«Раз у меня гостья, может, угостить чем-нибудь?» — подумал я, но на деле угощать было нечем. Будь гостем ёкай, он, возможно, угостился бы мной. Кто знает, может, где-то в щели и обитало семейство жуков — с глаз долой. Но кроме них — лишь соевый соус да соль. Разве это подашь к столу? Даже подушек не нашлось посидеть, так что мы просто неловко устроились на полу друг напротив друга.

— Итак… Куросава-сан?

— Да.

— А где твоя мама, если не секрет?

— …

Мама? А она у меня есть? Хотя, если подумать, вопрос резонный. Не так-то просто старшекласснице, живущей одной, поступить в престижную школу в центре Токио. Кто-то же экзамены сдавал, кто-то плату вносил. У Куросавы Котонэ наверняка есть, в каком-нибудь документе, записи об учёбе в начальной и средней школе. Вопрос лишь в том, подготовил ли этот «кто-то» документы, или тело и впрямь отучилось во всех этих школах. Я пока не знал.

— Понимаешь, Куросава-сан, у меня написано, что ты живёшь с матерью.

— Мама на работе.

Я солгал. И, как мне показалось, солгал довольно убедительно. Похоже на правду, не так ли? Мать вкалывает допоздна, чтобы тянуть дорогую плату за учёбу, и они вдвоём ютятся в такой конуре. Либо безответственная мать попросту бросила дочь на произвол судьбы. В любом случае, пусть её воображение додумает остальное.

— Понятно.

Судя по выражению лица Судзуки-сэнсэй, ей оказался ближе второй вариант. На дочку напали, та попала в больницу, а от матери — ни слуху ни духу. Ответственный родитель хотя бы спасибо сказал за оплаченные медицинские счета. У родителей Миуры наверняка сложилось о ней самое дурное впечатление.

Судзуки-сэнсэй мгновение колебалась, а затем снова осторожно заговорила:

— Куросава-сан, насчёт вчерашнего…

— Я не помню, — отрезал я, и Судзуки-сэнсэй осеклась.

— Точно?

— Точно. После того как увидела того мужика… ничего. Миура звала меня… и очнулась уже в больнице…

— Понятно.

Лицо Судзуки-сэнсэй застыло. Её взгляд скользнул по моей левой руке. Точно, метку она, скорее всего, уже заметила. До сих пор я носил зимнюю форму с длинными рукавами, так что никто не видел. Я и сам старался держать руки при себе. Может, стоит что-то с этим сделать? Ведь на старшеклассницу с татуировкой вряд ли будут смотреть одобрительно.

— Тебе не нужна помощь? Какая-нибудь?

На мгновение я задумался.

Много годиков тому назад, в Корее, учителя говаривали: «…если родители против, мы бессильны — и ребёнку помочь нечем». А как с этим в Японии? Травля в школах была повсюду, и подростковая преступность существовала в любой стране. От мелкой драки до кражи, а то и до изнасилования с убийством — формы разные. По-моему, права учеников — будь то Япония или Корея начала XXI века — особо не жаловали.

— Нет, — твёрдо ответил я. Если она полезет помогать, заметит странности в моей ситуации, будет только хуже.

— …

Но Судзуки-сэнсэй мой ответ поняла по-своему. Достала из сумки блокнот, поспешно что-то нацарапала и протянула мне листок. Там было имя и контакты: рабочий, мобильный, email.

— Когда мама вернётся, можешь ей это передать? Я бы хотела с ней поговорить.

— …Хорошо.

— Вот и ладненько… Береги себя.

Судзуки-сэнсэй ещё раз обвела комнату взглядом. Всё, что попадало в поле зрения, — мои вещи, разбросанные по голому полу, и пакет с мусором в углу. С момента перерождения я не убирался, так что для неё это выглядело настоящей помойкой.

Поглядев на меня с беспокойством, Судзуки-сэнсэй осторожно поднялась с пола.

Хр-р-р

Похоже, сосед наконец-то вернулся — сквозь стенку донёсся храп.

Судзуки-сэнсэй вздрогнула от этого звука. Теперь она поняла, насколько тут тонкие стены — один удар молотком, и ты в соседней квартире.

— …

Она приоткрыла рот, словно собираясь что-то сказать, но тут же сомкнула губы. Ещё немного поколебавшись, она медленно пошла к выходу.

— Тогда я как-нибудь ещё зайду. Ничего?

— …Да, спасибо, что навестили.

— Хорошо.

Судзуки-сэнсэй слегка улыбнулась в ответ на мои слова.

