В то время как на правом фланге Тиа уже вступила в полномасштабную артиллерийскую дуэль, на левом фланге Мари, скрестив руки на груди, молча наблюдала за редкими, провокационными залпами противника.

Заместитель командующего, Хейди, с недоумением косился на своего адмирала. Нетипичное спокойствие Мари сбивало с толку.

— Они держат дистанцию и вяло огрызаются, а вы сегодня подозрительно тихая, адмирал. Неужто решили, что такая мелочь не стоит вашего гнева? — попытался отшутиться Хейди, но его явно беспокоила эта перемена.

Экипаж мостика тоже недоумевал: враг продолжает дразнить их обстрелом, а Мари даже голоса не повысила. Это было на нее совершенно не похоже.

Мари, не отрывая холодного взгляда от экранов, произнесла:

— Стоит нам пойти в атаку — они тут же разорвут дистанцию. А если мы отступим — мгновенно сядут на хвост... Она всё так же обожает эту мерзкую, изматывающую тактику.

Обычно Мари прикрывалась вычурной манерой речи аристократки, но сейчас эти интонации исчезли без следа. Голос звучал сухо и жестко.

Хейди удивленно округлил глаза, но тут же уловил суть её слов.

— Погодите-ка... Вы что, знаете вражеского командира?! Но ведь прошло столько времени!

Для них «прошлое» означало эпоху до того, как они были обращены в камень. Мари явно узнала почерк командующего вражеским правым флангом, но Хейди отказывался в это верить.

Опустив руки, Мари подошла к офицеру связи.

— Передайте главному командованию: я установила личность командира вражеского правого фланга.

— Е-есть! И... как её имя? — напряженно спросил связист.

— Диди Сэра Дрю... Одна из Трех Рыцарей. Моя бывшая сослуживица.

Связист на секунду оцепенел, но приказ есть приказ — сообщение тут же ушло в штаб.

Мари вернулась на свое место и вновь вперилась в мониторы. Сомнений не оставалось: вражеский флот двигался с теми самыми въевшимися в память повадками.

Хейди, заметив, как между бровей Мари пролегла суровая складка, с легкой тревогой спросил:

— Неужели она... такая же жертва, как и мы? Её тоже продержали в камне всё это время?

Мари мгновенно отрезала:

— Исключено. Если это та самая дрянь, которую я знаю, она ни дня не провела в камне. Она с радостью виляла хвостом перед тогдашним Императором.

Хейди напряг память и, вспомнив Диди, согласно кивнул.

— Точно. Бесстыжая тварь, которая ни разу не посмела перечить тому ублюдку, творившему всё, что ему вздумается, а лишь пресмыкалась перед ним.

На губах Мари заиграла ледяная усмешка.

— Кто бы мог подумать, что мы встретимся вот так, Диди... Клянусь, я размажу твою физиономию по переборке.

◇

Тем временем флотом, противостоящим Мари, командовала сама Диди.

Внутреннее убранство её флагмана полностью отражало специфические вкусы адмирала: мостик был оформлен в пастельно-розовых тонах, а интерьер щедро украшен мехами. Командирское кресло Диди утопало в нелепой, кричащей роскоши.

Подперев щеку рукой, Диди болтала в пустоту, словно Мари находилась прямо перед ней.

— Подумать только, встретиться спустя две тысячи лет! Прямо судьба, скажи?

Вокруг неё вились смазливые рыцари-мужчины. Они не только выполняли функции свиты, но и служили ей собеседниками, развлекая адмирала.

— В отличие от нас, благополучно почивавших в криогенном сне, их обратили в камень и бросили на произвол судьбы, — вставил один из них.

— Ну так в этом и разница между нами, сечешь? — усмехнулась Диди. — Они были идиотами, которые верили во всякую невидимую чушь вроде чести и преданности... За что и поплатились.

В криокапсулах находились не только Три Рыцаря. Вместе с ними заморозке подверглись их верные офицеры и солдаты, чтобы в час нужды Империя могла бросить их в бой. Почему же они согласились на такие условия? Ответ прост: даже во время криогенного сна им продолжали начислять жалованье.

За две тысячи лет набежала астрономическая сумма, пересчитанная по современному курсу. Условия были просто сказочными.

