— Ч-чёрт…

Узкая лесная тропинка, куда сквозь листья едва пробивался солнечный свет.

Эрика, идущая рядом с Айрис, пнула лежащий впереди камень.

— И что это вообще было? Мы же просто зря разозлили Шлюса.

— …

Она ведь пришла к Шлюсу Хайнкелю совсем не за тем, чтобы их так выгнали.

Сначала они собирались осторожно, постепенно расспросить его о Джулии.

Но Айрис всё испортила.

Взяла и внезапно вывела Шлюса из себя…

— Этого достаточно.

— Чтооооо?

— Ты когда-нибудь видела, чтобы Шлюс так злился?

— Нет…

— Я тоже. Думаю, если бы я сказала, что он убьёт не Джулию, а кого-то другого, Шлюс либо спокойно согласился бы, либо фыркнул и назвал это бредом. Но в этот раз он отреагировал так резко, как никогда раньше. Разве одного этого уже недостаточно для ответа?

— То есть… между Шлюсом и Джулией что-то есть?

Айрис мягко улыбнулась.

От этого у Эрики голова заболела ещё сильнее.

Сколько ни думай, между ними не было никакой связи, кроме пары случайных встреч. Тогда что это вообще такое?..

— Они влюбились друг в друга с первого взгляда? Что-то вроде того?

— Не думаю, что всё настолько просто. Обычно любимых людей не убивают.

— Что? Так это было всерьёз?

В будущем Шлюс убьёт Джулию, будет арестован и казнён.

Эрика думала, что Айрис просто придумала это на месте, чтобы вывести Шлюса из равновесия.

Но это правда?

Эрика растерянно распахнула глаза.

— Кто знает. Может, правда. А может, и нет.

— Что за!.. Скажи нормально!

— Прости. Мне трудно об этом говорить.

— Да что это значит! Даже мне не можешь сказать?

— Да.

— И-и-их!..

На мгновение Эрике показалось, что она сойдёт с ума.

И зачем тогда она вообще её позвала?

— Ты что-то поняла, да?

— Не знаю.

— Расскажи и мне. Ну? Это же касается моей сестры.

— Именно поэтому я тем более не могу сказать.

— Эй!

Эрика, догоняя Айрис, которая снова и снова бросала загадочные фразы, чувствовала полное бессилие.

Её злило до дрожи, что о деле, связанном с её собственной сестрой, Айрис знает больше, чем она сама.

Но раз этим занимается Айрис, значит, у неё наверняка благие намерения…

Только эта мысль хоть немного успокаивала.

«Кстати, этот ублюдок… Он ведь не отрицал, что встречался с моей матерью…»

Грызя ноготь, Эрика вдруг вспомнила то, что едва не упустила.

Когда она спросила Шлюса о тайной встрече с её матерью, пока он в бешенстве уходил, он ответил так:

«Не переживай. Немного попользуюсь и скоро отпущу.»

Немного попользуется и отпустит?..

Что значит попользуется?

Воображение Эрики понеслось куда-то совсем не туда, и её лицо вспыхнуло алым.

— ЭТОТ ПСИХ!!

Безумный развратник.

Играться с чужой матерью?

Ебанутый.

Какую же слабость он нашёл у матери, что она с таким типом…

— Да он точно ненормальный!

— …

Айрис молча и с жалостью смотрела на Эрику, которая схватилась за голову и вопила посреди тропинки.

***

Я немного успокоился.

Сердце тоже пришло в норму.

Теперь я уже настолько вернул себе спокойствие, что не мог понять, почему несколько часов назад так сорвался.

— Кольцо… Наверное, дело всё-таки в нём.

Сколько бы я ни думал, единственное, что могло вызвать такую ситуацию — это кольцо.

Ничто другое не приходило в голову как предмет, способный заставить персонажа романа произнести моё настоящее имя.

Похоже на своего рода баг.

Возможно, кольцо попыталось призвать личность Хан Арым, но из-за того, что в этом мире случайно существовало тело, похожее на неё как две капли воды, её перенесло туда. Неполностью, криво, но всё же вселило…

Если так, то можно объяснить и кошмары Джулии, и то, что она называет моё настоящее имя.

— Но как, блять?..

Чтобы хотя бы имитировать личность Хан Арым, нужно ведь как минимум знать её.

Каким образом читатель, создавший этот мир, узнал о ней?

От этой мысли в голове снова всё запуталось, но вскоре я сдался.

Раз он смог создать настолько безумный мир, можно считать его практически всемогущим.

Тогда и объяснение находится без лишних мучений.

Не то чтобы ответ меня устраивал, но всё же.

На этом мне стоило остановиться.

Но мысли сделали ещё один шаг вперёд, и сердце снова начало бешено колотиться.

— Тогда Джулия сейчас…

Внутри Джулии есть душа Хан Арым?

Или личность?

Нет, что-то похожее на Хан Арым?

Она помнит меня?

Если хотя бы часть, хоть самая малая часть Джулии может называться Хан Арым…

Тогда Джулия, которая выглядит в точности как она, фактически тоже Хан Арым?

— Блять…

Спокойствие треснуло.

Теперь я, кажется, начал понимать слова Айрис.

То самое будущее, где я убиваю Джулию.

Если Джулия с её лицом и её голосом начнёт говорить ещё и её манерой, её интонациями…

Если я встречусь с такой Джулией…

Разве я не сойду с ума?

Разве не может случиться так, что, не желая признавать это существо перед собой, я потеряю рассудок и убью её?

Эта мысль внезапно показалась не такой уж невозможной.