Даже когда я закрывал дверь, она всё ещё махала мне рукой. На улице было темно, но Судзуки-сэнсэй должна была без проблем добраться домой одна. Хоть моё жилище и было убогим, район в целом не казался особенно опасным.

— Ф-фух, — протяжно выдохнул я и вернулся в комнату.

Я лег, подложив под голову сумку.

— …

Ах, плохо дело. Спать хочется ещё меньше, чем днём. А кроме сна, делать всё равно нечего.

---

— Э? Снова старая причёска? — спросила Фукуда, увидев меня в классе.

Моя причёска вернулась от «хвостища» к простым распущенным волосам с подвязанными концами. К счастью, резинка от Фукуды уцелела — лишних трат не случилось.

— …Возни с ними больше, чем кажется.

— Ага, наверное. У тебя же длинные. Может, подстричь чуток заодно?

— …Не хочу.

Когда я была мужиком, за десять тысяч вон можно было нормально подстричься. Сейчас 2004-й — наверное, ещё дешевле. Но это в Корее, и для мужских стрижек. Помню, в каких-то роликах о национальной гордости хвалили корейские парикмахерские за дешевизну. Значит, в Японии всё дороже. А с такой длиной — точно придётся доплачивать.

…Плюс, «парикмахерские», куда ходили эти богатые девчонки, явно не из бюджетных.

— Ты ведь вчера болела, да? Небось, втихаря тусовалась с тем парнем со свиданки?

— Она же причёску сменила, нет? — Ямасита, ковыряясь в телефоне, мельком взглянула на меня и подала голос. — Если бы она всё ещё с ним встречалась, то продолжала бы укладывать волосы.

— А-а, ну да, наверное, — Фукуда пожала плечами и уселась за свою парту.

Похоже, она не в курсе, почему я отсутствовал. Удивительно, что никто из идущих домой школьников не видел той заварушки, — повезло?

— Куросава!

Пока я раскладывал учебники к первому уроку, в класс вошла Миура и с сияющей улыбкой направилась ко мне.

— Привет.

Я поприветствовал Миуру с самым беззаботным выражением лица, на какое был способен. Увидев моё приветствие, Миура улыбнулась ещё шире.

— Я принесла конспекты с прошлых уроков. Я с тобой поделюсь.

— Первое, о чём говоришь с больной, это учёба? — с лёгким раздражением бросила Фукуда.

Миура тихонько хихикнула.

— …

Если бы оригинальный сюжет ранобэ шёл по канону, за мной стояла бы ваза с цветком* вместо Миуры.

*п/п: так делают не всегда, но, как вы догадались, погибших учеников так оплакивают в японских школах. Либо, так любят травить ровесников очень нехорошие одноклассники…

— Доброе утро всем! — Судзуки-сэнсэй вошла в класс через переднюю дверь*, приветствуя всех.

*п/п: традиционно в японских классах два входа — передний и задний. Учителя обычно заходят через передний.

Наши взгляды встретились, её лицо на миг застыло, но она быстро взяла себя в руки. Она всё ещё думала о состоянии дома, в котором я жил? Честно, там не скажешь «всё ок». Хотя дело не в самом доме, а в том, что творилось внутри моей квартиры — вот в чём проблема.

— Итак, давайте начнём с переклички.

Первым уроком был «Японский язык». А для меня, по сути, «Иностранный язык». Так, надо поднапрячься, я и так немало пропустил. В конце концов, сюжет двигает герой и героиня, а массовка должна стоять в массовке.

---

Есть верный способ не заколебаться от одной и той же еды каждый день: меню менять не надо, достаточно есть маленькими порциями. Хотя Коппэ-пан и не назовёшь «маленьким», старшекласснику — будь то парень или девушка — нужно питаться по полной. Всякими закусками я не баловался, поэтому, проголодавшись, я даже начал с нетерпением ждать Коппэ-пана на обед.

— …Погода теплеет.

На деле — не просто теплеет, скоро жара накроет. Токио у моря, так что влажность будет адская. Может, летнее убежище поискать? Коридор перед выходом на крышу как вариант. Туда почти никто заглядывает.

Я засунул последний кусок булки в рот, а обёртку — в карман. Глянув на телефон, увидел, что времени ещё вагон. Поскольку задерживаться здесь не имело смысла, я решил вернуться в прохладный класс. Несколько учеников, проходивших мимо, пока я спускался по лестнице с крыши, бросили на меня беглые взгляды, но не проявили особого интереса. По пути я нечаянно оказался возле 1-го «А». Класса, где должны были учиться главный герой и героиня.