Диди сделала глоток из бокала, который услужливо поднес ей один из кавалеров.

— ...Хм, вкус какой-то не такой. До того, как мы уснули, он был лучше.

Её любимый сок за две тысячи лет неуловимо изменил рецептуру. Навевало ли это грусть? Ничуть.

— Да и плевать, — Диди мгновенно выбросила это из головы и резко посерьезнела.

— Решить, что можно потягаться с Империей, прикрываясь гербом Банфилда? Мари, ты совсем хватку потеряла. Неужели ты до сих пор не поняла, почему Империя простояла десятки тысяч лет? ...Пока ты этого не осознаешь, тебе ни за что меня не одолеть!

Диди поднялась с кресла и начала раздавать приказы:

— Она обожает блицкриг. Как только они рванут сокращать дистанцию — смотреть в оба! Пусть она и протухла в своем камне, но когда-то входила в тройку сильнейших. Будьте готовы к серьезным потерям!

Несмотря на всю свою насмешливость, Диди ни на секунду не недооценивала силу бывшей соратницы.

— Ну-с, посмотрим, на что ты теперь годишься.

◇

— Правый фланг вступил в бой!

— Левый фланг тоже открыл огонь!

— Есть первые повреждения на наших кораблях!

Слушая непрерывный поток докладов, я посмотрел на Клауса, невозмутимо следившего за ходом сражения.

— Их эффективная дальность процентов на десять превышает нашу. Они начали выбивать наши корабли еще до того, как мы вышли на дистанцию залпа, — спокойно констатировал он.

Глядя на его привычную ледяную выдержку, я просто не мог позволить себе паниковать. Нужно было срочно искать выход из сложившейся ситуации.

— «Аргос» их достанет, но техническое превосходство одного-единственного корабля погоды не сделает... Да уж, от технологий их казенных верфей я бы не отказался.

— Вы уже планируете, что будете делать после победы?

— Если война не приносит никакой материальной выгоды — это пустая трата времени. Прошлой оборонительной кампании мне хватило с головой.

Тогда мы разгромили карательный флот Империи, но не получили ни копейки репараций, оставшись в одних убытках. Ну... если не считать того ядра, что я выбил из Фарабару.

Но сейчас проблема заключалась в другом: как выйти на дистанцию эффективного огня. При равной численности терять корабли еще до начала полноценной дуэли — непозволительная роскошь.

Пока я ломал голову, фланги уже втянулись в кровопролитную мясорубку. Медлить было нельзя: каждая секунда промедления стоила нам жизней.

— ...Клаус. Выдвигай «Аргос» вперед.

— Слушаюсь.

Я только что приказал бросить главнокомандующий флагман на передовую, но на лице Клауса не дрогнул ни один мускул. Хоть бы удивился для приличия! Совсем не ценит мою злодейскую удаль.

— Даже возражать не станешь?

— Вы всё равно поступите по-своему, мой лорд. К тому же... я прекрасно осведомлен о чудовищных характеристиках «Аргоса».

Сердце Фарабару, ставшее новым реактором «Аргоса», наделяло его такой мощью, что Клаус был уверен: даже таран вражеского строя нас не погубит.

Но Клаус всё же внес тактическую поправку:

— Тем не менее, нам понадобится эскорт.

Он перевел взгляд на эскадру супердредноутов, державшихся в нескольких десятках километров от нас. Дожили: теперь супердредноуты выступают для меня в роли кораблей сопровождения!

— Передай эскорту: пусть следуют за нами кильватерным строем. Мы пробьем брешь в центре их формации.

Услышав мой приказ, Клаус мгновенно начал раздавать инструкции:

— Вы всё слышали. Подготовить подразделения мобильных рыцарей к вылету. Кораблям эскорта — занять позиции строго за защитным полем «Аргоса».

Рыцарь-связист недоуменно переспросил:

— Спрятать эскорт за флагманом?!

— Их звездный час настанет, когда мы прорвемся в гущу вражеского строя. Потерять их на подходе бессмысленно. Остальному флоту передать: продолжать держать позицию и не лезть за нами. От самовольной атаки будет только вред.

Мне даже не нужно было вдаваться в детали. Клаус, досконально изучивший мой стиль, всё понял с полуслова и организовал маневр.

Как только эскорт пристроился в наш кильватерный след, «Аргос» начал стремительно набирать скорость.

