Граф Аслан отправил Ферзену приглашение, но не ожидал, что он придет.

Если поразмыслить, то можно было бы заметить насмешку в его присутствии, тем не менее его наглость все равно ошарашила графа.

Более того, два конверта, лежащие на столе, даже не вскрывая их, давали смутное представление о том, что в них содержится.

Было ли изначально семь приглашений?

Или это уловка, чтобы разжечь конфликт?

Почувствовав легкое жжение в горле, граф Аслан потер шею своей грубой рукой.

Его дочь и сын уставились на него, словно надеясь, что он разрешит ситуацию.

Даже северные дворяне растерянно поглядывали на него.

Наконец, сделав шаг вперед, граф Аслан подошел к Ферзену, который излучал спокойствие.

— Граф Луэрг, давайте отойдем на минутку.

— ......Как же вы жестоки.

Нарезая мясо и нанизывая его на вилку, Ферзен с ухмылкой смотрел на графа Аслана, прежде чем продолжить мысль.

— Вы даже не даете мне времени насладиться пиршеством.

Отложив нож и вилку, Ферзен слегка прищелкнул языком.

Брови графа Аслана дико вздрогнули от такой дерзости, но голос его оставался все таким же спокойным.

— Если вы насытитесь слишком сильно, то не сможете насладиться вкусом Риверы.

— Хоо......

Арманд де Ривера.

Если просто и без лишних слов, то это самое дорогое вино в империи.

Даже пустая его бутылка стоит целое состояние, и все же он собирается угостить им?

Ферзен несколько раз постучал пальцами по столу, прежде чем подняться,– он и так собирался обсудить с ним важные темы.

— Раз уж вы зашли так далеко, хоть это и бесстыдно, но я наслажусь щедрым угощением.

— Вы не возьмете свои вещи?

— Я все равно вернусь, так что в этом нет смысла.

Ответил Ферзен с лукавой улыбкой.

Он не собирался позволять наведенной им суете сойти на нет.

Граф Аслан, испытывая внутренний конфликт, все же не считал своего сына Джерарда неспособным справиться с ситуацией, подкинутой Ферзеном, особенно когда тот уже покинул их, поэтому с трудом он заставил себя покинуть зал с непрошенным гостем.

После этого, вполне ожидаемо, сидящие северные дворяне обратили свои взоры не на застолье...... а на два конверта которые оставил Ферзен.

* * * * * * *

*Топ*

*Топ*

Двигаясь по безмолвным коридорам особняка, Ферзен и граф Аслан не обменялись ни единым словом.

Однако лишь граф чувствовал на себе тяжесть молчания.

*Щелк*

Наконец, открыв дверь своих покоев и держа в руке бокал вина, граф Аслан сел напротив Ферзена и прямо посмотрел на ясное лицо этого юного выскочки.

— Вам доставляет удовольствие разыгрывать драму?

— ......

На первые слова графа Аслана Ферзен не ответил, вместо этого спокойно наслаждаясь вином в своем бокале.

Смысл, скрытый за словом "драма" был очевиден.

Два конверта, оставленные на банкетном столе.

Они не были приглашением на аукцион Бритейнов, а показушным блефом.

Ведь число приглашений, известных публике, равно пяти.

Если эти два подлинные, то их уже будет семь, и тогда получается, что он собирался перетянуть большинство на свою сторону, но в таком случае он должен был принести десять приглашений.

— Граф.

— ......

— Неужели вы, как и другие северные дворяне, считаете меня ослепленным властью?

Слабо рассмеявшись, Ферзен отложил бокал.

— Если бы это было так, я бы не выбрал Луэрг для обустройства своего гнезда.

Указав на ошибочность его рассуждений, Ферзен неторопливо сцепил руки.

— Ты...... Вы смеете теперь прикрываться традицией Бритейнов?

Как тот смеет говорит такое, в то время как жадно тянулся к его положению главы Севера?

