Как и сказал принц Реймонд перед отъездом, ужасы войны невозможно прикрыть красивыми словами.

Непрекращающиеся стоны и крики.

Картины, от которых хочется отвести взгляд, но некуда.

Такова была суть войны. Такова была её неизбежность.

— Кха…… хх…… ААААААХ!

Жизни исчезали так же легко, как муравей, раздавленный чьей-то ступнёй.

Каждый, кто находился здесь, видел, насколько просто и бессмысленно обрывается человеческий путь.

Те, кто не успел ослабить или обратить заклятия, обрушившиеся с небес, исчезали в пылу сражения, оставляя после себя лишь пустоту.

А те, чьи тела были повреждены не настолько сильно, чтобы стать бесполезными, вставали снова.

Они поднимались под контролем чёрных магов, вновь взявшись за копья и мечи, даже после смерти.

А то, что неподвижно лежало под ногами воинов обеих армий……

Сложно было назвать людьми – всего лишь обрывки плотей, разбросанные по земле.

Даже рыцари и маги, укрытые под защитой, стремительно погибали, стоило врагу найти в их строю малейшую брешь.

И в этот момент между элитными воинами и обычными солдатами не было никакой разницы.

Все, в конце концов, умирали одинаково. И все они последним вздохом звали своих матерей, отцов, сыновей, дочерей.

Но никто не слышал их.

Их молитвы и прощания без следа тонули в грохоте стали, в яростном рёве мечей и копий, что разносился над полем битвы, как удары боевых барабанов.

* * * * *

Линия фронта приняла необычную форму.

Вместо обычного изматывающего сражения в центре……

Империя Эрнес медленно прогрызает левый фланг противника.

А империя Элмарк – правый.

Потому что на левом фланге не нашлось никого, кто мог бы остановить Ферзена.

А на правом – никого, кто мог бы сдержать императрицу Гремори.

«Есть что терять не мне, а вам. Так что иди сам ко мне.»

Какой смысл считать павших, если можно убить врагов в разы больше?

Гремори думала именно так, рассекая воздух своим мечом на передовой.

В её ударах не было ни благородных идеалов, ни отчаянных надежд.

Только раскалённое, искреннее удовольствие.

В глазах плясало веселье, а губы кривила жутковатая улыбка.

*Свист!*

Её лезвие безжалостно рассекало тела врагов.

А поднятая ударной волной пехота с глухими хрустами сминалась, как мягкая глина.

— Аа…… Нгхх!……

Императрица Гремори, заметив перед собой слишком юного солдата империи Эрнес, внезапно прищурилась, словно её осенила забавная мысль.

Вместо того чтобы рассечь его пополам, она сделала движение мечом, будто защищая его.

И в тот же миг вокруг него, подобно кольцу, начали громоздиться тела павших союзников, чьи жизни она оборвала без малейшего колебания.

Охваченный страхом, он наблюдал, как его товарищи один за другим падали замертво рядом с ним, но, даже сжимая в руках копьё, не мог найти в себе сил хотя бы раз нанести удар.

От собственного бессилия на его щеках покатились слёзы.

— Ххаааааа!

Но в конце концов, не выдержав этого унижения, молодой солдат, охваченный яростью, метнул своё копьё.

*Треск!*

Острие даже не оставило ни малейшей царапины на одежде императрицы Гремори – копьё сломалось, словно было сделано из трухлявого дерева.

— А……

В тот же миг её взгляд медленно повернулся к нему.

И стоило их глазам встретиться, как силы окончательно покинули его ноги, и он рухнул прямо на тела своих павших товарищей.

— М-мама……

Он не мог не понимать, что его конец неизбежен.

Лишившись последнего оружия, он уже не мог сопротивляться. И всё, что оставалось – звать свою маму, ждущую его где-то далеко, в родном доме.

Гремори больше не смотрела на него. Она снова устремила взгляд вперёд, продолжая движение.

И в тот же миг за спиной молодого солдата возникли бойцы империи Элмарк.

Сотни мечей и копий были направлены на него……

Но они так и не коснулись его шеи.

*Ржание!*

— Кхх!……

Грубая рука резко схватила его за воротник, оттаскивая назад.

— В строй! Немедленно восстанавливайте строй!

Лошади, поднимая клубы пыли, врезались в боевые порядки империи Элмарк.

Рыцари империи Эрнес, пробившиеся к линии столкновения, выправляли рассыпавшиеся ряды.

А в их центре, с мечом, вздымающимся и падающим в безжалостных ударах, стоял принц Реймонд.

Он встретился взглядом с ошеломлённым солдатом, которого только что спас, и, не сбавляя темпа, резко бросил:

— Очнись!

— А…… а……

— Разве ты не видишь? Вокруг полно оружия. Если чувствуешь, что потерял дорогу на поле боя…… Смотри только вперёд! Я дал клятву. Я никогда не укроюсь за вашими спинами. Я всегда буду впереди вас. И пока я здесь – вы не потеряете свой путь. Я стану светом, что поведёт вас вперёд.

