Глория Грейс.

Она описывается как могущественный персонаж, но в игре прямого столкновения с протагонистом у нее не было.

Скорее, она выступала в роли союзника, помогая одолеть определенного босса.

Но, как это обычно бывает в играх, когда враг становится союзником, он резко слабеет.

А когда союзник внезапно становится врагом, он становится настолько сильным, что диву даешься, где он прятал такую мощь.

Сейчас был второй случай.

Глория Грейс излучала красную ману с такой угрожающей силой, что все, что я видел в игре, казалось детскими играми.

— Архимаг, неужели вы предали нас?

— Кхм.

Когда ее взгляд упал на Рокфеликана, тот неловко почесал шею и покачал головой.

— Вовсе нет. Если Его Величество действительно этого желает, я без колебаний снесу голову Деусу.

Услышав это, Дея и Дариус вздрогнули и тут же приготовились к бою.

Но Рокфеликан скрестил руки на груди и с сомнением спросил:

— Но действительно ли Его Величество принял решение казнить Деуса? И даже если так, неужели он передал приказ через вас?

— Да, я лично получила приказ от Его Величества.

— Хм...

Реакция Рокфеликана была понятна. Тот Орфей, которого он знал, даже решив избавиться от меня, никогда бы не поручил это другим.

Если бы он мог так легко отдать такой приказ, он бы не мучился сомнениями до этого момента.

— Деус, что ты думаешь?

Рокфеликан обратился ко мне. Глория сверлила меня взглядом, но я, лишь скосив глаза, ответил:

— Его Величеством овладел злой дух. Причем не какой-нибудь мелкий бес, а древний змей, тянущийся сквозь века истории династии Гриффин.

— ……

Рокфеликан внимательно выслушал меня и бросил взгляд на Глорию.

Единственная причина, по которой рыцари Глории еще не атаковали, заключалась в этом старике. Рокфеликан все еще не определился со стороной.

Он снова посмотрел мне в глаза и, постучав посохом по полу, сказал:

— Я в долгу перед тобой, так что поверю на этот раз.

— ……

— Но если это окажется ложью... Прежде чем подставить свою шею под меч короля, я снесу твою.

— Как вам будет угодно.

Мощная мана Рокфеликана, стоявшего рядом со мной, всколыхнулась. Мана Глории, кусающей губы от досады, на этом фоне казалась просто ничтожной.

— Не думала, что вы станете предателем, Архимаг.

— Глория. Запомни: все мои действия продиктованы преданностью и любовью.

Земля задрожала. Мана Архимага начала просачиваться во все стороны, и вскоре...

*Бах! Бах! Бах!*

Толстые, мощные корни деревьев вырвались из стен и пола, атакуя рыцарей.

Рыцари в тяжелых доспехах среагировали медленно, но серьезного урона не получили.

Разве что несколько человек, получивших прямые удары по шлемам, потеряли сознание.

Глория, быстро отбиваясь мечом, скомандовала:

— Отступаем! Если Архимаг стал врагом, сражаться в подземелье нам невыгодно!

Гвардейцы молниеносно отступили. Зрелище было забавным, но тактически это был верный ход.

В конечном итоге нам все равно придется выбираться отсюда. Выход из подземной тюрьмы только один.

Я уже представлял, как снаружи нас ждет плотное кольцо окружения Королевской гвардии.

— Есть идеи?

Мы медленно продвигались к выходу, и каждый шаг давался с трудом. На вопрос Рокфеликана я сначала промолчал, но потом честно признался:

— Моя сила здесь будет малополезной.

<Здесь слишком мало душ.>

Обеспокоенно добавила Призрак некромантки у меня за спиной.

Поскольку предки Гриффинов были черными магами, душ в королевском дворце практически не осталось. Особенно, похоже, постарался тот злой дух, что сейчас захватил тело короля Орфея.

«Здесь нет даже тех призраков, что просто покоятся с миром».

