Впервой жизни онбыл избранным. Вовторой достиг вершины вмире смертных. Втретьей запачкал руки кровью. Четвертую растратил попусту.

После окончания последней жизни душа вылетела изтела. Вней ярко сверкала четвертая издевяти запечатывающих меток. Душа вошла вцикл реинкарнации иначала пятую жизнь.

Настоящий Мэн Хао всё еще сидел налисте цветка вожидании, пока тот расцветет. Янь’эр продиралась через путь трансцендентности. Она уже прошла третье треволнение идвигалась кчетвертому, раз заразом убеждая себя неостанавливаться. Израссказов вернувшихся спути она знала, что еёнаставник… находился напятом треволнении. Каждый шаг приближал еёкцели.

—Наставник, Янь’эр обязательно найдет вас.

Сосредоточенная назадаче, она размеренно дышала ипродолжала идти.

Пятая жизнь началась вовремя снегопада вгородке напятом континенте. Рождение ребенка семья встретила нерадостью, агробовым молчанием. Чуть позже свежеиспеченный отец печально взял малыша… ивынес наулицу.

—Дело невтом, что мынехотели тебя. Просто ты… —его голос сорвался.

Родители бросили ребенка из-за того, что тот родился калекой. Вместо языка унего ворту был лишь короткий обрубок… сним онникогда несможет разговаривать. Ктомуже огромная родинка налице делала его дожути уродливым.

Ребенок плакал снадрывом, ноего единственным слушателем была морозная стужа. Вконце концов детский плач услышал проходящий мимо мужчина всоломенном плаще иконической шляпе. При виде младенца онвздохнул иподнял его наруки, после чего двинулся домой. Жил онвпромозглом домишке, где каждый предмет пропитывала аура смерти. Еёприсутствие легко объяснял лежащий вдоме замерзший труп… над которым проводил вскрытие хозяин дома, городской осмотрщик трупов[1].

—Брошенный родней, немой, даеще юродивый. Буду звать тебя Молчуном.

Мужчина сулыбкой посмотрел намалыша. Когда онснял шляпу оказалось, что через всё лицо проходил шрам, придававший ему весьма жутковатыйвид. Отего улыбки мороз пробегал покоже, ноглаза светились теплотой.

Молчун рос нажидком рисовом супе, который для него варил приемный отец. Зимняя стужа проникла глубоко вкости, поэтому младенец рос слабым ичувствительным кхолоду. Его физическое развитие, так доконца инезавершилось. Иногда создавалось впечатление, будто его мог унести ссобой сильный порыв ветра.

Поскольку отец работал осмотрщиком трупов, ончасто находился вкомпании мертвецов. Каждого убитого или погибшего человека присылали отцу для осмотра. Постепенно Молчун начал учиться ремеслу уотца.

—Запомни, как выглядит такой тип ран, Молчун. Они обычно означают, что была повреждена селезенка…

—Посмотри вот сюда, этого человека точно отравили.

—Разрежь грудную клетку здесь, Молчун, ипроверь внутренности наналичие крохотных белых насекомых. Если найдешь их, нивкоем случае нетрогай.

—Посмотри наэтого бедолагу, Молчун. Ему раскроили череп ивскрыли грудь. Нуисилища. Даже опытный воин несмогбы оставить нанести два столь чистых удара. Это явно дело рук бессмертного. Интересно, как онумудрился навлечь насебя гнев бессмертного?

Поначалу Молчуна трясло отстраха, нопод руководством отца современем онвесьма поднаторел вискусстве осмотра трупов. Подростком онуже совершенно небоялся мертвецов ииногда проводил собственный осмотр, когда отец был занят.

Осмотрщик трупов старел. Вскоре уже неонзаботился оМолчуне, аего приемный сын заботился онём. Загоды зрение осмотрщика ухудшилось настолько, что онбольше немог исполнять свои обязанности. Поего рекомендации Молчун стал новым городским осмотрщиком трупов.

Молчун стал взрослым. Хотя его врожденная слабость так инедала ему окончательно физически развиться. Родинка налице сгодами разрослась еще больше, сделав его еще уродливее, ктомуже онтак иненачал говорить. Если прибавить кэтому постоянный контакт смертвецами, тониодна девушка при виде его лица иотталкивающей ауры непожелалабы выйти занего.

Молчуна это неособо беспокоило. Онхотел как отец каждый день посвящать своему ремеслу. Кработе осмотрщика трупов онподошел крайне серьезно, словно обладал врожденным талантом вэтой сфере. Десять лет спустя онпрославился как лучший осмотрщик вокруге. Его неоднократно вызывали вдругие города, когда ихосмотрщики заходили втупик.

Приемный отец чах наглазах. Онтак никогда неженился, поэтому Молчун был всей его семьей. Ончасто пускался вдлинные монологи ниочем, ноМолчун всегда сулыбкой сидел ислушалего. Будучи немым, онвопределенной степени мог общаться жестами.

Загоды репутация Молчуна только выросла. Теперь его часто вызывали встолицу. Старый осмотрщик умер без боли, просто однажды непроснувшись. Весь тот день Молчун проплакал. Закопав старика иотдав ему все почести, Молчун покинул город иперебрался встолицу.