— Вы ведь понимаете, что если бы я действительно жаждал этого разваливающегося трона, я бы принес десять приглашений.

— Я знаю, что пять – это ваш предел. В отличие от вас, маркиз Джеремия – ныне глава Бритейна, а потому он не смеет поддерживать своего жаждущего власти брата.

— ......

— А преувеличенные слухи о масштабном строительстве в этих бесплодных северных землях? Скажите не вы ли сами их запустили?

— Я не нанимал рабочих с ваших земель, но вы, как я погляжу, очень осведомлены. Как мило.

— Юнец......

Морщины графа Атрана кривились с каждым словом, от которых сквозил снисходительный гонор.

— Похоже, вам очень нравятся шахматы.

Ферзен взглянул на шахматную доску и аккуратно расставленные шахматные фигуры на окне рядом с ним.

*Стук*

Взятая в руку фигура – пешка, эквивалент солдата.

— Граф, знаете ли вы, почему пешке в шахматах не позволено разворачиваться...... или двигаться назад?

— ......

— Смысл за этим довольно прост.

Взгляд на короля – непозволительная грубость.

Ибо смотреть в лицо подразумевает равенство меж ними.

Поэтому единственный выбор, который может сделать солдат на поле боя, — это двигаться вперед.

Оглянуться на короля или отступить с поля боя можно только с его разрешения.

Так и люди – если они поднимут глаза к солнцу, то вскоре склонят голову.

— Даже птицы в небесах знают свое место и не стремятся подняться выше к солнцу.

— Ха......

— В этом смысле, я думаю, вы еще хуже, чем те птицы.

*Бам!*

— Знай свое место!

Граф с возмущением обрушил свой кулак на стол, отчего бокалы опрокинулись, и дорогое вино растеклось по столу.

Но что раздражало Ферзена, так это брызги слюны, которые попадали на тыльную сторону его руки, когда тот повысил голос.

— Как непристойно.

*Шорох*

Достав из нагрудного кармана носовой платок, Ферзен медленно протер тыльную сторону ладони.

Хотя больше чем поведение собеседника, его волновало то, что слюна попадала только на левую руку.

Однако приказать тому плюнуть на тыльную сторону правой руки невозможно, поэтому ему оставалось только уставиться на графа Аслана, с трудом подавляя нарастающий приступ ОКР.

*Вздрог!*

За спиной Ферзена показалась луна, скрытая облаками, и заключила его в объятия своего света.

На первый взгляд это зрелище могло бы показаться прекрасным, но жуткие алые глаза Ферзена под багровым сиянием луны, нависшей над небом, лишь навевают зловещие мысли.

— Как вы и сказали, у меня в наличии пять приглашений.

— ......

— И прямо сейчас, в зале, лежит одно из этих пяти приглашений и чистый лист бумаги, на котором ничего не написано.

— Вы настолько глупы, что копаете яму под себя?

— Забавно.

Если пять приглашений – правда, и одно из них здесь…...

То один из пяти дворян, отправившихся в Луэрг, остался за бортом?

Какую выгоду он из этого извлечет?

— Разве я не говорил вам? Меня не интересует этот шаткий трон.

Бросив на пол носовой платок, которым он вытер слюну графа Аслана, Ферзен встал.

— Можно взобраться на вершину самой высокой горы в мире, но даже находясь на ней, не дотянуться до солнца.

— ......

— Такая элементарная истина, и все же вы забыли о ней, сидя с высоты столь незначительного положения.

Один со стороны Ферзена.

Другой со стороны графа Аслана с чистым листом.

Двое дворян, оказавшиеся в затруднительном положении, когда им не удастся примкнуть ни к одной из сторон, станут нейтральной силой на Севере.

Верно, Ферзен планировал разделить Север не на две, а на три фракции.

Пока северные дворяне будут заняты внутренними распрями за власть, они не посмеют так самонадеянно оказывать давление на Центр.

