Я слишком много на себя возомнил.

Возомнил, что смогу примирить две враждующие страны.

Через Эмилию показать Разведывательному бюро королевства, насколько я опасен, потом медленно их убеждать, что-то там выстраивать…

Да к чёрту. Сейчас это звучало как полный бред.

Говорят, если не хватает силы, приходится напрягать голову.

Но с самого начала нужно было просто задавить силой.

Например, превратить Хертлокера, который отвечает за всю боевую мощь Разведывательного бюро, в своего ручного пса.

— Та формула, которую ты внедрил мне в сердце. Я кое-чему научился. И тоже внедрил в сердце Эмилии формулу самоподрыва.

— Что?!

Конечно, ничего я ей не внедрял.

Эмилия почти не спит, так что у меня даже шанса не было бы.

— Стоит мне шевельнуть пальцем, и Эмилия умрёт. Расскажешь ей — она умрёт. Само собой, если умру я, формула тоже взорвётся автоматически. Ну как? Теперь появилось желание меня слушаться?

— Ах ты, ёбаный ублюдок…

— Продолжай трепаться. Я устрою тебе зрелище. Труп с рёбрами, распахнутыми как ангельские крылья.

— Кх!!!

Хертлокер, не в силах сдержать ярость, до крови прикусил губу.

Вот так-то.

С самого начала нельзя было обращаться с этим почти что злодеем как с нормальным человеком.

— Тогда лучше убей меня! Убей меня и отпусти Эмилию!

— Прости, но не могу. Ты мне нужен.

— Да нахрена?! Что тебе надо?! Я сделаю всё! Всё, что скажешь! Только Эмилию не трогай!

— Первое. Отрезать поддержку королевства мятежникам южной колонии, которых возглавляет герцог Лоррейн Филипп.

Раньше он только орал, не слушая ни слова.

А вот теперь, похоже, наконец начал внимать.

И поза отличная... на коленях, смиренно. Очень хорошо.

— Второе. Собрать и доложить мне информацию о сыне Мари Эйл.

— Мари Эйл? Неужели…

— Да. О той самой невинной служанке, которую вы убили.

— …

И как раз удачно получилось.

Если использовать Хертлокера, я смогу узнать о сыне госпожи Мари, не привлекая внимание всего Разведывательного бюро.

Те карманные часы.

Я обязан передать их.

Я ведь обещал.

— И третье. С этого момента давай жить дружно.

— Что?

Я протянул руку, и Хертлокер, который до этого слушал совершенно серьёзно, уставился на меня с лицом человека, откусившего кусок дерьма.

А.

Я же его не развязал.

Я щёлкнул пальцами и снял все формулы, наложенные на оковы.

Тут же Хертлокер силой разорвал все путы и встал передо мной.

Чёрт…

Он всегда был таким высоким?

Он, кажется, сантиметров на десять выше меня.

— Что ты сейчас сказал?

— Я на вашей стороне. На стороне Разведывательного бюро. Так что давай ладить.

Нельзя ведь только хлестать кнутом. Нужно иногда и морковку показать.

Чтобы успокоить Хертлокера, я изобразил самую добрую улыбку, на какую был способен, и снова протянул руку.

Хертлокер посмотрел на меня с таким лицом, будто прямо сейчас готов был сложить меня пополам.

А потом…

— Хорошо. Я… подчинюсь приказу.

Он крепко пожал мне руку.

Хватка была такая, будто он собирался раздробить мне каждую кость, так что я быстро выдернул ладонь.

Псих. Силы у него просто до хрена.

— Не переезжай. Я буду приходить, когда понадобишься.

— …

Адрес дома Хертлокера я получил от Джин.

— Тогда спокойно доедай манду и выходи. А я пой…

— Стой!

Стоило мне повернуться, как Хертлокер своим громовым голосом снова заставил меня остановиться.

— Эмилия… Эмилия для меня всё. Моя единственная семья. Поэтому…

— Что будет с Эмилией, я решу по тому, как ты себя покажешь. Так что постарайся, окей?

— …

Как следует зарядив его мотивацией, я вышел из дома.

Вот так мне удалось поставить Хертлокера под свой контроль.

Конечно, это работало только при условии, что он верит в формулу, вбитую в сердце Эмилии…

Но раз он не размазал мне лицо прямо на месте, значит, верит железно.

Пока он не раскроет обман, его можно будет довольно полезно использовать.

Вечно скрывать это будет трудно, но всё же.

— Хм.

Кстати, если посмотреть снаружи, дом был расположен довольно удачно.

Сложно было подумать, что под землёй здесь вообще есть жильё.

— Дом отпадный, правда?

— …

Я повернул голову и увидел того самого красивого мальчика, который хитро улыбался.

[Ворон Джин]

[Настоящее имя: Джейн Уотсон]

Как я и думал, это была Джин.

— Неплохой. Сейчас он твой?