Когда человек умирает, он закрывает глаза и погружается в сон. Это и есть покой.

Но здесь даже таких спящих душ было катастрофически мало. Я подумывал разбудить их с помощью Лемегетона, даже если это мне не нравилось, но их количество было настолько ничтожным, что толку от этого было бы мало.

«Он что, уничтожил души? Или поглотил, как Ингольчун?»

Если верить словам Призрака некромантки о том, что дух был похож на демона, такой вариант вполне возможен.

В итоге, даже имея Камень Мертвых, Лемегетон, без душ, чью силу можно позаимствовать или которыми можно управлять, он бесполезен.

— Хм, снаружи наверняка ждет и Верховный Судья Тайрон. Сможешь ли ты противостоять ему? Ты ведь однажды уже одержал над ним сокрушительную победу.

Я давно почувствовал тяжелую, гнетущую ману Тайрона снаружи.

Я ответил честно:

— Шансы есть. Но подавить его, как в прошлый раз, не выйдет. Тогда мне помогли души, покоившиеся на месте казни.

— Понятно.

Рокфеликан кивнул и повернулся к Дариусу.

— А что скажет граф Норсведен?

— ……

Дариус неловко отвернулся. Хоть он и граф, защищающий границы, против Командира Королевской гвардии или Верховного Судьи Магических Инквизиторов ему не выстоять.

— Тогда ты...

Рокфеликан перевел взгляд на Дею. Та вытащила мана-пистолет с пояса и пожала плечами.

— Я усилила эту штуку из Республики маной. Но для тех монстров снаружи это будет как укус комара, наверное?

О троице из «Металлолома» позади и говорить не стоило.

— ...М-да.

Нас ждала элита из элиты королевства. Можно сказать, мы угодили прямо на зуб тигру, причем на самый крепкий коренной зуб.

— Ситуация поистине плачевная.

Но даже при этом Рокфеликан не ослабил хватку на посохе.

Лестница, ведущая наружу, была уже перед глазами.

— Старику придется применить силу.

Рокфеликан шумно выдохнул. Было немного жаль смотреть, как он старается держаться невозмутимо, зная, что снаружи ему, возможно, придется сражаться с собственными учениками.

Если ничего не выйдет, у меня оставался еще один вариант. Но это был самый крайний, последний козырь, который нужно беречь до конца.

Поэтому я крепче сжал Лемегетон и обратился к Призраку некромантки:

— Неизвестно, что нас ждет. Держись рядом со мной.

<Поняла.>

— А?

Ответ пришел с неожиданной стороны. Когда Призрак некромантки, затрепетав, прильнула к моей спине, я заметил Дею, стоявшую позади.

Поскольку она не видела призрака, то, видимо, решила, что я обращаюсь к ней.

— Ну и ну.

Дея демонстративно фыркнула и отвернулась, делая вид, что раздражена, но при этом незаметно сделала шаг ближе ко мне.

Что ж, так даже лучше.

Жизнь Деи могла быть в опасности, так что рядом со мной ей будет безопаснее.

— Хнык, как трогательно.

Услышав сентиментальное всхлипывание, мы с Деей одновременно обернулись.

Дариус смотрел на нас, сглатывая слезы умиления.

— Да, вот это и есть семья. Вот это — настоящие Верди. Даже если наш род прервется сегодня, здесь и сейчас, я не буду жалеть. В конце концов, мы, братья и сестра, стали единым целым.

— Я с тобой единым целым не становился.

— Не позорься, прекрати ныть. И мы не сдохнем, понял?

Несмотря на то, что мы с Деей одновременно открестились от его слов, Дариус, продолжая всхлипывать от избытка чувств, вклинился между нами.

Он обхватил нас за плечи с такой силой, что вырваться было невозможно.

— Не стесняйтесь! Да! Чего нам бояться, когда мы, трое Верди, объединили силы!

— Ха-а.

— Прекрати, придурок.

