Именно из-за пристрастия Эстебана к «красивым видам» Анета привела его и Эрика именно в этот ресторан. Поскольку больше всего на свете Эстебан любил живописные пейзажи, ей хотелось показать место, откуда открывался вид на реку Итон.

Однако стоило подняться на второй этаж, как Анета тут же пожалела о своём выборе.

Родейла пожалела о том же.

Заказав блюда и приятно беседуя с Вернером, Родейла внезапно застыла, увидев троих посетителей, которых хозяин ресторана лично провожал в зал.

Заметив её изменившееся лицо, Вернер обернулся, чтобы понять причину, и тут же замер с таким же выражением.

— Для нашего ресторана большая честь принимать столь высоких гостей.

Воодушевлённым выглядел только хозяин заведения.

— Безусловно. Но платить я всё равно буду.

— Ваша Светлость, да разве я могу взять с вас деньги?

— Возьмите. Так я хотя бы смогу пообедать без угрызений совести.

Эстебан тоже пребывал в весьма приподнятом настроении.

Едва поднявшись на второй этаж, он сразу заметил Родейлу и Вернера. Ничего подобного Эстебан заранее не планировал, но происходящее неожиданно становилось весьма занимательным.

Судя по столу, заказанной еды им ещё не подали. Настроение Эстебана окончательно улучшилось, и в голове тут же начал складываться по-детски мелочный план, как следует действовать им на нервы. Эрик, который по одному только взгляду прекрасно понимал, о чём думает друг, молча подавил вздох.

Лишь Анета, Родейла и Вернер воспринимали ситуацию всерьёз.

Впрочем, Анета быстро согнала с лица напряжение и последовала за хозяином заведения к приготовленному столику.

Как и у Родейлы с Вернером, место оказалось у окна. Стул, который хозяин ресторана отодвинул для Анеты, стоял как раз напротив Родейлы. К счастью, Эстебан тут же выдвинул другой стул, спинка которого закрывала их от чужих взглядов, и с безупречной учтивостью произнёс:

— Для леди.

Анета благодарно взглянула на него и села. Однако ощущение чужого пристального взгляда на спине никуда не исчезло.

Хозяин протянул меню и спросил:

— Мисс Белл, как ваши дела?

Владельцем ресторана был барон Монфер. Обычно он почти не появлялся здесь, а если и заходил, то никогда лично не обслуживал посетителей. В этот день барон заглянул проверить, как идут дела в заведении после долгого отсутствия, но появление лорда Рейнштайна заставило его самому заняться столь важными гостями.

— Благодарю, барон. Давно не виделись. Рада видеть вас в добром здравии.

— То же самое могу сказать и о вас, мисс. Очень приятно видеть, что вы хорошо выглядите. Моя супруга немало о вас беспокоилась.

— Баронесса прислала мне письмо и чай. Я слышала, что именно вы купили его и попросили передать часть мне. Я как раз собиралась навестить вас обоих и поблагодарить лично.

— Не стоит благодарности. Если уж говорить откровенно, мы получили от вас куда больше. Когда моей супруге было тяжело справляться с близнецами, вы очень ей помогали. Вы даже сделали детям игрушки собственными руками. Они до сих пор с ними играют. Ах, кажется, я слишком разговорился. Что касается фирменных блюд нашего ресторана...

Вернувшись к обязанностям хозяина заведения, барон Монфер начал рассказывать о меню. Когда все сделали выбор, он забрал карточки с заказами и уже собирался уйти, как вдруг заметил у окна Родейлу и Вернера.

Барон застыл на месте.

«О нет...»

Поскольку Родейла и Вернер пришли раньше, барон Монфер даже не знал, что они находятся здесь. Пока он сопровождал молодого герцога наверх, всё внимание было приковано к почётным гостям, и на остальных посетителей он попросту не смотрел.

Среди знати Наса не осталось никого, кто не знал бы историю Анеты, Вернера и Родейлы.

«Только не сейчас!»

Барон Монфер побледнел и нервно перевёл взгляд с Анеты на Вернера, затем на Родейлу. Судорожно сглотнув, он поспешил вниз по лестнице.

«Только бы ничего не случилось. Кстати говоря, откуда вообще мисс Белл знакома с молодым герцогом?»

***

Хотя Эстебан ещё ничего не успел сделать, Родейла уже чувствовала себя униженной.

Барон Монфер, который обычно не удостаивал посетителей личным вниманием, встретил Анету с большой теплотой. Более того, несмотря на то что прекрасно видел их с Вернером, он даже не поприветствовал их. А Вернер — её муж, её первая любовь, мужчина, который когда-то любил только её одну, — не мог отвести глаз от Анеты.

Не от Эрика. Не от Эстебана.

Именно от Анеты.

Казалось, Вернер и вовсе забыл, что пришёл сюда вместе с ней.

— Вернер, — позвала тихо Родейла, стараясь скрыть раздражение, но голос будто не достиг его слуха. — Вернер.

Лишь когда Родейла коснулась его руки, так крепко сжатой в кулак, Вернер вздрогнул и повернулся к ней. Несколько мгновений он смотрел на жену пустым взглядом, словно человек, только что пробудившийся от сна, а затем наконец опомнился.

— А, Роэль.

— На что ты так смотришь? Это невежливо.