— Ага. Его тайно построила под землёй семья одних психов, которые считали, что нужно готовиться к концу света. Потом вся эта семейка внезапно умерла от наркотической зависимости. Я первой их нашла, а после этого заграбастала подземный дом себе.

— Куплю.

— Угу. Даже если бы ты сказал, что не купишь, я всё равно собиралась насильно добавить его к оплате за заказ. Он мне теперь тоже не нужен.

— …

Мышление у этой девки, конечно…

Хотя понять её было можно.

Дом, который уже засветился перед Хертлокером, дальше использовать нельзя.

— Тогда давайте рассчитаем оплату за заказ! Вот!

— …

Так вот почему у неё такое сияющее лицо.

Я взял протянутую Джин бумагу, и она бесконечно развернулась вниз.

Это что, чек после корпоративной пьянки?..

Когда я увидел итоговую сумму внизу, чуть не потерял сознание.

— Может, этим получится расплатиться?

— Эй, таким старым кольцом — нет. Разве что принесёшь десять тысяч таких.

— …

Ну конечно.

С чего бы этой девчонке узнать Кольцо чудес.

Другого выхода не было.

Таких денег у меня при себе не было.

Если вывести все инвестиции из Священного рыцарского ордена и торговой компании Шейдена, хватит с избытком, но это было бы по-настоящему тупым решением.

Оставалось попросить надёжного союзника.

— Оплата сразу или в рассрочку, уважаемый клиент?

— Сразу. Выставь счёт Айрин фон дер Лихтенбург.

— М-м? Исполняющей обязанности графини Лихтенбург?

— Да. Скажешь, что это мои расходы. Она оплатит.

— Хм-м-м… Ну ладно. Поверю.

Джин некоторое время смотрела на меня с подозрением, но вскоре снова улыбнулась.

Когда она пришла сообщить, что заказ выполнен, настроение у неё было не очень.

А сейчас опять выглядела бодрой.

Маниакально-депрессивное, что ли?

— Шлюс Хайнкель. Сначала ты меня жутко бесил, но теперь начинаешь нравиться.

— Не помню, чтобы делал что-то, что могло бы тебе понравиться.

— Как это не делал? Согласился заплатить сразу, без торга. Мой любимый тип.

— …

Я забыл.

Вороны обычно называют за заказ очень высокую цену.

Клиенты, которые это знают, всегда торгуются, поэтому в итоге обычно сбивают цену примерно до половины от первоначальной…

И вот об этой настройке я забыл.

То есть я только что переплатил в два раза.

А раз Джин, как известно, особенно сильно заламывает цены, возможно, я переплатил раз в десять.

Но мне было всё равно.

Платил ведь не я.

Наоборот, я потратил чужие деньги и получил расположение Джин. Вышло даже неплохо.

Хотя, может, я не расположение получил, а стал для неё просто удобным лохом?

Ну да какая разница.

Это почти одно и то же.

***

— У-ууууу… Не могу сосредоточиться…

Тёмная комната, освещённая масляной лампой.

Айрис сняла очки и легла грудью на стол.

Промежуточные экзамены были уже совсем близко, но сосредоточиться на учёбе никак не получалось.

— Может, потому что пусто…

Она поднесла руку к груди, но пальцы коснулись только ключицы.

Может, она не могла сосредоточиться потому, что исчез крест, который был с ней больше десяти лет?

Наверное, это тоже влияло.

Но Айрис знала, что настоящая причина была не в этом.

— Ха-а…

Она постоянно думала о Шлюсе.

Она сказала ему жестокие слова.

Разозлила его.

Может быть, даже заставила его себя ненавидеть…

Конечно, она не сожалела.

Когда-нибудь эти слова всё равно пришлось бы произнести.

Но у неё не было смелости вынести ненависть Шлюса.

Поэтому она оставила крест.

Чтобы он вспомнил её.

Чтобы хотя бы с опозданием узнал.

Но сама Айрис понимала, что это бесполезно.

Если бы он мог узнать её, то узнал бы в первый же миг их встречи.

Она прекрасно знала, что какой-то маленький крестик, который можно найти даже в сувенирной лавке, не заставит его вспомнить.

— Я правда трусиха…

Тогда она думала, что поступает как святая, и поэтому ничего страшного, если её забудут.

Нет, если честно, почти до недавнего времени она действительно так думала.

Она никогда не ждала благодарности от тех, кому помогала.

Ни разу.

Но теперь ей отчаянно хотелось этой благодарности.

Благодарности одного-единственного человека.

Если он вспомнит её, она будет счастлива так, что большего и желать нельзя.

Будет настолько счастлива, будто взлетит.

Но этого не случится.

Потому что он слишком занят, чтобы помнить такую мелочь.

Потому что он прожил слишком тяжёлую жизнь.

Всё, что она может, — это молча смотреть ему в спину и поддерживать издалека.

А когда он время от времени пойдёт по дороге смерти, слегка поправлять его путь…

Если ради этого придётся принять его ненависть, она была готова.

Она точно так думала.

Тогда почему же сейчас так больно в груди…

— Я даже не святая…

Святая не должна ждать платы.

