Офицерские курсы в рыцарском училище начинались с "обучения во сне" в специальных капсулах.

Курсанты погружались обнаженными в капсулы, заполненные жидкостью, и проводили в них почти два месяца.

Поскольку они всё это время спали, процедура была безболезненной. За это время им прямо в мозг загружали необходимые знания.

Одновременно проводилось и физическое усиление организма. Правда, для тех, чей период роста уже завершился, эффект был не таким значительным. Но для рыцарей, пренебрегавших тренировками, это был отличный шанс подтянуть физическую форму без лишних усилий.

Однако загрузка знаний в мозг — это еще не всё. Чтобы эти знания закрепились и ими можно было свободно пользоваться, требовались традиционные аудиторные занятия.

Кроме того, после физического усиления необходима была реабилитация, чтобы научиться управлять обновленным телом.

В зале, где в капсулах спали женщины-курсантки, дежурная сотрудница проводила ежедневный осмотр. Она остановилась перед одной из капсул, переводя взгляд с планшета на девушку, парящую в жидкости, и удивленно пробормотала:

— Поразительно. Плотность и масса мышц значительно превосходят средние показатели рыцарей. Особенно развита мускулатура нижней части тела... Кости тоже невероятно прочные, дадут фору иному сплаву. Я слышала, что она самая многообещающая курсантка в этом году, но именные рыцари — это и впрямь нечто особенное.

Она смотрела на капсулу, в которой находилась Эмма.

◇

После пробуждения из обучающих капсул курсантов ждала суровая подготовка: из них должны были сделать настоящих старших офицеров. Дни проходили в тренировках под крики инструкторов и в лекционных аудиториях.

Единственное отличие от времен их кадетства заключалось в том, что все они уже были действующими рыцарями и офицерами с боевым опытом.

Для Эммы, которая даже в испытательной эскадрилье не отлынивала от тренировок, физические нагрузки не были проблемой. А если вспомнить адские тренировки с Мари, то крики инструкторов казались просто легким шумом.

Главной проблемой для Эммы стала теория.

— Почему у старших офицеров так резко прибавляется бумажной работы? Это же невыносимо...

Покончив с обедом, Эмма сидела на скамейке во внутреннем дворе и жаловалась на судьбу. Калуа, сидевшая рядом с пакетиком сока, слушала её с кривой усмешкой.

— Если хочешь грамотно командовать подразделением, придется подналечь на теорию. Вообще, чем выше звание, тем меньше ты бегаешь на передовой и больше занимаешься штабной работой. Это нормально.

— ...Калуа, ты что, став старшим офицером, собираешься только бумажки перекладывать?

— Еще чего! В бой я, конечно, пойду. Но лезть в самое пекло первой уже не буду. Командир должен в первую очередь управлять своими людьми.

Логика Калуа была безупречной: эффективность управления подразделением важнее личных подвигов. Это прописная истина военного дела.

Но для Эммы всё было не так просто.

(«Смогу ли я командовать целым батальоном, сидя в кабине «Атланты»? Мне и ротой-то было сложно управлять, а тут...»)

Эмма попыталась представить себе это и содрогнулась. Обязанности командира не ограничивались полем боя. Подготовка, логистика, отчеты — всё это отнимало уйму времени и сил. Недаром ходили истории о пилотах-асах, которые, получив повышение, тонули в бумагах и теряли свою хватку.

Эмма уже сейчас ощущала это на себе.

Заметив её уныние, Калуа дала совет:

— Если так ненавидишь бумажную работу, найди себе толкового адъютанта, который будет это делать за тебя.

— А так можно?!

Эмма встрепенулась, но Калуа с улыбкой охладила её пыл:

— Конечно можно. Только вот толковые люди на дороге не валяются. Просто так тебе хорошего адъютанта не дадут, тут нужны связи, знакомства или просто удача.

Услышав, что хорошего адъютанта придется искать самой, Эмма снова поникла.

