Громкий крик эхом разнесся по особняку.

Но служанки, ожидавшие у двери, будто привыкшие к этому, открыли ее, вошли внутрь и вытерли тело Лиззи, покрывшееся холодным потом.

— Хаа...... хаа......

Она так и не решилась поговорить на чистоту со своим старшим братом Роэром.

Прошло несколько недель с тех пор, как она вернулась в поместье Клодии.

Но кошмары о жестокой смерти братьев от рук Ферзена не переставали преследовать ее.

Возможно, это было воплощением вины, одолевавшей ее во сне.

Ведь в день разговора с Роэром Лиззи даже не заикнулась о том, чтобы прекратить эту месть.

— Прилягте на бок на минутку, пожалуйста, госпожа.

— ......

Служанки проделали все необходимые действия, не предлагая больше ни слова утешения испуганной девочке.

Лиззи крепче сжала одеяло, чувствуя себя подобной мальчику-пастуху, который лгал всем, крича "Волк!"

С каждым днем она все больше страшилась будущего.

Казалось, что за грядущим поворотом времени ее ждет кошмар, ставший реальностью.

«Б-брат......»

На самом деле, она надеялась, что ее братья как-нибудь справятся.

Возможно, именно из-за этой внезапной мысли Лиззи так и не решилась предложить остановиться.

И трусливо использовала своих родных как щит, закрывая уши и глаза.

Разум и инстинкт подсказывали ей, что нужно повернуть корабль, пока она не приблизилась к водам, наполненным рифами......

Но у Лиззи все еще не хватало смелости взяться за штурвал.

Вернее, не могла.

Не могла игнорировать зверя в человеческой коже, вернее, чудовища в волчьей шкуре, которое снедало ее изнутри.

И в конце концов это вылилось в жалкое самооправдание.

По крайней мере до тех пор, пока она остается хорошим, а не плохим ребенком……

Когда кошмар станет явью и встанет перед глазами……

Она со всей смиренностью вылижет ему ноги.

Возможно, она сможет вымолить жизнь своей семье, позволяя этой твари надругаться над ней.

— Ха, ха...... ахахаха......

Лишь одна мысль, промелькнувшая в ее сознании......

И тело Лиззи снова покрылось холодным потом, пропитывая влагой одеяло.

* * * * * * *

Небольшой тренировочный зал в поместье.

Там, размахивая мечом, Роэр обильно потел на знойной жаре.

Вид сломленной, рыдающей девочки все еще разрывал ему сердце, даже спустя столько лет……

И потому ему грустно было осознавать, что его младшая сестра решительно настроена плыть рядом с ним.

С каждым воспоминанием о случившемся он все сильнее размахивал мечом, подбрасывая дрова в пламя мести.

— Ты так сильно вспотел, Роэр.

— ......

Несмотря на то, что он велел никого не впускать, пришел неприятный гость.

Тот, кто должен был стать для него спасательным тросом, оказался гнилой веревкой[1].

— ......Что привело вас сюда?

— Скоро ты отправишься в королевство Лобелиум, и поэтому хочу представить тебе людей, которых я выбрал, что будут сопровождать тебя...... Ты чем-то недоволен? Кхе-кхе.

Закулисный старик Альфредов, Корлеоне уэйн Барретта Альфред, оперся на трость и ехидно улыбался.

Морщины на его лице все еще вызывают неприятные ощущения, как будто по лицу ползают бесчисленные змеи.

— Я вполне доволен. Просто...... не знаю, как правильно это выразить.

— Ты стал более красноречив. Кажется, за то время пока я тебя не видел, у тебя появился способный друг.

— ......

Глядя на Корлеоне, бросившего непринужденно меткое замечание, Роэр крепче сжал меч.

— Мне казалось, вы потеряли ко мне интерес.

— Хехе...... Как я могу быть бесчувственен к мужу своей дочери.

Смена темы явно говорила о том, что у Роэра есть тайна, которую он не хочет обсуждать.

Однако у Корлеоне не было веских причин для дальнейших расспросов.

В любом случае, он не ожидал получить с Роэра какой-либо выгоды, поэтому, едва взглянув на него, он спокойно развернулся и ушел.

— Эти люди вскоре станут твоими руками и ногами, так что, пожалуйста, заведи с ними разговор и установи доверительные отношения.

— Да...... будет исполнено. Старейшина.

Роэр знал, что люди, которых этот старик прикрепил к нему, призваны следить за его действиями.

Но он не посмел возражать, а потому смиренно подчинился, изображая признательность.

— Итак...... а вы, следуйте за мной.

