— Хорошо, тогда не могли бы вы на минутку прилечь вот сюда?

Он с готовностью принял просьбу Энтони и встал с дивана.

Энтони, следуя его указаниям, лёг на диван, устроившись как можно удобнее. К счастью, длины дивана было достаточно, чтобы он мог вытянуться во весь рост.

— Эм… Что теперь будет? – спросил Энтони, лёжа на спине, подняв взгляд на слепца, стоявшего рядом.

— Сначала мне нужно знать, где именно вы чувствуете дискомфорт. Вас что-то беспокоило в последнее время?

— В последнее время… Я плохо сплю, тело ломит, в голове туман от усталости. Но… это поддаётся лечению?

— Усталость, говорите… Усталость…

Слепец опустился на колени рядом с лежащим Энтони и нащупал его руку.

— Будьте добры, закатайте рукав.

— …Хорошо, – послушно кивнул Энтони и закатал рукав, как попросил слепец. Слуга в это время с затаённым дыханием наблюдала за происходящим с противоположного конца гостиной.

Когда рукав был закатан, слепец порылся в своём рюкзаке и извлёк оттуда тонкую иглу.

— Положите руку спокойно на диван, не напрягайте её. Рука должна быть полностью расслаблена.

— …Хорошо, – согласился Энтони.

Он подчинился указаниям слепца, желая испытать его способности.

Когда он расслабил руку, слепец провёл по ней ладонью, будто что-то нащупывая, а затем остановился в одном определённом месте. Другой его рукой, в которой он держал иглу, он уверенно вонзил её точно в найденную точку.

Игла быстро вошла под кожу, но Энтони не почувствовал ни боли, ни укола.

“Кажется… в голове проясняется…”

Вскоре после того, как игла была извлечена, гул в голове Энтони и правда начал спадать, и сознание прояснилось.

— …Что это было…? Простите… Я просто не ожидал. Я новичок в иглоукалывании, и это удивило меня… – растерянно пробормотал он, широко раскрыв глаза.

— Это была точка от головной боли. Чтобы снять усталость со всего тела, мне придётся прикоснуться к вашей спине, а это уже другой этап, – с невозмутимой улыбкой объяснил слепец, — Пока я просто снял головную боль. Как самочувствие?

Энтони внимательно смотрел на него, и в груди у него всё быстрее и быстрее стучало сердце.

“Неужели… наконец…”

В голове вспыхнула мысль, и он ощутил, что обязан перед ним извиниться.

— Прежде всего… Прошу прощения. Я… Я очень волновался. Иглоукалывание – это ведь иглы, которые нужно вонзать в тело ребёнка… Я просто… не мог не переживать…

— Всё в порядке, – мягко ответил слепец, — Такая реакция вполне естественна, особенно если незнакомец собирается колоть иглами кого-то из ваших близких.

С этими словами слепец аккуратно уложил рюкзак и поднялся с дивана.

Когда он закончил приводить свои вещи в порядок, он снова заговорил:

— Тем более, это ведь тело вашей дочери. Я понимаю вашу тревогу. Если я могу хоть как-то помочь больному – это крест, который я готов нести.

Энтони, лежавший на диване и глядевший на него снизу вверх, на мгновение словно увидел за его спиной сияние. От этих проникновенных слов у него на миг в голове вспыхнула мысль.

“Святой…”

Святой – это апостол Господень. Одновременно может существовать только один.

Мысль промелькнула внезапно, хотя он точно знал, что в Святой Земле нет официально признанного Святого.

Конечно, это была лишь иллюзия, вызванная светом от лампы, что висела над потолком.

Энтони быстро опомнился и, поднявшись с дивана, сказал:

— …В любом случае, благодарю вас. Пойдёмте… Я отведу вас к дочери.

Он доброжелательно повёл слепца к спальне, где лежала Эмилия.

— Вы очень уверенно передвигаетесь, кстати.

Слепец точно следовал за шагами Энтони, не сбиваясь с пути.

— Я слышал от знакомых об этом… Как вы это называете? Предвидение?

— Это нечто вроде шестого чувства. Оно позволяет улавливать расположение предметов по звукам, колебаниям, потокам воздуха. Мастер, что вырастил меня, обучил этой технике. Хотя… я не думаю, что в этом есть что-то особенное.

— Хе-хе…

Слепец был весьма скромен.

Для Энтони он казался удивительным человеком, но сам он воспринимал свои способности спокойно.

— Вот комната, где лежит моя дочь.

С этими словами Энтони открыл дверь. Слепец, войдя внутрь, нащупал рукой стул у кровати и спросил:

— Можно сесть?

— Конечно. У вас действительно необычное восприятие.

— Но… Моих чувств недостаточно, чтобы точно понять её состояние, мне нужно будет прикоснуться. Вы не возражаете?