— Ах... да, верно. Я просто подумал, что, раз здесь молодой герцог, возможно, мне следует его поприветствовать.

«Ты уже забыл, что именно он испортил нашу свадьбу? И смотрел ты вовсе не на молодого герцога. Всё это время ты пялился только на Анету!»

Родейла проглотила слова, рвавшиеся наружу, и заставила себя улыбнуться.

— Они приятно проводят время. Не стоит им мешать. Если все начнут подходить и приветствовать его повсюду, куда бы он ни пришёл, разве это не будет утомительно для молодого герцога?

— Ах, это верно. Д-да.

То, как Вернер моргал, показалось ей непривычным.

«Неужели этот человек всегда был таким невзрачным и жалким?»

Дело было не только во внешности или одежде.

Его осанка, выражение лица, манера держаться — всё невольно сравнивалось с мужчинами, сидевшими за одним столом с Анетой. И чем дольше длилось это сравнение, тем отчётливее Родейла понимала, насколько невыгодным оно оказывается для Вернера.

Вернер оставался по-прежнему красив, словно солнечный бог, однако из-за осанки и выражения лица в нём проступала провинциальная неловкость. То, как его взгляд то и дело срывался в сторону Анеты, казалось трусливым, а привычка постоянно облизывать губы языком выглядела вульгарно.

По сравнению с ним, что можно было сказать об Эстебане и Эрике?

Эстебан держался с расслабленной улыбкой и смотрел только на Анету, а Эрик проявлял к ней столь внимательную заботу, что это бросалось в глаза.

«Что в ней такого особенного?»

Когда Анета чуть наклонилась вперёд и, понизив голос, что-то сказала Эстебану, он приподнял бровь и улыбнулся. Всего лишь едва заметное движение, но оно выглядело настолько изящно, что Родейла не могла отвести взгляд, даже прекрасно понимая, что перед ней человек, разрушивший её свадьбу.

В этот момент Родейла и не могла знать, что Анета спросила: «Не потому ли даже адвокат Эрик так чрезмерно обо мне заботится из-за этих людей?»

Она крепко сжала подол платья, а затем прошептала мужу, который всё так же не мог оторвать взгляд от своей бывшей жены:

— Вернер, на что ты так смотришь?

Родейла хотела сказать это тихо, но эмоции прорвались в голос, и последнее слово прозвучало громче, чем следовало. Эстебан и Эрик обернулись в их сторону, и её лицо мгновенно вспыхнуло от стыда.

— О, виконт Шрайбер.

Было бы ещё хуже, если бы Вернер резко вскочил и поприветствовал его, но, к счастью, он остался сидеть. Вернер лишь свирепо посмотрел на Эстебана и ответил хриплым голосом:

— Молодой герцог.

— Вы так часто бывали в Элгрине, что теперь мы даже сталкиваемся в подобных местах.

«Так часто?»

Родейла широко раскрыла глаза и метнула взгляд на Вернера. Она знала, что он навещал Анету, но думала, что это случилось лишь однажды.

— Часто? Вы преувеличиваете, Ваша Светлость.

— Я сам сталкивался с вами уже дважды, так что разве не разумно предположить, что визитов было куда больше?

— А как насчёт того, что вы, Ваша Светлость, постоянно бываете в доме моей бывшей жены?

Уголок губ Эстебана медленно приподнялся.

На мгновение его взгляд оставил Вернера и скользнул к Анетe. И в этот краткий миг и Вернер, и Родейла отчётливо заметили, как в его глазах появляется мягкость.

Затем Эстебан снова посмотрел на Вернера и лишь слегка пожал плечами.

— Возможно, так и есть.

Рука Вернера, лежавшая на бедре, сжалась в кулак.

— И какова причина?..

— Что ж, мы ведь соседи, и общество мисс Анеты мне приятно. Полагаю, каждый волен искать удовольствия там, где ему хочется. Кто-то, например, поддерживает отношения с бывшей возлюбленной, пока жена сидит дома.

Лица Родейлы и Вернера вспыхнули до корней волос. Эстебан чуть наклонил голову, глядя на них, и добавил:

— Прямо как сейчас.

Прежде чем Вернер успел подняться, Родейла встала первой.

— Пойдём, Вернер.

— Роэль…

— Я сказала, пойдём!

Она больше не могла терпеть этого унижения. Ни Вернер, ни Эстебан не обращали на Родейлу почти никакого внимания. Даже в такой ситуации Эрик продолжал непринуждённо беседовать с Анетой, а сама Анета ни разу не обернулась.

Родейла была уверена: на лице Анеты наверняка играет насмешка. Если бы у неё был выбор, она бы подбежала, схватила Анету за руку и закричала прямо ей в лицо:

«Это из-за тебя у меня случился выкидыш!»

Это была ложь, но сейчас она ощущалась почти правдой. Казалось, Анета отняла у неё всё самое ценное. Но больше всего Родейлу мучило то, что она совершенно не понимала происходящего.

Сегодня Анета даже не пыталась нарядиться. Обычное платье, уже вышедшее из моды, небрежно собранные волосы, ни единого украшения. Так почему же тогда казалось, что именно Анета главная героиня этого спектакля?

Почему эти мужчины ведут себя так, будто её, Родейлы, здесь вовсе не существует, и говорят только об Анете?