— Да!

Вытерев пот со лба, Роэр поднял голову.

Солнце сегодня было необычайно жарким.

В лучах его света клинок ярко блестел, демонстрируясвою остроту.

Окинув его взглядом, Роэр одним выверенным движением вернул меч в ножны.

И вместе с тем крепко сжал рукоять меча, стараясь запечатлить в себе непреклонную решимость.

И страх и сомнения перед врагом ушло вслед мечу под ножны……

И в то же время.

Гнев и несгибаемая воля сразить врага будут пробуждены, когда будет вновь обнажен его меч.

«Ферзен, этот клинок…… моя жизнь»

«И оно будет окроплено твоей кровью»

В следующий момент, сделав шаг вперед, голубые глаза Роэра засияли холодным огнем.

* * * * * * *

— Старейшина, кажется, Клодия что-то скрывает. Вас это не беспокоит?...... Хотя, это должно быть что-то незначительное.

— Кхе-кхе. Увидев столько грязи, служа под моим началом, ты так и не усвоил сути мира.

— А?

*Стук*

Опираясь на трость, Корлеоне обвел взглядом окружающих.

— Посмотрите, достойные, величественные и благородные не пытаются скрыть себя.

Нет, даже если бы они хотели скрыться, они не смогли бы.

— А те, кто пытается скрыться, всегда ничтожны и уродливы.

Как следствие этого простого рассуждения......

Сокрытие тайн – это уродство.

Не так ничтожен уродливый человек, сколь тот, кто скрывает свое уродство.

— ......Благодарю за наставление.

— Не нужно благодарностей. Ты принес то, что я просил купить?

— Да! Конечно!

На слова Корлеоне мужчина рядом с ним поспешно вытащил маленькую коробочку из-за пазухи.

А внутри коробочки.......

Детская соска, выполненная в излишне роскошном стиле.

— Цена покупки...... ах!

Как раз в тот момент, когда мужчина собрался договорить, он внезапно споткнулся, но быстро прижал коробочку с соской к груди..........

Тем не менее, она все равно выскользнкла и со стуком упала на пыльный пол.

— ......

Наблюдая за разворачивающейся сценой, он с ужасом предпочел, чтобы вместо этого упало его собственное сердце.

Но реальность оставалась неизменной, поэтому, борясь с онемевшим собственным телом, он поспешно поднял соску и вытер носовым платком.

— Теперь, когда она испачкана пылью, ты все еще предлагаешь ее мне?

— П-про-прошу прощения, старейшина!

— Не трясись так. Я не стану выгонять тебя, служившего мне столько лет, за такую мелкую оплошность.

— ......Благодарю вас за щедрость.

— Но жаль выкидывать зря соску, так что используй ее сам.

— Да! Как только у меня родится ребенок, я обязательно......

— Хм. О чем ты говоришь? Я же ясно сказал, чтобы ты использовал ее.

— ......

На мгновение, ошеломленный, он уставился на Корлеоне, забыв о приличиях.

И только затем, осознав свою грубость, он склонил голову.

— Вы хотите сказать...... чтобы я......

— Если я повторю это еще раз, то это будет уже третий раз. Ты действительно хочешь это услышать?

— Н-нет......

Мужчина знал, как сильно Корлеоне не любит повторяться.

Бросив взгляд на следовавших за ним подчиненных, он закрыл глаза и взял соску в рот.

*Чмок!*

*Чмок!*

*Чмок!*

— ......Кху-ху!

Занимаясь грязной работой и пачкая руки в крови, люди закономерно становятся менее эмоциональными.

И даже такие люди, чьи чувства притупились таким образом......

Не могли сдержать смех, видя, как их начальник сосет пустышку.

Лицо мужчины стало красным, как яблоко.

Корлеоне впервые за долгое время рассмеялся вслух.

— У него действительно громкий звук. Ну что, ты доволен качеством?

— Да..... я думаю...... он стоит своих денег.

— Когда будет время, закажи еще один.

— Будет исполнено, старейшина......

Пережив самую темную страницу своей жизни, мужчина низко поклонился.

* * * * * *

— Она...... она правда не вернулась домой......

Горько пробормотал виконт Розенберг, словно обессиливший от жары, и посмотрел на жену.

Разве он мог возненавидеть свою дочь, последовавшую за Ферзеном, оставив ему лишь письмо?

— Дорогая...... Кажется, наша дочь влюблена в графа Луэрга......

— Она уже в брачном возрасте, и разве не похвально, что она сама нашла себе мужа?

— Неужели то, что у него уже есть две жены, не является проблемой?......