Когда он задумался, то вспомнил миф, напоминавший подобную ситуацию, из мира, в котором жил Ли Со Джин.

Вавилонская башня.

Люди, строившие башню к небесам, были наказаны богом тем, что отныне они говорили на разных языках и не могли понимать друг друга, тем самым прервав строительство башни.

В данном случае наказанием стало раздробление власти, которой он обладал.

— Должно быть, набив брюхо на земле, вы и вовсе забыли, как высоко вам позволено летать.

— Ты......

— Вот почему, граф......

Разорванную.

Разбитую.

Ему вновь предстоит собрать осколки своей власти воедино.

И когда он снова взлетит в небо, он должен будет помнить.

— Не дерзай смотреть на солнце.

И......

— Не подлетай, пока не будет велено.

Прежде всего, ястребы спускаются на землю, чтобы найти пищу.

Что он может желать в широком и голубом небе, что смеет взбираться выше предназначенной для него высоты?

— Если Север кажется вам тесным, то воспользуйтесь этой возможностью, чтобы рассмотреть его как следует.

Ибо даже это место слишком велико для него.

Ему не стоить беспокоить императора.

А лучше пусть займется дворянами, которые следуют за ним.

*Стук*

Закончив говорить, Ферзен поставил пешку на залитый вином стол и покинул комнату.

А граф Аслан с опозданием поднял стоявшую перед ним бутылку Ривера и грубо бросил ее вслед Ферзену.

*Треск!*

Вместе с осколками бутылки выплеснулось и оставшееся в ней вино, наполнив комнату приятным пряным ароматом.

Но никто не был пьян.

В темном ночном небе висела луна.

И она по-прежнему переливалась красным, словно одурманивая своим видом.

* * * * * *

— ......Не вставайте.

Когда его отец и Ферзен покинули банкетный зал.

Джерард прокашлялся и, как бы угрожая, обратился к взволнованным дворянам.

Но веса голоса Джерарда было недостаточно, чтобы удержать их на месте.

В конце концов, ничто не помешало двум дворянам схватить письмо и покинуть банкет.

С раскрасневшимся лицом Джерард ринулся вслед за ними, оставив сестру безутешно горевать по поводу сорванного банкета.

Он хотел напоследок выдать покинувшим последнее предупреждение, но вскоре был вынужден обернуться, услышав шаги, гулко отдававшиеся по коридору.

— ......

Они уже закончили?

Как всегда, излучая высокомерие и внушая страх, Ферзен шел уверенно.

*Вздрог!*

На мгновение Джерард едва не опустил голову, но, сжав кулаки, встретился с ним взглядом.

*Топ*

Расстояние между ними сокращалось.

И до него донесся слабый аромат вина, смешанный с запахом одеколона.

Но как бы он ни был решителен, Ферзен просто проигнорировал его, словно он был камнем, катящимся по мостовой.

Униженный этим поступком Джерард прикусил губу так сильно, что из нее пошла кровь, и бросился за Ферзеном, преграждая ему путь.

— Думаете, эта иллюзорная власть...... будет длиться вечно?

— ......

— Однажды, когда начнется война, императорская семья назначит нас маркизами пограничных земель и передаст нам военную власть — из-за географических особенностей и влияния нашего рода.

— ......

— И когда придет это время, Луэрг без вас будет жестоко растоптан.

— Твоя храбрость похвальна.

Словно в знак похвалы, Ферзен похлопал Джерарда по плечу и слегка присвистнул.

И тут же рядом с ними галопом пронеслась белая лошадь, которая услышала звук вдалеке……

— Аргх!

И ударила хвостом по лицу Джерарда за то, что тот помешал ей встретиться со своим хозяином Ферзеном.

— Фррр!

Громко фыркнув, он встал так, чтобы Ферзену было удобнее забраться на него.