— Кх…… хнык!……

От слов принца Реймонда глаза молодого солдата снова наполнились слезами.

Но он быстро смахнул их, склонился и поднял копьё, выроненное павшим товарищем, а затем, крепче сжав древко в руках, решительно поднялся на ноги.

Принц Реймонд не обладал талантом к магии.

Даже если он изучал фехтование, по сути он был таким же, как и любой другой человек.

Бесстрашный вид принца с мечом в руках, сражающийся на передовой, развеял страх в сердце молодого солдата.

Пламя, что горит слишком слабо, чтобы рассеять тьму, маленький огонёк среди хаоса битвы……

И всё же этот крошечный свет войны он хотел защитить. Защитить своим копьём.

«Как мило.»

В то время как молодой солдат обретал решимость, императрица Гремори, несмотря на то, что стояла одна посреди врагов, лишь усмехалась.

Смерть одного принца Реймонда никак не могла означать конец битвы за ущелье Эль-Альта.

Даже если признать его боевую ценность, она едва ли равнялась троим опытным воинам.

Но есть такое понятие, как символ.

Стоит его голове взмыть над полем боя, и армия империи Эрнес обрушится в пучину отчаяния.

Конечно, рядом с ним уже стоят рыцари ауры, глядящие на неё налитыми кровью глазами.

Но прорваться через их защиту и убить принца не составит большого труда для неё.

«Меч – верный спутник воина…… какая бессмысленная чушь.»

Легким движением Гремори стряхнула с клинка запёкшуюся кровь.

А затем, подняв левую ногу, сосредоточила вокруг неё невообразимую, давящую ману и резко обрушила её на землю.

*БУМ!*

Удар был настолько мощным, что казалось невозможным, чтобы его нанес человек. Почва содрогнулась, словно морские волны, сметая всё вокруг.

Рыцари ауры, защищавшие спину принца Реймонда, мгновенно потеряли равновесие.

И в этот миг Гремори не колебалась.

Она широко завела руку назад, занося меч……

*──!*

И с силой метнула его вперёд.

*Свист!*

Грань человеческих возможностей была разорвана.

Клинок, превысивший скорость звука, вспорол воздух, оставляя за собой рвущий уши звуковой удар.

Буря, закрученная вокруг вращающегося в полёте чёрного меча, пронеслась сквозь ряды империи Эрнес, разметав передовые позиции.

Гремори, единственная, кто мог отследить траекторию летящего клинка, уже видела, как он прорывается сквозь ослабленную оборону.

Она не сомневалась. Не могло быть ошибок.

Она ясно представляла, как тело Реймонда, пронзённое её мечом, будет в бешеном вихре скручиваться вокруг собственной оси, как сломанная кукла.

Да. Она была в этом уверена, но……

*Вспых!*

*Треск!*

Словно рассвет пробился сквозь ночное небо, поток невероятной, подавляющей магии вспыхнул подобно молнии, ударяя в землю с оглушительным грохотом.

Разряд чистой энергии, оставляя за собой лишь озон и пепел, испепелил её меч, не оставив от него даже следа.

*Треск-треск……*

— ……

Императрица Гремори наблюдала за этим, не двигаясь, пока вокруг неё, подхваченные взрывной волной, разлетались осколки камня.

Она слегка повернула голову влево.

*Треск!*

Даже с такого расстояния остаточные электрические разряды скользили по её коже, пожирая её собственную ману.

Её меч, который она метнула, был окутан мощным потоком магии.

Но тот, кто вызвал эту молнию, сумел полностью её рассеять и уничтожить клинок.

Это означало только одно. Мощь той атаки значительно превосходила её собственную.

И, разумеется, за хаотичным месивом сражающихся солдат, за клубами пыли и кровавыми реками, она увидела его.

Фигуру мужчины, спокойно вышагивающего вперёд, рядом с прекрасной, но зловещей женщиной, что следовала за ним тенью.

А перед ним, рассеивая ряды солдат точными, искусными движениями, двигались четверо мёртвых воинов в формах с выгравированными весами, держащие в руках мечи и копья.

Не нужно было гадать, кто это.

Тот, кто с головой был покрыт чужой кровью. Тот, кто одним своим видом походил на демона, вырвавшегося из преисподней.

Ферзен.

*Топ*

Остановившись прямо позади принца Реймонда, он бесстрастно занял место позади ослабленных рыцарей ауры, словно перехватывая бремя защиты.

Императрица Гремори, глядя на него, с лёгкостью наклонилась и подняла с земли чей-то валяющийся меч.

А затем рассмеялась, как довольный ребёнок.

— Похоже, я победила.

Да, победа в этом поле боя не могла быть определена так просто.

Но она выиграла в этом нелепом столкновении взглядов и воли.

И почему-то это доставляло ей странное, искреннее удовольствие.

* * * * *

Принц Реймонд, стоявший впереди и глядящий вперёд.

Ферзен, стоявший позади и наблюдавший за Гремори.

Они оба молчали. Каждый выполнял свою роль, без лишних слов, стараясь изо всех сил.