Причем одна из них – дочь Альфредов.

Глаза виконта Розенберга наполнились слезами, когда он понял, что даже если бы он поддержал решение своей дочери, в противостоянии между семьями он беспомощен.

Что, если дочь Альфредов родит дочь?

А Лаура родит сына?

Сколько зависти и притеснений ей придется пережить.

Его хрупкая малютка просто не сможет выдержать всего этого.

— Если подумать, граф Луэрг тоже странный. Если бы у него была совесть, он бы отказал ей, но, судя по тому, что он принимает все так легко... он, должно быть, бабник!......

— Дорогой.

— ......

Мать Лауры, жена виконта Розенберга, знала, что не столько Лаура любит Ферзена, сколько он ее, поэтому она быстро прервала своего мужа.

— П-почему...... Она же твоя дочь.

— Я просто хочу сказать, что не стоит так чрезмерно ее опекать.

— Это не чрезмерно...... хм...... Может быть, лучше отказать ему, сославшись на то, что Лаура слишком слаба, заикается и ее здоровье не позволяет ей рожать детей?

— Если граф принимает все ее недостатки и все же хочет взять ее к себе, разве мы не должны считать это положительным знаком?

— ......

Если подумать, то так оно и есть.

Слова жены заставили его задуматься, но, хотя оценка Ферзена изменилась в лучшую сторону, эмоции не всегда следуют за разумом.

*Тук-тук*

В этот момент стук в дверь спальни заставил виконта приподнять свое обмякшее тело, чтобы дать разрешение войти.

— Господин, пришло письмо от Бритейнов.

— ......От Бритейнов?

Виконт Розенберг рассеянно переглянулся с женой, после чего вскрыл письмо.

— ......

— ......

Они еще раз взглянули друг на друга, осознав ценность содержащегося в нем приглашения.

— Это......

— По крайней мере, он сохранил нашу честь, несмотря на то, что увел нашу дочь.

— ......? Это не вопрос чести! Если он настолько щедр, значит, с Лаурой плохо обращаются!

— ......

— Неужели... неужели... неужели она уже беременна?!...

— Дорогой!

*Вздрог!*

От повышенного голоса жены виконт Розенберг вздрогнул и сжался, но внутри него продолжали терзать тревожные мысли.

«Что если......»

Когда Ферзен приведет Лауру, чтобы поприветствовать их.......

Ее живот будет заметно округлен?......

Виконт Розенберг решил, что без колебаний перережет Ферзену горло.

Но его решимость ослабла спустя каких-то три секунды.

Лаура останется вдовой, а ее детям придется расти без отца.

— Все это...... все это из-за того, что у нас родилась дочь......

— Господи. Это просто смешно. Ты совсем из ума выжил? Думаешь, женщины могут просто так рожать дочерей по своему желанию? Если уж на то пошло, то по этой логике это твоя вина.

— Я имел в виду!......

— Знай меру. Каждый раз, когда мы говорим о Лауре, я просто взрываюсь от гнева. Даже не думай о том, чтобы делить постель со мной в ближайшее время.

— П-постой...... дорогая......

Видя, как его жена без колебаний покидает спальню, виконт Розенберг в панике вскочил и последовал за ней.

Но, полностью проигнорировав его, она смотрела на красивый вид из окна их поместья Розенберг.

Оплот культуры и искусства, переживающий свои лучшие времена, что даже вытеснил Бритейнов с позиции искусных ремесленников.

Однако, как и все прекрасное, его расцвет недолговечен.

Даже на ее лице, признанное прекрасным, начали проступать неприглядные морщины, которые косметика уже не в силах скрыть.

В этом смысле нынешний роман Лауры может стать ключом к новому восходу для Розенберг.

---------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Примечание:

1. Отсылка на корейскую детскую сказку. Жили в одной горной хижине женщина с 2 сыновьями и дочкой. И пошла она в деревню по делам и наказала детям не открывать дверь никому, так как в округе объявился злой тигр, и обещала принести жареные бобы. Злой тигр услышал это, съел мать и притворился ею. Своей хитростью он смог с трудом попасть в дом к детям. Подозвал младшего сына поспать вместе под одеялом и съел его. Девочка и другой мальчик заметили неладное, когда обнаружили обглоданные пальцы их младшего брата. Они спрятались на дереве, но тигр их нашел. И тогда они помолились небу чтоб спустили им вереку. И так дети оказались на небе. Тигр тоже взмолился, но дали ему гнилую. Так он упал на кукурузные стебли и сдох. А дети стали солнцем и луной.