Судя по тому, что звуки боя между Гремори и призванным им чудовищем уже не доносились до ушей, Ферзен понял – он прошёл действительно большое расстояние.

— П-про…… прошу…… Пожалуйста, пощадите……

И вдруг его короткие размышления прервали жалкие, надрывные мольбы: одна из вражеских магов на границе жизни и смерти умоляла о пощаде.

Ферзен, с холодными, лишёнными эмоций алыми глазами, безучастно посмотрел на неё сверху вниз.

У него не было ни времени, ни желания тратить на неё лишние мысли. Он уже собирался через тело Изабель в один миг раздавить её голову, и пройти мимо……

*Вуууш*

Но в порывах метели с её головы соскользнул капюшон, и в тот миг, когда алые волосы, до боли похожие на волосы Лиззи, рассыпались по снегу, Ферзен непроизвольно задержал дыхание.

«Точно…… Почему я…… почему я раньше об этом не подумал?»

— Аагх!

Ферзен, держа за волосы девушки, которая, склонив голову на заснеженном поле, умоляла сохранить ей жизнь, осматривал её, словно оценивая товар, а затем без малейших колебаний погладил свой алтарь и открыл врата в подземный мир

И, не колеблясь ни на секунду, Ферзен провёл ладонью по своему алтарю, открывая врата подземного мира.

Табличка на вратах зафиксировалась не на третьем уровне, а на первом.

Существо, с которым он заключает сделку, – Мимик.

— П-пожалуйста!……

Цена сделки была сравнительно невелика, потому Ферзен позволил ему напрямую спуститься в этот мир и навесить на дрожащую перед ним девушку облик Лиззи.

Может ли это облегчить его навязчивое безумие?

Он не был уверен. Но если есть хоть призрачный шанс, разве он мог отказаться?

Тем более если плата за это – ничтожная кроха маны и жизнь одного врага.

— Ааа……

Он стянул с неё мантию, приоткрыл её верх и уткнулся лицом в обнажившиеся ключицы.

Так как он использовал не заимственную способность, а вызвал самого Мимика, качество имитированного образа был невероятно высок.

Даже запах тела, смешанный с потом, явно принадлежал Лиззи.

И фигура, так ярко запечатлённая в его памяти в ту ночь, теперь вновь ясно ощущалась в его объятиях.

Ферзен заставлял себя с отчаянной силой шептать внутри: «Это – Лиззи.»

*Шорох*

— А-а?……

И тут он резко отрезал ей правое ухо.

— АААААААААА!!

Пронзительный крик – точь-в-точь голос Лиззи – вырвался из уст этой девушки

Но на этом Ферзен не остановился.

Он вдавил её плечи в землю, крепко прижав своими коленями, а тонкий, дрожащий подбородок зажал в одной руке.

И затем, под хриплое всхлипывание и слёзы, натянул веко её правого фиолетового глаза вверх……

*Шмяк!*

— Хх…… Гххннгх! А…… ААААА!!!

Резким движением он вырвал глазное яблоко.

Пустая глазница тут же захлопнулась веками, и теперь по её щеке, заливая всё вокруг, струилась кровь, заменяя собой слёзы.

— ……

И всё же, Ферзен всё ещё ясно чувствовал, что нарушенная симметрия, которую Лиззи высекла в его памяти, не исчезла.

В конце концов, он знал это лучше всех: перед ним лишь фальшивая оболочка, натянутая поверх другой женщины.

Всё происходящее с самого начала было лишь жалкой попыткой бороться с итогом, который был уже предрешён.

Остались только липкое ощущение на пальцах и жалкие следы крови,
расползающиеся по краям его мантии.

Подавив накатившую дрожь, Ферзен тяжело поднялся на ноги, и, не давая вражеской магичке продолжать корчиться в агонии, без лишних движений добил её.

— У тебя куда более отвратительные вкусы, чем я думала.

— ……

*Шорк*

Из-за завесы метели, даже не пытаясь скрыть своего присутствия, открыто появилась Гремори.

— Чем более благородным человек кажется снаружи, тем более гнилым оказывается его нутро.

— ……

— Что скажешь? Видя меня сейчас, не пробуждается ли в тебе похоть?

Гремори, потерявшая правую ногу, теперь вставила в её место железный штырь и наспех создала вокруг него магическую каркас, напоминающий протез.

Играясь со своими отличительными синими волосами, она усмехнулась.

«Похоть, говоришь……»

Ничего подобного он к ней не испытывал.

Но мысль о том, что отсутствие у неё левой руки создаёт своего рода гармоничную симметрию с её потерянной ногой, вызвало в нём невольно удовлетворение.

Впрочем, важнее то, что если она хотела, то уже воспользовалась бы моментом, чтобы его добить.

То, что она этого не сделала, было либо проявлением её высокомерной веры в собственные силы, либо признаком того, что она чего-то опасается.

Гремори не спешила отменять те гипотезы, которые построила о Ферзене ранее – поэтому намеренно удерживалась от попыток убить его.

У неё осталось не более пяти процентов от изначальной маны.

С таким количеством, если появится чудовище, способное схватит её на дистанции, где невозможно уклониться, как в прошлый раз, это уже не ограничится ранами – её наверняка настигнет смерть.