Если крыша обязана защищать то, что под ней, то колонны обязаны удерживать крышу.

— ……

Но, в отличие от Гремори, Ферзен не мог позволить себе много свободы.

Включая Изабель и бывших глав рода Бритейн, он управлял в общей сложности тринадцатью мертвецами.

Это верно, что независимый контроль позволяет относительно меньше тратить ману.

Но с таким количеством тел, чей уровень сил при жизни был отнюдь не малым, требовало огромных затрат маны.

Гремори затеяла эту затяжную игру не просто так. Она была уверена, что он сам двинется первым к ней.

Как бы ни складывалось сражение, его мана неизбежно иссякнет раньше.

С самого начала битвы он не открыл врата подземного мира. Потому что когда его силы истощатся, это останется единственным способом сдержать Гремори.

Но, несмотря на это, несмотря на то, что и враг прекрасно осознавал его ситуацию, Ферзен не выказывал слабости.

Он смотрел прямо перед собой, встречая взгляд приближающейся Гремори, и не отступал.

— Всего лишь четыре главы рода…… Думаешь, этого достаточно, чтобы встретить меня? Не слишком ли ты самонадеян?

— ……

— К тому же, какая крыша, какая колонна? Слабые создания, лижущие друг друга в утешение.

— ……

— Чаще всего крыша обрушивается первой, даже если колонны целы. Тем не менее, почему бы не посмотреть, как крыша оседает под собственной тяжестью, когда колонны ломаются одна за другой?

Грохот оружия, звон мечей, лязг копий и предсмертные крики солдат разрывали пространство, но её голос, вопреки всему этому хаосу, резал слух особенно отчётливо.

Ферзен медленно выдохнул и заговорил:

— Императрица.

Корлеоне уэйн Баретта Альфред.

Ферзен ненавидел этого проклятого старика всеми фибрами души.

Но хотя бы в одном он был с ним согласен: на поле боя не существует изящных манер и благородного достоинства.

Даже если снаружи он казался спокойным и невозмутимым,
он впервые сражался на поле брани.

Страх, что охватывал его, был таким же, как у всех.

Ферзен не раз ловил себя на мысли: если бы он закрыл глаза, а затем открыл их снова……

Оказался бы он дома, в утреннем свете, держа в объятиях Юфимию и Юриэль?

Но всё это лишь несбыточные фантазии.

Однако если он сможет выжить в этом сражении, если сможет вернуться, если не забудет дорогу назад, то это станет реальностью……

И ради этого он не остановится ни перед чем.

— У тебя, похоже, есть амбиции вписать своё имя в историю как великого завоевателя. Но знаешь ли ты, как выглядишь сейчас? Солдаты и знать империи Элмарк не видели в тебе опору, лишь боялись тебя. Но когда началась война, даже этот страх уступил место ужасу перед смертью. Если твой авторитет не смог превзойти страх перед гибелью от рук врага, значит, ты даже как тиран жалок. И всё же, не осознавая этого, ты ведёшь себя словно взбалмошная девчонка, размахивающая мечом в гуще врагов. С таким поведением титул императрицы – слишком высокая честь.

— ……

— Думаешь, хотя бы в технике меча тебе не в чем упрекнуть себя? Увы, и здесь полно изъянов. Позы, в которых ты держишь меч, лишены строгости. Судя по всему, твоя заносчивость не позволила тебе найти достойного наставника. Возможно, твои природные магические способности оградили тебя от поражений, но в итоге твой меч напоминает поспешно нанесённый грим на лице девчонки, мечтающей поскорее повзрослеть. Или, может, эта дешевизна, сквозящая в твоих движениях…… лишь для того, чтобы привлекать мужчин?

— ……

— Ты держишь в руках меч, но выглядит это так, будто ты сжала в пальцах мужской член. Что уж делают намёки на вашу повседневную жизнь.

— ……

— Гремори эль дин Иштар Элмарк. Дай мне хотя бы осознать, что передо мной стоит не невежественная распутница, а правительница целой страны.

— Хахаха!

На самом деле в её стойке не было ни единой бреши.

Да, у неё не было наставника. Но говорить, что её искусство меча ущербно, было чистейшей насмешкой.

Однако сейчас – не благородная дуэль.

Это война. Здесь нет правил, которые следовало бы соблюдать.

А раз так, почему бы не сделать всё, чтобы склонить чашу весов в свою пользу? Если можно сломить противника одной лишь провокацией, то почему бы этим не воспользоваться?

— Как забавно. У такого миловидного лица такой грязный язык.

— ……

— Неужели этот меч пугает тебя настолько, что ты готов на любые оскорбления?

Гремори провела рукой по своим длинным голубым волосам, затем крепче сжала рукоять меча.

— Когда я пленю тебя и перед смертью изолью на это красивое личико мочу, тогда ты поймёшь, какие нелепые речи ты произносил.

Её пальцы сжали рукоять меча.

Однако она сжала его не просто чуть сильнее, а намного, намного крепче.