— Нет, делайте, что сочтёте нужным.

Энтони встал позади слепца, внимательно наблюдая за его действиями.

Слепец осторожно снял с Эмилии одеяло, приподнял её одежду, обнажив живот. Затем аккуратно приложил ладони к коже, ощупал её, прислушался, приблизив ухо к телу.

“Она… необычна…”

Говорят, первое впечатление особенно важно.

И для Энтони первое впечатление о слепце было сильным. Его загадочные способности, практические навыки, повязка на глазах – всё в нём было таинственным.

Скрестив руки, он внимательно следил, чуть нервничая от незнакомой энергии, исходившей от дочери.

Наконец, слепец завершил осмотр и заговорил:

— …Я был напряжён, когда услышал о её болезни, но, похоже, мои подозрения подтвердились.

— Вы знаете, как называется её недуг?

— …Вы слышали когда-нибудь о “истощении маны”?

— Истощение… маны?

Энтони явно растерялся от такого названия.

— Мана – это то, из чего состоит тело человека, источник жизни… своего рода жизненная сила.

— Это я понимаю, но…

Хотя Энтони не был ни рыцарем, ни магом, он знал, что каждый человек живёт с маной в теле.

— Но, если извлечь её из тела и полностью использовать – это становится опасно. Маги, к примеру, расходуют свою ману, когда используют заклинания.

— …Но моя дочь – обычный ребёнок, она едва чувствует ману, не то что использовать её… Почему же у неё истощение? – Энтони, всё больше погружаясь в размышления, разжал руки и спросил.

— По сути, истощение маны – временное состояние. Оно возникает, когда человек расходует слишком много. Но… ваша дочь даже не пользовалась маной. С момента, как её тело попыталось восстановить утрату, мана начала бесконтрольно утекать… Она постоянно находится в состоянии утечки.

— …Она теряет ману… Истощение маны… Значит ли это, что даже вы не сможете её вылечить?

На отчаянный вопрос Энтони слепец повернул голову к Эмилии.

— Это редкое заболевание, но его можно излечить с помощью “Божественного очищения” – святой магии, что устраняет пагубные состояния… но, насколько мне известно, вы сейчас не в том положении, чтобы рассчитывать на это.

С этими словами он открыл свой рюкзак и аккуратно достал несколько игл, разложив их рядом с Эмилией.

— Значит… мне придётся попробовать.

— И… попытка вылечить её не подвергнет её риску?

Разумеется, Энтони верил в способности этого человека, но сомнения всё же оставались.

— Риска нет. Просто нужно будет много сосредоточенности.

— Ах… Понятно. Если вам будет неудобно, скажите, и я выйду.

— Нет, всё в порядке. Пока ваше присутствие не повлияет на моё сосредоточение, вы можете остаться.

С этими словами слепец медленно провёл пальцами по животу Эмилии, ощущая точки.

Затем он взял первую иглу.

Энтони затаил дыхание, стараясь не мешать, но волнение не отпускало.

“О, Господи Хенерис… Пусть этот день станет тем, когда Ты пошлёшь спасение своему слуге…»

Он молился изо всех сил.

Но как только слепец собрался ввести иглу, его рука замерла в воздухе.

Смущённый этим, Энтони немедленно задал вопрос:

— Что-то пошло не так?

— Нет, – ответил слепец, — Просто… это очень важная процедура, и мне нужно быть абсолютно уверенным. Позвольте ещё раз всё мысленно повторить.

Слова были непонятны, но Энтони почувствовал: человек с повязкой на глазах и вправду что-то воссоздаёт в своей голове.

“Порядок введения игл… Я и ожидал, что это важно, но всё же… ситуация сложная.”

Прошло немного времени. Затем слепец, наконец, поднял голову.

— Хорошо… теперь можно начинать.

Его голос звучал увереннее, и этого было достаточно, чтобы укрепить веру Энтони.

Одна за другой иглы осторожно входили в живот Эмилии. Лицо девочки не искажалось от боли. К счастью, она, похоже, ничего не чувствовала.

Слепец водил рукой по её животу, находя нужные точки и точно вводя иглы.

“Господь Хенерис… Даруй силу нашей бедной Эмилии…”

Энтони продолжал молиться Богу, которому служил.

Одна за другой, без колебаний, иглы ложились в нужные места, пока наконец движения слепца не остановились. Он медленно выдохнул.

— Всё готово. Теперь остаётся только ждать. В подобных случаях результат от иглоукалывания проявляется не сразу.

Он начал складывать обратно в рюкзак свои инструменты и, закрыв его, похлопал по креслу, где только что сидел.

— Присядьте. Думаю, если она проснётся… первое лицо, которое она захочет увидеть – это лицо её отца.