И даже понимая это, ту слабину, что Ферзен показал чуть раньше, был слишком уж заманчивым.

Но она уже однажды обожглась на том, что рискнула жизнью ради подобного шанса, поэтому сейчас от подобной авантюры отказалась.

Её истинная цель была иной: оказывать на него давление, заставить вновь открыть врата подземного мира и, добившись этого, отступить.

— ……

Ферзен, в свою очередь, испытывал некоторое сомнение, видя чрезмерную осторожность Гремори, но глубже задумываться об этом у него не было ни сил, ни времени.

По крайней мере, он ясно знал, что она хотела от него прямо сейчас.

— Ты напоминаешь сейчас ребёнка, ожидающего подарок на день рождения, Гремори.

— ……

— Что ж…… если уж так хочешь, не вижу причин отказать тебе.

Ферзен провёл рукой по своему алтарю, вызывая врата подземного мира.

Зафиксированным уровнем был снова не третий – в этот раз был второй.

— Ты что, смотришь на меня свысока?

— Нет. Просто ты ужасна в торгах.

— ……

— Мне есть о чём подумать. Развлекаться с тобой я не намерен, так что довольствуйся этим.

Это была довольно дерзкая провокация, но когда Ферзен, вместе с Изабель, повернулся к ней спиной и медленно начал исчезать в снежной буре, Гремори не решилась его преследовать.

*Тудух!*

Но отбросив свои сомнения, она отразила мечом чудовище, вырвавшееся из врат подземного мира, и, отведя правую руку назад, яростно метнула меч в спину Ферзена.

В ту секунду в ней скользнуло лёгкое сожаление: а что если её гипотеза окажется верной?

Но, получив на свою гордость столь явную пощёчину, она просто не могла позволить себе ничего не ответить.

*Треск!*

Однако, словно ожидая это, мощный заряд электричества сжёг клинок,
отбрасывая остатки молнии и на саму Гремори.

Через жгучую боль Гремори с трудом открыла глаза и увидела, как созданный Ферзеном гигантский магнитный шторм отбрасывал даже снежную бурю прочь, а снег вокруг таял от высокой температуры.

— Если бы у тебя не было этой силы……

— ……

— Ты, вероятно, была бы всего лишь никчёмной, надоедливой девчонкой.

Ферзен, даже не удостоив её прямого взгляда, бросил эти ядовитые слова и медленно продолжил уходить, увеличивая расстояние между ними.

А гремори лишь тихо усмехнулась ему вслед.

Единственный, кто остался составить ей компанию было лишь чудовище с второго уровня подземного мира, готовое вновь наброситься на неё.

«……Интересно, сколько ещё продлится эта твоя уверенность?»

Словно играя с ручным питомцем, Гремори ловко уворачивалась от атак чудовища, выигрывая время, чтобы восполнить свою ману.

На данный момент жертвами битв стали её левая рука и правая нога.

Но зато мощность маны, которую она теперь могла высвобождать, заметно возросла.

Иными словами, то преимущество, которое Ферзен мог получить, более несоразмерно с ценой, что ему придётся заплатить за разрушение её тела.

«Что будет раньше…… я сожру тебя или ты – меня?»

Эта мысль, полная затаённого предвкушения, прошла через её сознание.

И, растянув время достаточно для восстановления, Гремори окружила свою правую руку плотной аурой маны и одним ударом размозжила череп чудовища, бросившегося на неё.

* * * * * *

*Шорох*

Когда мана окончательно иссякла, магическая связь тут же прервалась, и Ферзен подхватил обмякшее тело Изабель, удерживая её от падения в снег.

Белое облако пара вырвалось из его уст.

Он и так ожидал, что всё закончится таким образом, но реальность превзошла все прогнозы: управлять телом через нестабильную связь пожирало ману в ужасающих количествах.

В таком состоянии, в грядущих сражениях управлять сразу и Изабель, и прежними главами рода Бритейн будет практически невозможно.

Нет... проблема крылась даже не в следующем сражении. Даже если война закончится – последствия останутся.

— Изабель……

— ……

— Изабель рон Пьер Дженова.

Он прекрасно знал, что эти безмолвные уста не проронят ни звука……

Но, и так зная, что ответа не будет, Ферзен бережно убрал с её лица налипший снег и продолжил говорить.

— Конец, который ждёт меня…… разве он будет так уж отличаться от твоего?

В его безжизненном голосе сквозила едва заметное отчаяние, которое делала его широкую спину ещё более одинокой и малой.

И, наконец осознав, что пытается найти утешение в холодном, мёртвом теле,
которое не может ответить ему, Ферзен криво усмехнулся

— Достаточно.

— ……

— Изабель. Я…… никогда не допущу, чтобы мой конец был таким же, как твой.

Поместив её тело обратно в подпространство, Ферзен поднял голову и снова двинулся вперёд.

На первый взгляд он выглядел так же, как всегда, но его спина всё так же казалась крошечной и хрупкой.

Казалось, что даже сама неистовая метель, почувствовав к нему жалость, решила прикрыть его, укрыв ещё более густыми хлопьями снега.