— А ведь время ограничено…

Она скоро исчезнет.

Раз это не просто призванная душа, а нечто, поселившееся в несовершенном теле, она продержится сколько-то времени, но всё равно не сможет существовать долго.

Значит, нужно встретиться до того, как она исчезнет?

А если после встречи я, как сказала Айрис, убью её?

Но если не встречусь, не буду ли потом жалеть всю жизнь?

— Фу-у…

Это была дилемма всей моей жизни.

Взять на себя риск пожалеть.

Или гарантированно пожалеть.

Такое нельзя просто решить.

Но и тянуть время тоже нельзя.

— А, к чёрту… Не знаю.

Пока я решил отложить решение.

Потому что в тот момент, когда я пойду к Джулии, моя стеклянная психика рассыплется в порошок. Это уже было почти гарантировано.

А промежуточные экзамены вот-вот начнутся. Я не мог позволить себе такую глупость прямо сейчас.

— Ц. Есть хочу.

Стоило мне только открыть книгу, чтобы наконец начать заниматься, как живот громко заурчал.

Что в студенческие годы, что сейчас — стоит попытаться учиться, как сразу хочется есть или спать.

Да и всё равно я уже не мог сосредоточиться.

Не испытывая ни капли сожаления, я поднялся и открыл дверь тренировочной комнаты.

— Вы вышли, господин Хайнкель.

Эмилия поприветствовала меня сверху лестницы.

Она что, всё это время ждала?

Да ну нет.

Наверное, просто удачно проходила мимо, увидела, что дверь открылась, и остановилась.

— Вы задержались. Обеденное время уже давно прошло.

— Что? Который час?

— Чуть больше двух.

Да ну нахрен.

Я думал, что немного поразмышлял и вышел, а прошло уже больше четырёх часов.

Я ещё ничего не сделал, а уже день перевалил за половину.

Я вздохнул и поднялся по лестнице.

— Святая Айрис оставила вещь, чтобы передать господину Хайнкелю…

Голос Эмилии становился всё тише, словно она постепенно проваливалась куда-то внутрь себя.

Она раскрыла ладонь.

На ней лежал маленький крест.

Такой, какой обычно вешают на нитку и носят как ожерелье.

Нет, подождите.

Если присмотреться, он очень похож на крест, который носила сама Айрис.

Она сняла его и отдала?

Или это просто похожая вещь?..

Узнаю, когда снова столкнусь с Айрис.

— Она что-нибудь передала вместе с ним?

— Нет. Только это… Если вы не хотите его принимать, я могу бросить его в печь и расплавить…

Эмилия осторожно следила за моей реакцией. Похоже, она восприняла недавнюю ссору очень серьёзно.

Хотя на самом деле ничего особенного не было.

Айрис просто как обычно меня спровоцировала.

А я, в отличие от обычного, на провокацию повёлся.

Из-за такой мелочи наши отношения не испортятся.

Как сказала сама Айрис, мы будем знать друг друга ещё очень долго.

Нравится нам это или нет, но нам всё равно придётся вместе идти до финала этого романа.

К тому времени мы, возможно, окажемся по разные стороны.

— Просто дай мне.

— Да.

В тот самый миг, когда я взял крест…

Весь окружающий пейзаж резко изменился.

Точнее, всё вокруг окрасилось чёрным.

Зрение полностью исчезло, и единственным ощущением, которое у меня осталось, было прикосновение к маленькому кусочку металла в пальцах.

Я сразу понял.

Сработала Память истинного тела.

Ощущение под пальцами определённо принадлежало кресту.

И стоило мне это осознать, как вокруг внезапно стало светло, и я смог вернуться в реальность.

— Господин Хайнкель. Господин Хайнкель?

— А, да.

— Вы в порядке?

— В порядке. Можешь приготовить обед?

— Да. Сейчас.

Проводив Эмилию, которая смотрела на меня с тревогой… или, может быть, с подозрением, я сунул крест в карман.

Я не знал, с какой целью Айрис дала мне это.

Но, скорее всего, она увидела какое-то будущее и поняла, что, передав мне крест, сможет избежать его или изменить.

Или же она просто подарила бессмысленную вещь, чтобы ещё сильнее запутать мне голову.

Хотя вероятность, что этот бессмысленный подарок случайно окажется связан с памятью Шлюса, была ничтожно мала.

«В этот раз сработало очень сильно...»

Обычно Память истинного тела проявлялась как бледная голограмма.

Но сейчас она была настолько сильной, что полностью перекрыла мои пять чувств.

Насколько я помнил, настолько мощно она срабатывала всего три раза.

Когда в Тоскливом Лесу я держал меч и столкнулся с фенриром.

Когда — уже не помню точно — увидел Айрис через щель закрывающейся двери.

И только что.

То, что два из этих трёх раз связаны с Айрис, могло быть совпадением?

Просто в памяти Шлюса часто встречались похожие ситуации?

«Да не может быть.»

Когда способность срабатывает так сильно, это значит, что ситуация почти полностью совпадает с воспоминанием.

В первый день занятий, когда я столкнулся с тренировочным големом, образ фенрира был мутным и полупрозрачным.

Но когда я встретил фенрира в лесу , появилось то же самое воспоминание, только настолько живое, что его почти нельзя было отличить от реальности.

Даже одно и то же воспоминание становится тем ярче, чем сильнее совпадает ситуация.

А раз среди таких ярких воспоминаний целых два связаны с Айрис…

«Шлюс уже встречал Айрис раньше.»

Другого вывода быть не могло.