— ……

Роскошный пир перед глазами казался совершенно безвкусным.

Виной тому был Ферзен, сидящий напротив и демонстрирующий безупречные манеры за столом?

Нет, причина крылась не только в этом.

Как она сама, так и Ферзен заранее знали – её желудок попросту не примет жирное мясо.

Всего пять кусочков, а тошнота уже подступила к горлу, наполняя её тело отвратительным ощущением.

*Глоток……*

Какой по счёту стакан воды она выпивала?

Стараясь проглотить пережёванный кусок, она практически заполняла пустоту в животе одной лишь водой.

Каждый раз, когда до её носа доносился жирный аромат стейка, внутри всё переворачивалось.

— Кх…… ххнгх!

Нет, на этот раз это было не просто чувство тошноты.

Жгучее ощущение подступающей вверх желудочной кислоты жгло пищевод, и, в конце концов, Лиззи пришлось отложить нож и вилку, прикрывая рот рукой.

Ферзен, до этого безмолвно продолжавший трапезу, будто ничего не происходило, вздёрнул бровь и остановил руку, державшую нож.

— ……

Интересно, насколько же жалкой и омерзительной она сейчас казалась в его глазах?

Она почувствовала, как холодный пот стекает по её щеке, собираясь на подбородке и срываясь вниз тяжёлыми каплями.

Глядя на свои побелевшие пальцы, она поняла – её лицо, вероятно, было таким же бледным.

*Скрип*

Стул тихо заскрипел, когда Ферзен встал и подошёл к ней.

Лиззи, чей взгляд был расфокусирован, медленно подняла голову и вдруг улыбнулась.

Это была первая в её жизни насмешка, адресованная ему.

«Ну же…… Ферзен……»

Не пора ли ему уже проявить свою мерзкую, лицемерную добродетель?

— ……

*Шорох*

Не отклоняясь от её ожиданий, его руки скользнули ей под подмышки, легко поднимая её на руки……

*Дрожь!*

Лиззи обвила его шею руками, всеми силами пытаясь подавить омерзительное ощущение, будто по всему телу ползли насекомые.

*Топ*

*Топ……*

С каждым его шагом её тело покачивалось, отчего тошнота становилась всё сильнее.

Желудок, заполненный всего лишь несколькими кусками мяса и холодной водой, будто переворачивался, отчаянно стремясь избавиться от всего, что в нём находилось.

— Хнн…… ммм……

Из её побледневших губ невольно вырвался слабый стон. И уловив его, Ферзен ускорил шаг, быстро оценивая расстояние до ближайшей уборной.

*Скрип!*

— Угх—!

Но как только дверь распахнулась, в нос ударил едва уловимый, но характерный запах, свойственный даже самым ухоженным уборным.

Лиззи больше не могла сдерживаться.

— Буэээ!……

Пустой желудок, судорожно сжимаясь, выталкивал наружу остатки жёлчных выделений, тем самым пачкая безупречно белую рубашку Ферзена.

……Это не было её намерением.

Рефлекторно Лиззи вскинула руку к губам, пытаясь остановить рвоту, но это было бессмысленно.

— Кх…… Кха!…… Кха!……

Жгучая боль в воспалённом горле была не столь важна, как страх, медленно заполнявший её грудь. Её взгляд приковался к испачканной одежде Ферзена. Его безукоризненный внешний вид теперь запятнан из-за неё.

Она ведь сама хотела это увидеть, не так ли? Хотела испачкать, запятнать, расколоть его фальшивую маску.

Но стоило ей лишь подумать, что теперь он действительно может сорвать её перед ней, что он, возможно, решит сломать её так же, как она испортила его одежду……

И холодный, липкий ужас пробежал по её спине.

*Щёлк*

Как только дверь уборной закрылась, оставляя их наедине, Лиззи мгновенно захлестнул страх.

— Я…… я…… п-простите…… п-простите…… Кхе!…… П-простите……

Униженно рыдая, она бессвязно извинялась перед своим заклятым врагом, ненавидя собственный рот, самовольно произносящий слова раскаяния.

Но глубоко укоренившаяся травма, связанная с Ферзеном, находилась за пределами власти разума. Лиззи, заикаясь, снова и снова, судорожно теребила рукавом его рубашку, пытаясь стереть пятна.

Однако чем больше она терла, тем шире расползалось грязное пятно, словно отражая растущее внутри неё чувство ужаса.

— Всё в порядке.

— А……

Когда он протянул руку и мягко остановил её бесполезные попытки, а затем ласково похлопал по спине, Лиззи, с лицом, искажённым плачем, задрожала ещё сильнее.

Как могло быть так ужасно осознавать, что внутри неё вспыхнуло чувство облегчения?

— Не думаю, что тебе есть во что переодеться, так что придётся надеть мою.

Опираясь одной рукой, Ферзен, коснувшись алтаря, открыл подпространство, и достал оттуда сменную одежду.

*Тудух*

Затем он опустил гроб Изабель – ведьмы, которую называли величайшим проклятием в истории Эрнес, – и медленно начал раздевать Лиззи.

*Шорох*

*Шорох*

Один за другим расстёгивались пуговицы, и, когда слой ткани её военной формы сдвинулся в сторону, на свет явилась гладкая, белоснежная кожа. Исходящий от неё тонкий, свежий аромат женщины начал вытеснять неприятный запах в уборной.

Лёгкий аромат спирта, смешанный с едва уловимым запахом лекарств, придавал Лиззи странную, порочную притягательность.

— Будет холодно.