Героиня ведь ещё не перевелась? Я заглянул внутрь через окно в коридоре. Место главного героя было у окна, предпоследнее в ряду. Героиня сядет за ним. Почему это козырное место так удачно пустовало? Если спросят, скажут: из-за байки о привидениях. Что-то о покончившей с собой ученице. В общем, жуткая парта, и никто не хотел там сидеть. Об этом упоминалось и в ранобэ.

Героиня, однако, садилась туда без всяких проблем, а когда главный герой рассказывал ей эту страшилку, она лишь смеялась. Неудивительно — она ведь могла видеть ёкаев своими глазами.

— Её ещё нет.

Герой на месте, героини нет. Лично мне, когда я читал ранобэ, её персонаж нравился, так что было немного обидно. Она — тот самый чистокровный цундэрэ, каких сейчас днём с огнём не сыщешь, из тех, что появились на заре двухтысячных, с такой кристальной чистотой типажа.

Я пожал плечами и пошел обратно на своё место.

---

— С тобой точно всё в порядке?

— Ага, нормально.

— Эй, Куросава не ребёнок. Домой сама дойдёт.

С моей точки зрения, вы-то как раз ещё дети. Подростки всегда мнят себя взрослыми, хоть им ещё и пить нельзя. Зато по законам этой страны и в эту эпоху, кажется, они уже могли вступать в брак?

— Мне то всего до станции дойти.

Вот только до метро топать и топать, но они же не увяжутся со мной аж до самой Сайтамы.

— Тогда давай мы хотя бы проводим тебя до метро…

— …Правда, не стоит.

Честно, мне немного не по себе. Вы тратите деньги на раз-два — и обчёлся. Не только фастфуд, а кафе подороже, десерты навороченные, караоке, краны в аркадах. На деньги, уходящие на одну попытку в автомате, я мог бы купить несколько Коппэ-панов. Я держался с ними лишь для того, чтобы предотвратить смерть Миуры, так что теперь можно было от них и отдалиться. Даже если это испортит наши отношения… что ж, внутри я всё равно тридцатилетний мужчина. «Тусоваться» с ними — только совесть мучает.

— …Ладно, тогда. До завтра.

— Ага.

Я помахал Миуре.

Проводив взглядом троицу, удалявшуюся в свою сторону, я повернулся и тоже двинулся. Сделав пару шагов, я вдруг сообразил.

Ах, точно.

А если в клуб вступить? Миура, Фукуда и Ямасита — все они были в клубе «Я валю домой», то есть не участвовали ни в каких клубах. Если я скажу, что у меня дела в клубе, я смогу естественным образом от них дистанцироваться. Надо бы найти клуб без денежного барьера. Желательно, такой, где можно тупо тихо посидеть в школе. Литературный клуб мог бы подойти. Всё, что они делают — это собираются вместе и читают книги, верно? Иногда что-то пишут для школьного фестиваля. Будет ли кто-то против, если в углу клубной комнаты будет сидеть тихая, необщительная девушка? Вряд ли.

Погружённый в эти мысли, я шёл вперёд, как вдруг мой взгляд зацепился за одну девочку. Она не шагала прямо мне навстречу, но направлялась в сторону, откуда я шёл. Примерно моего возраста? Кажется, она была немного выше меня. Что ж, Куросаву Котонэ по любым меркам высокой не назовёшь. Она зачесала чёлку набок и заправила за ухо, а остальные длинные волосы были аккуратно собраны в хвостик. Просто эталонный хвостик. Выражение лица у неё было немного суровым, с острым взглядом. Плотно сжатые губы придавали ей строгий вид, но сами губы были розовыми и казались мягкими. Красавица, словно сошедшая с картины. Я бы ничуть не удивился, увидев её по телевизору, а не на улице.

…Юки Юка.

Хоть сейчас она и была в обычной одежде, я отчётливо помнил её в матроске. Она шла в сторону школы. Значит, и в этом мире она переводится как положено? В оригинале она перевелась только после того, как спасла младшую сестру главного героя.

Я заставил себя отвести взгляд. Если она поймёт, что я пялюсь, будут проблемы. Сердце забилось чаще.

— …

Я старался идти в своём обычном темпе. Сможет ли она раскусить мою подноготную? Не то чтобы я был уверен на все сто, но моё тело — не совсем человеческое. Если Юки Юка, способная видеть ёкаев, посмотрит на меня, увидит ли она что-то неладное?

Я прошел мимо неё. Её длинный хвост мягко покачивался в такт шагам. Сделав ещё несколько шагов, я тихонько вздохнул, тут же шаги позади меня замерли.