— Откуда у меня связи...

Но тут она вспомнила одну женщину-офицера.

Капитана Алисон Бейкер... ту самую блестящую инспекторшу, которую прислали к ним на «Ремею» во время войны с Оксисом. Она была амбициозна, высокомерна, но её организаторские способности были на высоте.

(«Вряд ли она согласится пойти ко мне в подчинение... Интересно, где она сейчас и чем занимается? Капитан Алисон...»)

◇

Алисон Бейкер, недавно получившая звание майора, жила полной, насыщенной жизнью.

Её назначили адъютантом контр-адмирала, командовавшего эскадрой из двухсот кораблей в составе гвардейского флота — элиты из элит, которой командовал лично лорд.

На мостике семисотметрового линкора, само воплощение суровой военной эстетики, Алисон наблюдала за учениями флота.

— Поразительная слаженность, адмирал.

Гвардейский флот Банфилдов разительно отличался от обычных гвардейских частей других аристократов. Здесь служили закаленные ветераны, прошедшие с лордом через бесчисленные сражения.

Глядя на идеальные маневры своей эскадры, контр-адмирал раскатисто расхохотался:

— Да это просто старые вояки, которые ничего другого не умеют! Но главное, что с твоим приходом у нас наконец-то наладился документооборот! Ты нас здорово выручаешь!

Адмирал, больше похожий на матерого рубаку, чем на штабного офицера, всегда говорил громко и держался уверенно.

Алисон он как мужчина не интересовал, но как командира и начальника она ценила его высоко. Прежде всего за то, что у него хватило ума выбрать её своим адъютантом. И то, что он командовал эскадрой в таком элитном соединении, говорило о его несомненном полководческом таланте.

— Ваша похвала для меня большая честь, адмирал. Я и впредь буду прилагать все усилия, чтобы оправдать ваши ожидания.

А про себя она думала:

(«Я докажу здесь свою полезность. Потом стану капитаном эсминца, затем крейсера... потом дорасту до линкора, буду брать под командование всё большие соединения... И в конце концов стану адмиралом и буду командовать армадой в десятки тысяч кораблей. Эта эскадра — лишь ступенька. Я выжму из этого места всё, чему смогу научиться, а потом сама буду помыкать такими, как они»)

Алисон была полна амбиций и видела в этой должности трамплин для своей карьеры. Адмирал, не подозревая о её планах, ободряюще поднял большой палец:

— Рассчитываю на тебя, майор Алисон!

— Так точно, адмирал.

◇

В то время как Алисон, движимая амбициями, наслаждалась своей трудной, но перспективной службой, Эмма впервые за долгое время приехала домой на Хайдору.

Курсантам разрешалось брать увольнительные на выходные, и Эмма решила провести время с семьей, надеясь на спокойный отдых... но реальность оказалась иной.

— Эй, ну-ка стойте! Ой, извини, Эмма...

— ...Н-ничего страшного.

Маленькие дети носились по дому с криками, а за ними гонялась жена младшего брата Эммы.

За большим обеденным столом собралась вся семья: дедушка с бабушкой, родители, брат со своей семьей и сама Эмма. Народу было столько, что просторный дом казался тесным.

Младший брат Эммы, Лука Родман, сильно изменился с их последней встречи. Он возмужал и избавился от юношеской угловатости.

Сидя в строгом костюме, без пиджака, он пил кофе и просматривал на терминале финансовые новости. Он уже работал и стал серьезным, взрослым мужчиной.

Почувствовав на себе взгляд сестры, Лука свернул новости и посмотрел на Эмму.

— Что такое?

— Да так... просто подумала, что ты стал совсем взрослым. Работаешь...

— Ну, я закончил наш университет. Думал поехать учиться в Столицу, но потом мы поженились, и я решил, что пора остепениться.

Лука с теплотой посмотрел на жену, игравшую с детьми, и на мать, которая радостно возилась с внуками.

— Так ты хотел учиться по обмену?