— Входим в зону поражения противника через пять... четыре... три... два... Пошло! — отчеканил оператор.

Едва «Аргос» пересек невидимую черту, пространство впереди озарилось десятками тысяч ослепительных вспышек. А в следующую секунду на нас обрушился чудовищный кинетический удар.

Защитные поля «Аргоса» вспыхнули нестерпимым светом. Потоки лазеров и плазмы непрерывно хлестали по щитам, заливая мониторы сплошной белизной.

— Бьют ювелирно. Как и ожидалось от элиты.

— Эта битва не будет легкой прогулкой, — подтвердил Клаус.

Я подключил все возможные рычаги, даже натравил на Империю Державу-гегемона, чтобы истощить их силы. Втайне я надеялся на легкую прогулку по выжженной столице. Но раз уж мы дошли до сердца Империи, достойное сопротивление лишь подогревало кровь.

— Если бы всё закончилось быстро, было бы скучно, разве нет?

— Вы в меньшинстве с таким мнением, мой лорд, — сухо парировал Клаус.

Я лишь хмыкнул, изучая трехмерную тактическую карту. По мере сокращения дистанции вражеский огонь становился всё яростнее, а палуба под ногами ходила ходуном.

Но экипаж мостика работал с ледяным спокойствием. Видимо, мои прошлые безумные выходки закалили их до состояния абсолютного дзена.

Никто не паниковал, все были предельно собраны. Операторы, не отрываясь от приборов, хладнокровно оценивали пределы прочности щитов «Аргоса».

— До прорыва вражеского строя пять...

Я хищно оскалился.

— ...Два... Прорыв!

В ту же секунду плотность вражеского огня резко упала. Мы ворвались прямо в их боевые порядки, и они больше не могли использовать главный калибр из страха зацепить своих.

Воспользовавшись этой паузой, «Аргос» расчехлил вспомогательные орудия, превращая окружающие имперские крейсера в пылающие обломки.

— Ну-с, посмотрим, как их командир выкрутится из этой ситуации.

◇

На мостике вражеского флагмана Корнелиус неотрывно следил за маневром «Аргоса».

— Броситься на мой флот с горсткой кораблей? Это либо беспросветные идиоты, либо идиоты, безмерно переоценившие свои силы... Интересно, с каким сортом кретинов я имею дело?

Слова Корнелиуса звучали надменно, но на его губах играла довольная, почти радостная улыбка.

— Время от времени рождаются такие вот аномалии. Таланты, настолько превосходящие свою эпоху, что, не встретив достойного сопротивления, они начинают искренне верить в собственную неуязвимость.

Несмотря на пренебрежительный тон, Корнелиус был откровенно счастлив. Почему? Да потому, что тактика Лиама до боли напоминала его собственную.

— ...Никогда бы не подумал, что встречу кого-то с таким же стилем. Великолепно. Просто превосходно! Лиам, Клаус... я так долго ждал кого-то вроде вас!

Корнелиус отдал приказ взять прорвавшийся флагман в клещи.

— Эти глупцы сами загнали себя в нашу ловушку. Сохранять строй, взять в кольцо и уничтожить.

Его флот, словно единый организм, начал хладнокровно выполнять маневр, отступая от бушующего в центре «Аргоса» и его эскорта, чтобы замкнуть смертельное кольцо.

Однако маркеры имперских кораблей, выполнявших перестроение, внезапно начали гаснуть один за другим.

— Ваша Светлость, противник выпустил мобильных рыцарей! У нас растут потери! — невозмутимо доложил офицер.

Корнелиус, удовлетворенно кивая, ответил:

— Я бы поступил точно так же. Выпускайте наших мобильных рыцарей, свяжите их боем. Численный перевес на нашей стороне. Логика диктует нашу абсолютную победу. Да... по логике мы проиграть не можем.

Но где-то глубоко в душе Корнелиус отчаянно жаждал, чтобы эта логика была разорвана в клочья.

(«Ну же, покажите мне свою истинную силу. Давайте! Этого ведь мало, чтобы вас убить? Заставьте мою кровь кипеть еще сильнее!»)

---

Продолжение следует…

Над переводом работала команда FanLate Journal

Перевод и редактура: Исекайный Сомелье