— Хм!……

Ферзен, используя Изабель, преобразовал свою ману в воду и аккуратно смыл с губ, рук и ключиц Лиззи остатки желудочного сока.

После этого он передал её на руки Изабель, а сам снял испачканную рубашку и тщательно очистил загрязнённые участки кожи.

Затем, переодевшись, он накинул на Лиззи чистую мужскую рубашку, которая для неё была явно великовата.

Длина подола доходила ей до середины бёдер, а рукава полностью скрывали маленькие ладони.

Это выглядело довольно забавно, но из-за того, что одежда сидела слишком свободно, если смотреть на неё сверху, можно было без труда заметить её крошечные, розоватые соски, мелькающие в проёме воротника.

— Тебе нужно в туалет?

— А…… ммм……

Наблюдая за Лиззи, чьи дрожащие ноги выдавали напряжение, Ферзен задал свой вопрос.

Она в ответ молча покачала головой, но, словно проигнорировав её жест, он мягко провёл рукой по её щеке и обхватил талию.

— Раз уж ты здесь, можешь заодно справить нужду.

Лиззи слабо попыталась оттолкнуть его, высунув руку из длинного рукава, но, разумеется, одолеть его физическую силу она не могла.

*Шорох*

И вот уже, унизительно и оскорбительно, словно с ребёнком, Ферзен ловко стягивал с неё нижнюю одежду, прежде чем аккуратно усадить её на сиденье унитаза.

*Вздрог!*

От ледяного прикосновения к голой коже тело её сжалось, ноги рефлекторно сомкнулись.

*Топ*

Ферзен отошёл в сторону, спокойно наблюдая за ней.

Лиззи в бессилии сжала кулаки так сильно, что костяшки побелели. Она чувствовала себя беспомощной зверушкой, которую пытались приучить к горшку.

Но это было единственное, что она могла сейчас сделать.

— Ты действительно требуешь так много внимания……

Ферзен, наблюдая за тем, как Лиззи вот уже пять минут сидит неподвижно, сдерживая дрожь, осторожно придвинулся ближе. Его рука медленно проникала в пространство между её сомкнутыми бёдрами.

— Ах!……

Её ноги слегка раздвинулись, открывая взгляду белое нижнее бельё. И вскоре тонкая материя сползла вниз, обнажая гладкую кожу под ней.

— Мм……

Это не был её муж. Это был её заклятый враг, человек, разрушивший её жизнь. И всё же, уже в который раз, она столь легко обнажается перед ним……

Но прежде чем её успел захлестнуть стыд, прежде чем она смогла осознать всю глубину своего унижения, она ощутила нечто куда более страшное. Глубокое, животное чувство подчинения. Как собака, лежащая на спине, демонстрирующая живот хозяину, признающая своё поражение.

От этой мысли её замутило.

В этом мире не осталось никого, кто мог бы любить её. Осталась только она сама.

Но если даже она испытывает отвращение к самой себе…… Насколько же ничтожной, насколько жалкой должна быть Лиззи пол Рианна Клодия?

— Угх!……

Вскоре его широкая ладонь мягко надавила на её низ живота, и Лиззи с трудом сдержала тихий стон.

Вся эта сцена бессмысленна – не имеет никакого значения. Ведь у неё даже не было естественных позывов.

По крайней мере, так должно было быть.

Но затем……

Он провёл ладонью по её спине, осторожно, даже заботливо. А затем, тихо прошептал ей на ухо:

— Давай……

И прежде чем она успела осознать это, прежде чем хоть как-то отреагировала, в тишине помещения раздался унизительный, слишком явственный звук.

*Всплеск*

— А……

Против её воли, вопреки её разуму, несмотря на весь ужас и стыд, её тело подчинилось.

Она мочилась прямо перед Ферзеном.

— Ха…… хаха……

Из-за слишком большого количества выпитой воды прозрачная струя длилась неприлично долго.

А когда, наконец, прекратилась, Лиззи лишь безмолвно наблюдала за Ферзеном, который, как ни в чём не бывало, аккуратно вытирал её пах салфеткой.

С пустым взглядом, с безразличием, граничащим с отчаянием, она просто смотрела вниз, позволяя слезам бесшумно стекать по её лицу.

Она не желала быть частью этого жестокого спектакля……

И даже играть на этой сцене ей позволено только по сценарию Ферзена.

— ……Почему?

— ……

— Почему бы вам не покончить уже со мной?

Ферзен, уже поднявшийся, выпрямивший спину, не ответил.

Он просто молча стоял, наблюдая за ней.

А Лиззи, склонив голову набок, улыбнулась.И эта улыбка была сломаной, искажённой.

— Или быть может вы всё же желаете моё тело?

— ……

— Если хотите…… можете сделать это прямо сейчас. Считайте это платой за еду.

Грациозными пальчиками Лиззи раскрыла своё влагалище, с усмешкой глядя на Ферзена.

Раскрытые половые губки обнажали узкую, крошечную щель, которая еще никогда не принимала в себя никого – всё это было крайне непристойно.

Однако, вопреки её ожиданиям, Ферзен даже не дрогнул. Он спокойно поправил её одежду и вновь взял её на руки.

— ……

Если бы он просто взял её силой прямо здесь, это было бы физически больно, но, по крайней мере, на душе ей было бы спокойней.

Тот факт, что ей не дано даже выбрать свою боль, казался особенно тягостным.

*Шорох*

Тепло Ферзена, ощущаемое кожей.

Запах, исходящий от него на столь близком расстоянии.

Каждая деталь – всё, без исключения – вызывало отвращение до тошноты……

Но уставшая, больная о овечка не смела даже всхлипнуть.