В тот вечер У Се и его люди столкнули надувную лодку в хайцзы. Произошёл небольшой казус: пока они её толкали, Ли Цу услышал, как У Се сказал Ван Мэну:

— Если эта штука спустит на полпути, в этом месяце останешься без зарплаты.

— С производителя и вычитайте, я-то тут при чём?

— Потому что ты, когда её накачивал, не заметил дыру и не залатал.

— Босс, а если вы съели испорченную клубнику, вы вините того, кто её мыл, или того, кто продал?

— Себя. Знал, что испортилась, а всё равно съел — сам себе могилу роешь, не так ли?

— …

Так, препираясь, они столкнули тяжелую лодку в хайцзы. Четверо забрались на борт. Мажила сел на вёсла, остальные занялись снаряжением.

Ли Цу спросил:

— У… Босс У, а как вы собираетесь действовать? Место огромное, тут и без воды пришлось бы целый день искать.

У Се отмахнулся:

— У нас свои методы, не твоё дело. Тебе эти навыки ни к чему, а мы ими не разбрасываемся.

Когда лодка достигла середины хайцзы, Ван Мэн и Мажила, надев снаряжение, опрокинулись спиной в воду. Никакого водолазного снаряжения у них не было — только маски для ныряния и подводные фонари. Ли Цу не понимал, как с таким примитивным оснащением У Се рассчитывал быстро обшарить всё дно.

Сам У Се, очевидно, спускаться не собирался. Он остался в лодке и, покуривая, наблюдал за колеблющимися под водой огоньками фонарей.

Ли Цу всё никак не мог выбросить из головы их разговор и наконец не выдержал:

— Может, дадите хоть малейшую подсказку? Я не хочу учиться вашим методам, просто любопытно.

— Нет.

Ли Цу смотрел на У Се, и злость в нём закипала. «Этот хмырь вообще в своём уме?» — думал он. Если бы не рана на спине, он бы сиганул в воду и поплыл к берегу.

— Босс У, вам не нужна моя помощь, вы не хотите делиться своими секретами, так зачем вы вообще взяли меня в лодку? Чтобы специально поиздеваться? — с досадой спросил Ли Цу.

— Да, именно так, — ответил У Се.

Видя, что Ли Цу молчит, У Се задал встречный вопрос:

— Хочешь знать, почему я всё это время так с тобой обращаюсь?

У Се продолжил:

— На самом деле я мучаю тебя потому, что, глядя на тебя, вижу себя в прошлом.

— Ты сейчас — словно ягнёнок, которого ведут на убой: ничего не знаешь, не понимаешь, когда тебя прикончат, почему хотят убить и как ты вообще во всё это ввязался. Просто ждёшь, сам не зная чего.

Ли Цу вздохнул. «Да я же тебя совсем не знаю, — подумал он. — Понятия не имею, что ты за фрукт и чего добиваешься».

— А каким ты был раньше? — спросил У Се.

Ночью в пустыне холодно. Молчание сгущало холод, и Ли Цу чувствовал, как замерзает всё сильнее. Он уже жалел, что поехал сюда, и злость в нём росла. Какое, к чёрту, отношение вся эта дрянь имеет к нему? Знал бы, чем обернётся, — спал бы себе спокойно в палатке.

— Значит, раньше вы были таким же идиотом? — брякнул Ли Цу и тут же прикусил язык. «Всё, — подумал он, — теперь меня точно зароют в песок».

Однако У Се лишь долго смотрел на него, а затем кивнул:

— А ты сообразительный.

Ли Цу покачал головой:

— Если вы не псих, то, должно быть, просто обожаете мучить людей. И я наверняка не единственная ваша жертва.

— Похоже, ты уже смекнул, что я не причиню тебе вреда просто так, и потому осмелел. Но ты не знаешь одного: я могу казаться немного нервным, но если моё терпение и впрямь лопнет, я без колебаний зарою тебя в песок.

Оба замолчали.

У Се, не отрываясь, смотрел на воду. Вдруг он цыкнул языком:

— Чёрт, да не может быть.

— Что случилось?

Ли Цу огляделся. Вокруг стояла кромешная тьма, в воде отражалась лишь луна. Огоньков фонарей под водой больше не было.

Прошло времени, которого хватило бы на две сигареты, и на поверхности показался Ван Мэн. У Се втащил его в лодку. Поиск в ледяной воде, очевидно, отнимал много сил: Ван Мэн тяжело дышал и не мог вымолвить ни слова.

У Се подождал, пока тот немного отдышится, и спросил:

— Ну как?

— Пока ничего, но кое-что пропало, — прохрипел Ван Мэн. — Босс, мне кажется, тут что-то не так. Песок на дне постоянно вздымается, но течения нет. Не знаю, может, в самом песке что-то сидит.

— Что пропало? — спросил У Се.

— Мажила. Я не могу его найти. Видимость ужасная, только чувствуется, как весь песок на дне ходит ходуном.

У Се тоже перегнулся через край лодки, всматриваясь в воду. Ван Мэн тем временем не унимался:

— Мне кажется, под водой чудовище, и оно огромное! Всё дно переворачивается!

— Вода движется, — сказал У Се. С этими словами он сорвал маску с Ван Мэна и, опрокинувшись назад, ушёл под воду. Он почти мгновенно достиг дна, тут же вынырнул и заорал на Ли Цу: — Быстро! К берегу!

— К берегу?

— Не стой столбом, греби! Хайцзы движется!