Погладив гриву коня, Ферзен устроился в седле и посмотрел на упавшего Джерарда.

— Если враг вторгнется на север, первыми прольют кровь одиннадцать домов, в том чиле и Луэрг.

— ......

— Дейсвительно ли вам доверят командование?

Хотя да, возможно, доверят.

Когда 11 домов будут сметены врагом и останется только дом Аслан.

Как бы приказывая им погибнуть с честью.

— Джерард.

— ......

— На войне солдату не позволено оглядываться назад и отступать.

Поэтому они жаждут, восхищаются и следуют за монархом, который стоит перед ними и ведет их, показав спину.

— Так что не нужно ждать подолгу. Если я тебе не нравлюсь, ты всегда можешь объявить территориальную войну. Любая причина будет приемлемой.

— ......

— Найти меня на поле боя не составит труда.

Он встанет в первых рядах, любезно выискивая его лицо.

Быстро схватив поводья и слегка ударив по крупе[1], Ферзен пустил своего белого коня в путь.

Наступила ночь, и северный холод стал довольно сильным, но легкий жар от алкоголя помогал ему справиться с ним.

Это было крайне утомительное и раздражающее путешествие, но.......

Арманд де Ривера.

Просто вкусив это вино, Ферзен решил, что оно того стоило, и направился обратно в Луэрг.

* * * * * * *

Спустя некоторое время барон Меклен, придя к какому-то решению, испустил протяжный вздох и осторожно вскрыл конверт.

— ......

Однако его встретило не приглашение, скрепленное печатью Бритейнов, а чистый белый лист бумаги, на котором ничего не было написано.

На мгновение барон Меклен настолько растерялся, что не мог даже моргнуть, и, не веря своим глазам, рассмеялся.

Теперь, когда он покинул банкет, возвращаться под опеку графа Аслана не имело смысла.

Даже если он неоднократно склонит голову, отношение к нему будет отнюдь не добрым.

На секунду в нем вспыхнул гнев на Ферзена за насмешку над ним, но затем барон Меклен успокоился и постарался оценил ситуацию своим ясным умом.

Всего на Севере насчитывается 12 благородных семей.

Политические интриги здесь были столь же ожесточенными и грязными, как и в Центре.

Поэтому барону Меклену не составило труда с помощью своей холодной головы быстро разгадать намерения Ферзена.

И если его гипотеза верна......

«Среди дворян, которые сейчас в Луэрге, должен быть изгой.»

Ферзен фон Швейг Луэрг.

Возможно, он пытается создать нейтральную фракцию, неподчиняющуюся ни одному из домов.

Сам Ферзен от этого ничего не выиграет.

Однако......

Императорская семья выиграет.

Конечно, не исключено, что тот мог просто выложить чистый лист, чтобы разжечь конфликт......

Но если все так, как он думал, то даже если Ферзен сменил фамилию, Бритейн останется Бритейном.

Родословная, что преданно поддерживала императорскую семью, даже когда их власть была крайне слаба.

Среди знати ходила шутка, что империя и властвующая семья падет раньше, чем Бритейн станут коррумпированы.

Теперь ему это не казалось шуткой.

— На Севере начнутся нелегкие времена......

Барон Меклен тяжело вздохнул.

* * * * * *

Тем временем......

В Луэрге состоялся банкет по случаю дня рождения капитана стражи.

Роэму, который был виновником торжества, не терпелось уйти оттуда.

Юриэль заняла место Ферзена и прекрасно справлялась с задачей развлечь дворян, но вид столь высокопоставленной знати, празднующей его день рождения, вызывал у него нервозность.

Разве это не то же самое, что восхищаться свиньей, надевшей жемчужное ожерелье?

Нет, лучше бы он в этот момент действительно был бы свиньей.

Тогда ему достаточно было бы только хрюкать.

---------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Примечание:

1. Круп лошади – задняя часть корпуса лошади от середины спины до хвоста