— Эй, — я услышал, как кто-то меня окликнул.

Я тоже остановился. Сейчас был самый час пик, когда все идут домой. В Старшей школе Ханагава довольно высокий процент участия в клубах, так что улицы не забиты народом, но школьников в такой же форме, как у меня, всё равно хватает. И всё же было что-то странное: вокруг нас двоих — ни души. Совершенная пустота.

«Удачно».

— …Что такое? — осторожно ответил я, обернувшись.

Опрятное лицо Юки Юки было теперь прямо передо мной. Как у этой старшеклассницы, которая столько сражается, не было ни единого шрама? В новелле ей приходилось несладко. Аниме и мангу я не видел, но наверняка там то же самое. Заметила ли она беспокойство на моём лице?

Юки Юка чуть склонила голову набок. К счастью, вроде как, она не просекла, что я не совсем обычный человек.

— Если я пойду прямо по этой дороге, я выйду к Старшей школе Ханагава?

Хоть голова её и была наклонена, вопрос прозвучал чётко и ясно.

— Ага. Просто иди прямо по ней.

— Спасибо.

С этими словами она, не колеблясь, развернулась и пошла своей дорогой.

Значит, она меня не раскусила. Меня охватило облегчение, но где-то в глубине души кольнуло лёгкое разочарование. Разве я не переродился в мире ранобэ? Грустно осознавать, что я отрезан от основного сюжета. Хотя, конечно, и не собирался в него влезать.

---

…По крайней мере, я так думал.

Обеденный перерыв.

В отличие от других учеников, я не спеша поднялся и лениво побрел к школьному буфету. Меня уже тошнит от этого Коппэ-пана. К сожалению, с собой у меня было слишком мало денег, чтобы купить несколько булок, но ладно — хоть одну возьму, чтобы на время заглушить голод в желудке.

Так что я не торопясь направлялся к буфету — и тут увидел Юки Юку. Она уставилась на прилавок с несколько озадаченным выражением лица. Увидев её, я лихорадочно начал рыться в воспоминаниях двадцатилетней давности.

Дай-ка вспомнить… А, точно, она обедала одними булками, да? Часто были сцены, где она ворчала на эти булочки. Помню один из первых разговоров с главным героем за обедом. Она сказала, что опоздала в буфет, поэтому купила Коппэ-пан. А среди сценок, связанных с булками, был юморной короткий рассказ, где Юки Юка дралась за булку.

Осознав это, я чуть не прописал себе фейспалма. Вспомни я раньше, не пришлось бы вот так неловко на неё натыкаться. Хотя неловко, похоже, было только мне.

Я осторожно прислонился к стене, выбрав место поукромнее. Когда толпа, рвущаяся за булочками, поредела, я медленно двинулся вперёд.

— А, извините…

— К сожалению, остался только Коппэ-пан.

Когда Юки Юка подошла к прилавку и заговорила, тётя-продавщица ответила с сочувственной улыбкой. Плечи Юки Юки поникли. Она — цундэрэ с характером типичной строгой председательницы дисциплинарного комитета из школьных дорам, но в чём-то всё ещё по-девичьи ранимая. Неудивительно, что она была моим любимым персонажем. Увидеть её вживую — и старые воспоминания ожили, словно и не пролежали в закромах двадцать лет.

Соблюдая небольшую дистанцию, я подошел к прилавку.

— О, ты снова тут.

— Да, мне Коппэ-пана, пожалуйста.

— Как у тебя всегда так выходит? Может, отложить тебе чего на следующий раз?

Тётка, видимо, и не догадывалась, что я покупаю «Коппэ-паны» не от избытка любви к ним, а от нищеты.

— Не стоит. Мне и этого хватит, — сказал я, вкладывая ей в руку монеты и забирая булку.

— А?

Юки Юка, похоже, немного опешила от нашего с продавщицей обмена репликами — она переводила взгляд то на меня, то на тётю. Я же сделал вид, будто ничего не замечаю — по крайней мере, старался изо всех сил, — развернулся и медленно пошел прочь из буфета.

— Эй, погоди! — не успел я сделать и трёх шагов, как услышал оклик Юки Юки*.

— Да?

*п/п: почему-то, в этой главе, автор использует её полное имя. Наверное, имя Юки Юка, показалось ему/ей очень забавным. А мне ещё забавнее склонять это имя. Юки Юки, блин.

Было ясно, что она зовёт именно меня, — игнорировать выглядело бы странно. Я обернулся — она подбежала, слегка запыхавшись, и заговорила:

— Ты с этой тётенькой знакома?

— …

Ага, она прицепилась из-за булочек.