А она отчаянно ждала ответного чувства.

Как святая, она была непригодна.

Если честно, она хотела прямо сейчас выбросить сам титул святой.

Рассказать ему всё и забрать его сердце себе.

И у неё была уверенность, что она сможет.

Если смотреть объективно, у неё были весьма привлекательные лицо и тело.

Но она не могла так поступить.

— Хы-ып… Ха-а… Нужно заниматься.

На этом континенте всё ещё много людей, которым нужна помощь.

К тому же рядом с ним уже есть подходящая пара…

Чтобы все были счастливы, ей одной нужно лишь немного стиснуть зубы.

С горькой улыбкой Айрис снова взяла ручку.

***

«Он реально псих?»

Особняк Лихтенбургов.

Эрика жевала печенье и снова и снова смотрела на таблицу оценок.

Там были собраны все результаты нынешних экзаменов и практик.

И среди них особенно выделялся один человек.

Шлюс Хайнкель.

Он не уступил первое место ни на одной практике и ни на одном испытании.

По сравнению с промежуточными экзаменами доля этих оценок в итоговом результате была невелика, так что значение не было огромным.

Но результат всё равно поражал.

«Он точно ебанутый...»

Судя по слухам, на боевой магии он тоже почти везде занимал первое место.

Правда, там был один монстр совершенно другого уровня, из-за которого Шлюс не смог быть первым абсолютно во всём.

Но даже с учётом этого выходило, что Шлюс одновременно осваивал и теоретические исследования в элементальной магии, и рукопашный бой с использованием магической силы в боевой магии.

Это уже не просто сочетание ума и силы.

Это уровень, где он стремился к вершине и там, и там.

«Если хочу его обойти, способ только один...»

Если Шлюс провалит промежуточные экзамены, шанс ещё появится.

Но если такой безупречный Шлюс вдруг провалит промежуточные экзамены, это само по себе будет странно.

Даже те, кто в начале семестра смотрел на него свысока, наверняка уже это понимали.

Но способ всё равно был.

Сделать так, чтобы Шлюс провалил экзамены.

Например, похитить его в день экзамена и отпустить только на следующий день…

— Да что я несу…

Эрика взъерошила волосы из-за мерзкой мысли, которая сама пришла в голову.

Так нельзя.

Как дочь гордого дома Лихтенбург, она не могла совершить такой низкий поступок.

— Но кто-нибудь ведь сделает.

Но раз это пришло в голову ей, значит, другим тоже будет легко до этого додуматься.

Те посредственные середняки, для которых Шлюс был бельмом на глазу, наверняка что-нибудь устроят.

Ну.

Со всем этим Шлюс должен справиться сам.

Раз простолюдин поступил в Имперский университет, он должен был быть готов хотя бы к такому.

— М-м… Это вообще правильно?

Эрика подумала ещё раз и тихо застонала.

Можно ли нападать на него только потому, что он простолюдин?

Конечно, это несправедливо.

Но обязан ли Шлюс всё это выдерживать сам?

Может, я могла бы немного помочь?

Разумеется, не из каких-то скрытых мотивов. Просто как аристократка я должна устранять несправедливость…

— УЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭ?!

В этот момент по коридору разнёсся пронзительный вскрик.

Голос матери.

Эрика резко поднялась и заглянула в комнату, откуда донёсся звук.

— Матушка. Вы в порядке?

— А? Угу. Всё хорошо.

— Это из-за Шлюса?

— !..

Она заметила, как мать вздрогнула.

Похоже, попала точно в цель.

— Матушка…

— С чего ты вдруг вспомнила имя этого мальчика? Хо-хо, нет, конечно. Совсем нет.

— Понятно.

Что бы она ни сказала, мать всё равно не расскажет правду.

Эрика скрипнула зубами и закрыла дверь.

Точно.

Тот ублюдок Шлюс сказал, что немного поиграется с её матерью и бросит.

— Вот же…

Если подумать ещё раз, помогать такому типу смысла не было.

Тем временем в кабинете графа госпожа Лихтенбург…

— Он точно ненормальный…

Смотрела на счёт за заказ и дрожала всем телом.

Пятьдесят миллионов тирионов.

Добавь ещё немного, и можно было бы купить роскошный дом в новом районе столицы.

Ей даже стало интересно, какую безумную работу нужно поручить Воронам, чтобы получить такую цену.

«Шлюс Хайнкель сказал, что исполняющая обязанности графини оплатит вместо него.»

И всё это нужно было заплатить разом.

Поскольку это был приказ Шлюса Хайнкеля, отказаться она не могла.

— Говнюк…

Со слезами на глазах госпожа Лихтенбург всхлипнула и размашисто поставила подпись.

Сначала всё началось с лёгкого унижения.

А теперь его требования становились всё больше.

Что же он запросит в следующий раз…

От одной мысли будущее казалось беспросветным.

— Кхм…

В кабинете раздался жалобный всхлип госпожи.