— …Благодарю вас.

— Но пока нельзя быть уверенным. Нужно понаблюдать.

Энтони дрожащими руками опустился в кресло и посмотрел на Эмилию. Двенадцать игл покоились на её крохотном теле. Его сердце болезненно сжалось, и в его мыслях вновь возник образ покойной жены.

“Я многое выдержал… но пока она рядом, я держался. Эмилия… если и ты уйдёшь… как же я смогу жить дальше?”

Он сложил руки в молитве и прижал их к краю кровати, из глубины души умоляя Бога.

Слепец молча стоял позади, наблюдая за его сильной, но согбенной от горя спиной.

Прошло немного времени…

И вдруг… до ушей Энтони донёсся голос. Голос, которого он ждал так долго. Голос, по которому тосковал.

— …Папа?

Это был голос Эмилии. Она открыла глаза.

Всё ещё сонная, она посмотрела на отца.

Папа. Слово, которое он не слышал уже много, много лет…

С тех пор, как умерла её мать, девочка перестала называть его “папой”. Она обращалась формально – “отец”.

— Эмилия…? Ты очнулась…!

— Эм… да…

— Эмилия… Ты вернулась ко мне… Хныыы…

Девочка удивлённо смотрела на отца, с глаз которого безостановочно текли слёзы… Она не понимала, почему он плачет. Но… посмотрела на него и улыбнулась. Почему-то ей очень хотелось это сделать.

— Хе-хе…

Эта улыбка, так похожая на ту, что сияла когда-то на лице его жены, лишь заставила слёзы Энтони литься сильнее.

— Как же я скучал… Моя милая, дорогая девочка…

---

— Вы уверены, что 700 золотых достаточно?! Я же объявил, что дам 2000 тому, кто исцелит мою дочь…

— Всё в порядке. Такая сумма не станет для вас обременительной, верно?

— Всё же… Нет, раз вы так решили, господин Иглотерапевт… Благодарю вас от всего сердца.

Энтони склонился в поклоне передо мной.

“Если я возьму все 2000 золотых, это может отсрочить его превращение в покровителя Святой…”

Я взял самую малую сумму, которую мог себе позволить, ведь знал, когда начнётся эпизод со Святой, всё будет гораздо сложнее.

Я отказался от предложения в 1000 золотых, и лишь когда сумма дошла до 700, Энтони с неохотой согласился.

“Он добрый человек…”

Девочка, прижавшаяся к его ноге, его дочь Эмилия, застенчиво помахала мне рукой. Видно, что она немного стесняется, ведь я для неё незнакомец.

— Эмилия, у него проблемы со зрением, лучше поздоровайся вслух.

Энтони присел, чтобы быть на одном уровне с дочерью, и нежно погладил её по голове.

“Я потратил два очка умений, но не жалею… У меня ведь есть Повязка, что ускоряет получение опыта.”

Перед тем как применить иглоукалывание на Эмилии, я понял, что уровня 1 не хватит, чтобы вылечить её. Поэтому использовал два оставшихся очка, чтобы поднять навык до уровня 3. К счастью, это сработало.

И тут, будто по сигналу, в воздухе раздался тихий, тоненький голосок:

— Господин Иглотерапевт… Спасибо вам… До встречи…! Не знаю, случится ли когда-нибудь “в следующий раз”. Но однажды я отплачу вам за всё в куда большей мере, господин Иглотерапевт.

Я улыбнулся, услышав её застенчивое прощание.

— Ха-ха, мне и того, что вы уже дали, более чем достаточно. На этом я откланяюсь.

— Счастливого пути.

Женщина, стоявшая рядом с ними, также почтительно поклонилась мне.

Я поблагодарил их и вышел.

“Кажется, я становлюсь всё лучше в придумывании оправданий…”

Снять повязку я не мог, да и судьба добрых людей, встречающихся мне, слишком важна, чтобы рисковать.

Энтони станет покровителем Святой, а значит – будет тесно связан с ней.

“В игре, после выполнения этого квеста, я сразу получал небольшой прирост к симпатии Святой…”

Появление Святой в Академии – дело непростое.

Она тянется к загадочным личностям, и я подумал, что, если не назовусь по имени, это будет даже лучше.

Когда я вышел из дома Энтони, солнце уже медленно поднималось над горизонтом.

Мой рюкзак был набит – я только что получил 700 золотых. Всё, что осталось – это предмет, содержащий воспоминания души. Но я уже знал, где он находится, так что это не должно стать проблемой.

Да, я потратил два очка навыков и не смогу покинуть клуб, к которому примкнул, в течение некоторого времени…

“Но всё равно – это был самый быстрый путь.”

До Призрачного Меча осталось совсем немного.

“Нужно поторопиться, чтобы не опоздать…”