— М-м……

Хотя по утрам она была довольно вялой, Лаура всё же заставила себя подняться.

*Слюрп*

Простыня, неприятно влажная от семени, вытекшего за ночь, вызвала в ней странное чувство неловкости.

Ферзена, с которым она накануне делила постель, рядом уже не было, но Лаура не почувствовала разочарования.

Ведь всем было известно, что он с самого раннего утра полностью посвящает себя уходу за Юфимией, которая уже была на последних сроках беременности.

К тому же Ферзен спит с ней не только в дни полнолуния, и именно это давало Лауре ясное ощущение того, что она действительно стала его женщиной.

Подняв с пола разбросанную одежду, Лаура отправилась в ванную. После купания и того, как служанки привели в порядок её волосы, она переоделась в удобный для занятий наряд.

Мысль о том, что выходить из дома совсем не хочется, крепко засела в голове, но, выглянув в окно и увидев во дворе Юриэль, которая уже разминалась в ожидании её, Лаура всё же направилась вниз.

— Д-доброе…… у-утро……

— Проходи. Ты уже привыкла, так что можем начинать.

— Да……

После короткого приветствия Юриэль перешла на лёгкий бег, и Лаура медленно последовала за ней, держась чуть позади.

Перед началом войны, как и было обещано Ферзену, Лаура сама вышла к Юриэль и Юфимии, чтобы открыто заявить о своём решении стать его наложницей.

К счастью, Юфимия почти никак не отреагировала – то ли из-за Лиззи, то ли потому, что уже знала о её бесплодии.

А если вспомнить её сочувственный взгляд, который только раздражал и вызывал неприятное чувство…… то, скорее всего, причина была именно во втором.

Напротив, Юриэль вела себя настороженно и холодно – словно всё доверие, зародившееся между ними на поле боя, за мгновение было перечёркнуто.

«Ну да……»

Иначе и быть не могло.

С её точки зрения теперь уже ясно, с кем именно она переспала во время второй доставки снабжения.

Ученица, которую обучала.

Адъютант, которой доверяла.

И эта самая подчинённая тайком переспала с её мужем – и, скорее всего, не один и не два раза. Естественно, чувствовать возмущение в такой ситуации вполне нормально.

К счастью, за время войны Лаура успела набрать неплохую выносливость, и потому выдерживать это…… «наказание» было вполне возможно.

Вернее будет сказать, что по сравнению со всем остальным, тяжёлая утренняя пробежка казалась сущей мелочью.

— Сегодня в особняке Беллачи устраивает салон[1] одна знатная дама. Я собираюсь туда пойти.

— Д-да……

Салон.

Именно их род Розенбергов стал родоначальником этой моды.

Когда-то это было чем-то вроде выставки, где хозяева показывали друзьям свои коллекции произведений искусства и дорогих предметов.

Но со временем всё свелось лишь к подобию больших светских собраний.

Да, именно на такое светское общение Юриэль собиралась взять её с собой.

Дочь из рода Розенбергов – мекки культуры и искусства.

Наложница героя войны, графа Луэрга.

Внешне у Лауры было не просто достаточно оснований присутствовать на таких встречах — их у неё было с избытком.

Но она ненавидела подобные сборища.

Ведь она заикалась.

И в том, что она не любила эти салоны, и заключалась причина, по которой Юриэль брала её туда с собой.

Там она могла осадить её гордость, дать всем увидеть её неловкость и заикание, а затем заботливо поддержать её, наслаждаясь чувством превосходства……

Вот уж по-настоящему женский способ установить иерархию.

Если бы всё ограничивалось парой раз, это выглядело бы лишь как сдержанное предупреждение.

Но Юриэль пошла дальше – она подчинила Лауру полностью своему распорядку, пытаясь безраздельно господствовать над ней.

Впрочем, сейчас всё было куда мягче только потому, что Юриэль сама теперь носила ребёнка.

И, может быть, поэтому Лаура иногда ловила себя на мысли, что завидует Лиззи.

Та имела независимое положение, стоя вне всякой иерархии.

Она не получала особых почестей……

Но и унижения не терпела.

Было бы куда проще, если бы Лиззи могла стать для Юриэль настоящей соперницей.

Но, видимо, кровь Альфредов давала о себе знать – Юриэль, не подавленная даже напором Лиззи, всё так же сохраняла своё исключительное положение.

— Хаа…… хаа……

Когда утренняя пробежка наконец закончилась, Лаура вытерла пот, стекавший по линии подбородка, и осторожно выровняла дыхание.

— Ты потеешь сильнее обычного.

— Всё…… в порядке……

— Пойдём. Мы ведь не можем явиться в салон, источая запах пота. Нужно привести себя в порядок.

Не собираясь слушать никаких возражений, Юриэль развернулась и вошла в особняк, а Лаура лишь тяжело выдохнула и последовала за ней.

Дело было вовсе не в том, что ей неприятно мыться вместе.

Просто прошлой ночью она делила постель с Ферзеном, и следы этого всё ещё оставались на её теле.

И кто знает, какой реакцией встретит это Юриэль……

Хотя, скорее всего, она и устроила всё именно для этого.

*Глоток*

Неожиданно почувствовав сухость в горде, Лаура сглотнула слюну, собравшуюся во рту.

* * * * *

— Что ты медлишь?

— А……

— Неужели тебе даже раздеться помочь?

— Н-нет……

Отрицательно покачав головой, Лаура, украдкой бросив взгляд на Юриэль, начала снимать одежду, слой за слоем, пока не обнажила тело, на котором всё ещё явственно оставались следы Ферзена.

Но самым унизительным моментом стало то, как при снятии нижнего белья густая, тягучая сперма медленно потянулась вниз.