У меня невольно вырвался вздох, а Дея продолжала тыкать Дариуса в бок, но тот даже не шелохнулся.

— Не рождены в один день, но умрем в один день. Как это прекрасно. Так и хочется сложить стихи.

— Несешь какую-то чушь. Ты в жизни ни одной книги не прочел, какие еще стихи?

— Я бы поаплодировал уже тому, что он знает само слово «стихи».

Несмотря на наши саркастические комментарии, Дариус, погруженный в свои эмоции, начал бормотать какие-то неуклюжие вирши собственного сочинения. Дея от стыда опустила голову, а я решил просто промолчать.

Тяжесть и тепло на плечах.

Ситуация была непривычной и раздражающей, и я ворчал...

Но, честно говоря, в глубине души я почувствовал, что у меня появилась еще одна веская причина выжить.

Спорим, ругаемся, говорим гадости, но в конце концов стоим друг за друга.

Это и есть семья?

Не так уж и плохо.

Когда мы вышли наружу, яркий свет предрассветной луны показался мне невероятно освежающим.

Если бы не рыцари в красных доспехах и инквизиторы в золотых мантиях, выстроившиеся под этой луной, я бы с удовольствием опрокинул чарку-другую, любуясь ночным светилом.

— Будьте начеку. Противник — архимаг.

— Не ожидал, что нам придется сразиться снова так скоро, Деус.

Командир гвардии Глория и Верховный Судья Тайрон вышли вперед, встречая нас.

Их боевая аура была подавляющей; даже просто стоять перед ними было мучительно тяжело.

Дея, не выдержав давления жажды убийства, пошатнулась, и мне пришлось поддержать ее.

— Соберись, упрись ногами в землю. Тебе не обязательно смотреть им прямо в глаза.

— Угу.

Видимо, ей было совсем тяжко, раз она так послушно согласилась. Я встал перед ней, выравнивая дыхание.

Я знал, что легко это не закончится, но, увидев их воочию, понял, что битва будет изнурительной.

— Я смогу взять на себя одного из них. Что скажешь? Справитесь вы, трое Верди, со вторым?

Поглаживая бороду, спросил Рокфеликан, искоса поглядывая на меня. Я вздохнул и кивнул.

— Я справлюсь один.

Планы меняются.

Я решил с самого начала выложиться на полную. В тот момент, когда я поднес Лемегетон к сердцу, собираясь использовать всю его мощь...

*Ба-бах!*

Что-то рухнуло с неба.

Густое облако пыли закрыло обзор, но Тайрон, решив, что это наша уловка, тут же выпустил волну маны.

Глория тоже взмахнула своим огромным двуручным мечом, разгоняя пыль.

Когда видимость восстановилась, между нами и врагами уверенно стояли двое.

Ария Лиас, протагонист этого мира, чьи длинные черные волосы развевались на ветру, обернулась и улыбнулась мне.

— Профессор! Я только что прибыла!

— Ария...

Увидев ее лицо, я невольно испытал облегчение. Я уже собирался искренне поблагодарить ее, как вдруг...

Пинденай в костюме горничной, с сигаретой в зубах, выпустила струю дыма и вклинилась в разговор:

— Чушь собачья. Она специально ждала критического момента, чтобы появиться эффектно и заставить тебя влюбиться.

Слова благодарности застряли у меня в горле.

— Ва! Черт! Мы же договорились не говорить об этом! Я тебе даже клубнику со своего торта отдала!

— Да? А я думала, ты просто не любишь клубнику.

Слушая их перепалку, я медленно вышел вперед.

— Значит, ели тортики и наслаждались жизнью, пока я тут...

Когда я сверкнул глазами, глядя на них, Ария и Пинденай одновременно развернулись к врагам.

— Просто разобраться с ними, да?!

— Боевая горничная для хозяина, Пинденай, готова к бою! Будет весело!

Ария выхватила меч, а Пинденай закинула топор на плечо.

— Ха-а.

И мне оставалось только вздохнуть.