— Ну да, сейчас это обычное дело. Говорят, даже рыцари ездят в столичные академии и училища, чтобы получить имперскую квалификацию. А ты, кстати, не собираешься?

Услышав этот вопрос, Эмма замялась. Она об этом даже не думала.

— Я... ну... меня и здесь всё устраивает...

Видя, как Эмма отводит глаза, Лука тяжело вздохнул. Видимо, он всё понял.

— Тебе бы стоит серьезнее подумать о своем будущем.

— Да я думаю... Но сейчас главное — закончить эти курсы.

— И сколько ты еще собираешься служить в армии?

— ...А?

Эмма округлила глаза.

Сколько она собирается служить? Эмма, с детства мечтавшая стать рыцарем, даже не представляла себе жизни вне армии. Вопрос брата застал её врасплох.

Тут в разговор вмешалась мать, державшая на руках внука.

— Военный — это, конечно, почетно, но мы за тебя переживаем. Это ведь так опасно. Эмма, ты о замужестве вообще не думаешь?

— О... о замужестве?!

Пока Эмма краснела и заикалась, Лука посмотрел на неё с недоумением:

— А что такого? Возраст у тебя подходящий. Или ты собираешься всю жизнь просидеть в казарме с мечом в обнимку?

Эмма не знала, что ответить на эти расспросы о её жизненных планах.

— Н-ну, у меня сейчас и кандидата-то нет...

Главной проблемой было полное отсутствие претендентов на её руку и сердце.

Тогда мать предложила другой вариант:

— Так ты всё-таки хочешь выйти замуж? Тогда, может, возьмешь временный отпуск? Поживешь нормальной жизнью, найдешь мужа, родишь ребенка, а когда он подрастет — сможешь вернуться на службу. Сейчас везде нехватка кадров, так что обратно возьмут без проблем.

Взять перерыв в карьере ради создания семьи? Предложение матери звучало разумно, и Эмма понимала его логику.

Но она не могла на это пойти.

— ...Если я сейчас уйду, ребята в эскадрилье не справятся без меня.

Лука театрально закатил глаза и громко вздохнул:

— Если ты уйдешь, на твое место просто пришлют кого-то другого, и всё. Я понимаю, что ты там на хорошем счету, но армия Банфилдов огромна. Неужели ты думаешь, что ты незаменима?

Слова брата были жестокими, но он говорил это из заботы, видя, что сестра слишком зациклилась на работе. И он был прав: если она уйдет, замену найдут. Да, она была первоклассным пилотом, но для командования испытательной эскадрильей сгодился бы и обычный рыцарь со средними способностями.

Эмма всё это понимала, но сердцем не могла принять.

Дело было в том, что «Ремея» наконец-то стала похожа на нормальную воинскую часть. Более того, они становились отличной командой. Она вложила столько сил в эту эскадрилью, привязалась к этим людям и просто не хотела их бросать.

— Я всё понимаю, но...

— Ничего ты не понимаешь. Ты слишком долго варишься в этом армейском котле, у тебя уже туннельное зрение. Раз уж тебя отправили на учебу, используй это время, чтобы подумать о том, чего ТЫ хочешь от жизни.

Услышав нравоучения от младшего брата, Эмма мысленно возмутилась: («Какой наглец!»), но в то же время осознала, что у нее действительно нет четкого плана на будущее.

— ...Мое будущее...

Пока она пребывала в глубокой задумчивости, мать добила её совершенно неожиданным заявлением:

— Ах да, кстати. Эмма, ты не думаешь съехать? А то Лука живет с нами, семья растет, места уже маловато. Мы хотели сделать из твоей комнаты детскую.

Эмма, забыв про все свои философские размышления, возмущенно вскрикнула:

— Вы что, меня уже из дома выселяете?! Вот это отношение!

---

Продолжение следует…

Над переводом работала команда FanLate Journal

Перевод и редактура: Исекайный Сомелье