешаться.

Я медленно повернулся и пошел обратно к дому. Почувствовал присутствие за спиной.

Оглянувшись, я увидел, что боги, видимо, нашли свой ответ и кланяются мне.

Только сейчас я ясно понял, почему они пришли ко мне.

«Они хотели подтверждения».

Действительно ли всё кончилось?

Освободились ли они от всего?

Настал ли тот момент, которого они так долго ждали?

По сути, я дал им тот ответ, которого они больше всего желали.

— Эй!

В этот момент сзади подбежал запыхавшийся Белас. Явно желая что-то сказать, он широко улыбался и махал рукой.

— Я бог, который умеет говорить спасибо.

Пожав плечами, Белас подошел ближе. Глядя на него, я на мгновение заколебался.

Белас.

Сейчас он мог стать самым необходимым мне союзником.

— У тебя ведь нет тела?

— Мм? Ну да? Мы называем это духовным телом, вообще-то.

Я протянул руку и коснулся его.

Тепло мгновенно разлилось по руке.

В тот же миг Белас отшатнулся.

— Что?! Что ты делаешь! Я женщин люблю!

— ...Потом.

Его слова, тепло, исходящее от руки. Да, он определенно был тем помощником, который мне сейчас нужен больше всего.

— Если будет время, заглядывай.

— ……

— Иначе я сам приду к тебе.

На это строгое предупреждение и угрозу Белас растерялся, но всё же ответил согласием.

Я вернулся во двор дома.

Некромантка играла с Пушком, а Стелла убирала беспорядок, который устроила Пинденай, пытаясь прибраться.

— В любом случае. Я благодарен тебе за твою жертву, Ким Сину.

Белас, глядя на двор, выразил благодарность со смешанными чувствами.

— Лично я не хотел, чтобы граница между жизнью и смертью рухнула. Ведь даже обретя свободу, мир был бы уничтожен.

— Если собираешься нести чушь, уходи.

На мои слова Белас почесал затылок, огляделся и ушел.

Снова стало пусто.

Я обдумал его слова.

Жертва.

— Ну не знаю.

Стоит ли использовать такое пафосное слово, как жертва?

— Хозяин! Нет, не так. Блять, дорогой! Иди помоги! Это не Святая! Это извращенка!

<Пинденай! Имейте совесть! Нам с семпаем не нужна спальня?!>

— Это просто предлог, чтобы спать вместе! Не смей лезть в супружескую спальню!

<Я тоже хочу построить домик для Пушка!>

— Вот с ним и спи!

<Давайте договоримся: семпай спит на улице. Пустите только меня.>

Пусть и немного шумно.

Мне казалось, что слово «жертва» ко мне не очень подходит.

Потому что мне до безумия нравилась эта картина.

Я улыбнулся.

Не жертва.

Это было путешествие.

И в конце концов, пройдя долгий путь, я наконец нашел место, где могу остаться.

— Действительно.

Хороший день.