Даже после утреннего купания внутри всё ещё оставалось так много его семени.

В воздухе явственно ощущался мускусный запах, смешанный с её потом.

Юриэль слегка нахмурилась и скользнула по ней оценивающим взглядом своих чёрных, словно обсидиан, глаз.

— Похоже, он обошёлся с тобой куда грубее, чем я думала.

*Вздрог!*

Палец Юриэль, проведя от центра её аккуратной груди вниз, проследил по ряду ярких засосов и остановился у пупка.

Будто напоминала, что у той самой уже есть ребёнок.

Или, может быть, предупреждала её матку, в которой из-за выпитых противозачаточных никогда не сможет прижиться новая жизнь?

*Шорох*

— Ах!

Но прежде чем Лаура успела понять её намерение, палец Юриэль опустился ещё ниже и легко коснулся её влагалища, из которого всё ещё вытекало семя Ферзена.

Лаура не смогла сдержать хриплый стон и судорожно свела бёдра.

*Слюрп*

И вот уже Юриэль, молча, вертела между пальцев каплю его спермы, словно обдумывая что-то.

— Пойдём?

Что же значил этот тихий смех, прозвучавший вслед за её словами?

— Д-да……

От удушающего давления в груди Лаура едва смогла ответить робким голосом и последовала за Юриэль.

*Всплеск*

«Хм……»

Но в просторной ванне, из которой поднимался тёплый пар, стоило воде обволочь её тело, Лаура почувствовала, как напряжение слегка отступало.

Однако насладиться этим покоем она не успела.

Юриэль, не сказав ни слова, принесла ароматное масло, уселась позади и принялась мыть ей волосы.

Лаура хотела было сказать, что справится сама, но что-то внутри подсказывало – этого говорить не стоит.

Поэтому она лишь тихо позволила Юриэль делать с собой всё, что та хочет.

Психологически Лауре вовсе не было спокойно, но её спина ощущала такое уютное тепло, что казалось странным.

Сквозь одежду этого не понять, но, прикасаясь к её коже, она ясно ощущала, насколько объёмными стали вульгарные «комки» тела Юриэль.

Если бы она просто позволила себе облокотиться на неё, то получила бы, наверное, самый удобный в мире подголовник.

*Всплеск!*

Когда Юриэль смыла пену и тщательно ополоснула её, Лаура провела руками по глазам, убирая влагу.

— С-спасибо……

— Не нужно этих лишних формальностей.

И кто же из них двоих был более неискренен?

— Д-да……

Лаура неловко улыбнулась и попыталась чуть отстраниться, но Юриэль, просунув руки под её подмышки, легко подняла её и усадила к себе на колени, усевшись на край ванны.

Со стороны они, наверное, выглядели как любящая старшая сестра с младшей, но сама Лаура чувствовала, как у неё перехватывает дыхание.

— Лаура.

— Д-да……

— Знаешь, я терпеть не могу ложь.

— ……

— Если честно, больше всего меня раздражает мысль, что ты могла вызвать в нём жалость, прикрываясь своей бесплодностью.

— Я…… я правда……

— Может быть, ты и правда бесплодна. Но……

Но тогда почему она скрывала это всё это время?

— Если единственная дочь в роду бесплодна, семья Розенбергов давно должна была бы завести ещё детей.

— Э-это……

— Да. Я слышала, что твоя мать забеременела.

Но вот что странно……

— Уж слишком длинным показался этот пробел.

Как бы трудно ни было зачать ребёнка, но казалось, что у её семьи изначально не было никаких планов заводить второго.

— Конечно, я поверю тебе.

И всё же……

— Очень надеюсь, что ты не солгала, думая, будто стоит тебе только забеременеть от него – и всё остальное забудется.

Тихий, мягкий шёпот Юриэль прозвучал прямо у её уха.

Даже если она и не имела такого умысла……

Факт оставался фактом — её слова о бесплодии были ложью, и по спине Лауры скатилась холодная капля пота.

Хорошо ещё, что в ванной это не так заметно.

— Ну что ж. Теперь придётся помыться как следует.

— Ч-что?……

Игнорируя её удивление, Юриэль, держа Лауру на коленях, развела её ноги и опустила руку вниз, легко коснувшись её промежности……

*Слюрп!*

— Ик!

Раздвинув её скромно сомкнутые губы, она глубоко ввела внутрь указательный и средний пальцы, выскребая из каждой складки влагалища остатки семени, прилипшие после ночи с Ферзеном.

— Ах!…… Аах!……

Лаура дёрнулась и подняла взгляд на Юриэль, пытаясь схватить её за руку, но, увидев этот ледяной, абсолютно бесстрастный взгляд, невольно сложила руки и покорно смолкла.

Сделав этот первый шаг к покорности, она вдруг подумала: если это станет доказательством того, что у неё не было дурных намерений, разве это так уж плохо?

И всё же в душе то и дело вспыхивали сомнения: правда ли это нормально?

*Вздрог!*

Дрогнув, Лаура так и не смогла выбрать вариант сопротивления и лишь молча наблюдала, как Юриэль методично извлекает из её тела всё семя Ферзена.

Стоило лишь ослабнуть ошейнику, что на неё надел он……

Как новый ошейник тут же надела на неё Юриэль.

И, глядя на это, Лаура ясно понимала: слова о том, что эту женщину вырастили лишь ради Ферзена, вовсе не были ложью.

Небольшой особняк семьи Бритейн.

Здесь своим невидимым троном владел Ферзен.

А рядом с ним восседала королева – Юриэль.

---

Примечание:

1. Дворянский салон – это место, где дворяне собирались в своих домах для общения, развлечений, обсуждения литературных, философских и политических вопросов, а также для проявления своих талантов и навыков в музыке, танцах, и других видах искусства.