Шли годы. Ввозрасте пятидесяти лет обосмотрщике трупов Молчуне уже знали вовсей империи. Ему хватало одного взгляда натруп, чтобы определить причину иобстоятельства смерти, причем нетолько снедавно убитыми, ноискелетами погибших много лет назад.

Его понимание танатологии вконечном достигло таких высот, что его нарекли великим осмотрщиком трупов ипоставили наслужбу нынешней династии. Ксожалению, осмотрщики трупов всё равно оставались людьми низкого сорта. Даже заняв высочайший пост, его уважали только собратья поремеслу.

Тем неменее такое положение дел нерасстраивало Молчуна. Онпонимал, что был немым калекой. Назакате жизни онрешил вернуться вродной город инаписать книгу. Вней онизложил все свои знания отанатологии, собственные наблюдения ивыводы порезультатам многих лет работы. Одной зимой онстоял уокна, размышляя обистории, которую рассказал приемный отец.

Много лет назад онповедал, как нашел посреди зимы наулице крошечного малыша. Постепенно глаза Молчуна тускнели, его жизнь подходила кконцу. Ондосих пор боялся холода. Ончувствовал, как его покидает теплота, будто онстановился трупом. Молчун чувствовал скорый конец.

Однажды ночью оноткрыл дверь. Ему влицо ударил порыв леденящего ветра. Молчун решил вернуться наместо, где, пословам старика, оннашелего. Найдя нужное место, онтихо вздохнул, лег наземлю ипосмотрел нанебо, позволив холоду окутать себя. Падающие ему налицо снежинки нетаяли. Постепенно наего лице расцвела улыбка. Улыбка, которая уже никогда непогаснет…

Молчун ушел измира также, как ипришел внего. Завсю жизнь оннепроизнес нислова. Пятая жизнь подошла кконцу. Всравнении счетвертой она была нетакой насыщенной. Оннепокрыл себя славой, как сделал это впервой жизни, необладал могуществом, как было вовторой. Вотличие оттретьей его жизнь незнала кровопролития. Побольшому счёту пятая жизнь вышла весьма заурядной. Вней унего были мир, покой иего ремесло.

Поднявшаяся изтела душа слилась светром иснегом. Пятая запечатывающая метка внутри сияла мягким светом. Душа реинкарнировала. Началась шестая жизнь.

Примерно втовремя дрожащая Янь’эр вместе смастифом, еёизвечным спутником, подходила кконцу четвертого треволнения. Входе путешествия росла еёкультивация иуглублялось просветление. Теперь она находилась науровне дао лорда. Пройти четвертое треволнение оказалось очень трудно. Каждый шаг приближал еёкпятому треволнению.

Уграницы еёглаза загорелись. Наконец-то она сможет увидеть наставника… И, действительно, его тело сотни лет просидело впозе созерцания… Его покрывала пыль, ночерты лица оставались легко узнаваемыми. При виде наставника сердце Янь’эр дрогнуло. Она упала наколени иотдала ему земной поклон.

—Наставник,— сквозь слёзы выдавила она.

Спустя сотни лет еёвоспоминания онаставнике ничуть непотускнели. Она немогла забыть. Это была еёцель. Еёодержимость. Поэтой причине она забралась насвятилище Безбрежных Просторов ивступила напуть трансцендентности. Всё из-за наставника. Она хотела сама убедиться вего гибели.

Сейчас она немогла подойти кпокойному, только смотреть нанего. Если она войдет впятое треволнение, тоеётотчас уничтожит давление. Поэтому она сослезами наглазах стояла водном шаге отнего. Спустя какое-то время веёглазах появился странный блеск.

—Постойте-ка…

Она пригляделась колбу МэнХао. После небольшой паузы она стиснула зубы ипотянулась кнему рукой. Для этого ейпришлось запустить руку впятое треволнение. Давление практически мгновенно обратило еёруку вкровавый туман, ноперед этим ейудалось коснуться лба наставника.

Закашлявшись кровью, Янь’эр чуть неупала. Ниже локтя унеё отсутствовала рука, ноона даже необратила наэто внимание. Заодин мимолетный контакт скожей наставника она выяснила кое-что, чего никто незаметил.

—Лоб наставника впрошлом открывался. Это Дао Реинкарнации. Эту магию… онпытался передатьмне. Его душа нерассеялась. Другие думают, что онмертв, нояего ученица. Ячувствую… наставник непогиб! Втаком случае, почему его духовное пламя погасло?.. Если только…

Янь’эр давно выросла измаленькой девочки вумную исообразительную женщину. Она уже обо всём догадалась, нонемогла смириться сэтим. Наконец она тяжело задышала. Теперь унеё появилась новая задача.

—Наставник… раз выотправились вцикл реинкарнации, тогда янайду вас среди смертных…

Сэтими словами она поднялась наноги. Целебными пилюлями она отрастила руку, напрощание посмотрела натело наставника ивместе смастифом двинулась вобратный путь. Еёновая цель— девять континентов планеты Безбрежных Просторов. Там она собиралась начать поиски наставника. Она знала, как работает Дао Реинкарнации, поэтому поимевшимся унеё наруках зацепкам поняла, что онсейчас находится где-то напланете Безбрежных Просторов.

[1] Государственный служащий при династииСун. Современным аналогом может служить коронер, судебно-медицинский эксперт. —Прим. пер.