«В романе я… Нет, это не я!»

Она не хотела признавать, что была злодейкой, столкнувшейся с таким жалким концом. Только имя было тем же. Имя «Филломель» было не распространенным, но и не редким. Однако Филломель было немного не по себе, потому что она неоднократно чувствовала, что главная героиня романа была похожа на нее саму.

Например, был случай в детстве, что обнажил злую натуру «Филломель».

«Филломель» потеряла ожерелье, которое отец подарил ей на день рождения. Боясь, что он возненавидит ее, она попыталась убить одну из своих служанок, якобы за кражу. У настоящей Филломель был похожий случай. Но она не намерено обвиняла служанку, Филломель действительно считала, что служанка украла украшение. Ожерелье девушки пропало, и она неправильно все поняла, так как именно служанка убирала ее комнату в последний раз. Позже, когда невиновность служанки была доказана, няня принцессы отругала Филломель, и после этого она должным образом извинилась. Она не хотела ее убивать. Вспомнив этот случай, принцесса вспомнила и свои мысли в тот момент: «Я убью тебя!», но это было чисто из-за гнева.

Это вовсе не было ложью, но в романе внутренние мысли и предыстория Филломель не раскрываются, потому она и выглядит истинной злодейкой.

- Нет, автор, должно быть, написал это на основе беспочвенных слухов.

Покачав головой, девочка едва слышно пробормотала, словно пытаясь успокоить себя.

- Принцесса, я вхожу!

Вдруг из-за двери послышался голос няни.

- П-подождите минутку!

Она подбежала к столу и положила роман в ящик. Очевидно, что ее отчитает няня, если поймает за чтением романов.

- Вы не учились, а занималась чем-то другим, верно?

Филломель даже не разрешила ей входить, но няня открыла дверь и ворвалась в комнату, озираясь по сторонам.

- Нет, что вы! Я училась, как следует!

Она указала на толстые исторические книги на своем столе, но няня с подозрением еще раз оглядела ее комнату, прежде чем встать перед Филломель.

- Пожалуйста, повзрослейте немного. Если принцесса попадет в неприятности, мы, служащие ей, будем ответственны за это.

- Хорошо…

Вскоре начались придирки няни. Ее няня была единственной, кто обращался к принцессе плохо, за исключением императора. Она также была няней императрицы, и все называли ее кормилицей, хоть она и не кормила Филломель. Говорят, что императрица доверяла и полагалась на свою няню, почти как на собственную мать до тех пор, пока не вышла замуж и не уехала во дворец. Юстис уважал желания жены и сделал эту женщину няней своей дочери, возложив на нее полную ответственность за её воспитание и образование. Поскольку он был равнодушен к дочери, то фактически все дела были предоставлены няне.

- Его Величество на этот раз настоятельно поручил мне исправить вредные привычки принцессы.

- Тц. Ложь.

Юстис не был отцом, до такой степени заинтересованным в своей дочери. Однако няня знала, как надавить на Филломель, и постоянно использовала имя императора, как способ контролировать принцессу.

Например, она говорила, что если девочка хорошо выучит уроки этикета, то Юстис разделит с ней трапезу, или если она получит высший балл на тесте, то впустит ее в свой кабинет. Тем не менее, когда Филломель выполняла условия, няня избегала выполнения своих обещаний, придумывая бесконечные оправдания. Только после того, как женщина нарушила десятки обещаний, Филломель поняла, что ее обманывали. Няня была виновата в том, что принцесса потеряла интерес к учёбе.

- Что вы сейчас сказали? Какая ложь! Это плохая привычка – подвергать сомнению чьи-либо слова. Неужели мне стоит наказать вас?

Когда женщина была поймана на лжи, она сильно разозлилась.

- Хорошо. Впредь я буду осторожна.

Филломель поджала хвост первой. Няня, хоть и была уже немолода, но была здоровой и сильной. Она не стала бы сурово наказывать принцессу, но и этого было достаточно для маленького ребенка.

- Я даже не знаю, в кого вы такая. Леди Изабелла в вашем возрасте была доброй, и…

Даже в ее возрасте няня ругалась на неё, потому что она была не такой как ее мать, и эти слова пронзили сердце Филломель.

- Няня…

- Да?

- Я совсем не похожа на свою маму? – осторожно спросила Филломель.

- Да. И это удивительно. Леди Изабелла была умной в юном возрасте, зрелой и в то же время порой наивной.

Подрыв самооценки Филломель был удовольствием для женщины. Сегодня даже ежедневные придирки ее няни звучали так, будто она фальшивая принцесса, как и говорится в романе. Настроение девочки упало.

- Вот почему вы должны хорошо себя вести в День основания…

Филломель, которая слушала няню вполуха, совершенно озадаченно посмотрела на женщину.

- День основания?

- Вы меня не слушали?

- Могу ли я принять в нем участие?

- А?  Конечно. Поскольку это национальный праздник, то вы обязаны его посетить.

День основания империи. Принцессе девять лет. Это то, что она читала в книге!

После того, как няня ушла, Филломель достала роман «Принцесса Элленсия» и начала листать страницы.

Она искала ту часть, где главная героиня, Элленсия, собиралась участвовать в международном мероприятии в своей деревне, когда ей было девять лет. Элленсия была такого же возраста, что и принцесса, поэтому упомянутый фестиваль в книге был тем, о котором только что говорила няня. Элленсия пыталась пойти на мероприятие, но не смогла, так как мероприятие было отложено из-за дождя. Она вспомнила, как смеялась над той частью, потому что это не имело смысла. Да, День основания был самым важным для империи Белеров. Каждый год было принято узнавать у оракула дату, и он подтвердил, что в такой день дождя не будет. Более того, в романе фестиваль основания, который был запланирован на три или четыре дня, был отложен на неделю из-за оплошности верховного жреца.

- Верно. Это всего лишь выдумка.

Как верховный жрец, который защищает империю, мог потерпеть неудачу? Она почувствовала себя лучше. Она отнесет эту книгу отцу после окончания праздника основания и накажет этого дерзкого писателя.

Филломель улыбнулась и закрыла книгу.

---

- … Ваше Величество, похоже, нам придется отложить мероприятие на более поздний срок.

Секретарь не знал, что делать в такой ситуации. Они даже не смогли пойти на мероприятие на открытом воздухе, подготовленное во дворе императорского дворца, и укрылись от дождя под крышей близлежащего мемориального зала. Руководитель мероприятия, покрывшийся холодным потом, объяснил, что это был очень сильный дождь.

- Хорошо. Фестиваль в день основания будет отложен. Назначьте другую дату и сообщите.

«Неужели это действительно так? Как и в романе?»

В одно мгновение глаза Филломель потемнели. Роман должен быть просто романом. Он никогда не должен стать реальностью. Если это не так, значит, та другая девушка на самом деле настоящая дочь ее отца…

- Нет! Не может быть!

Филломель невольно вскрикнула и выбежала из-под укрытия.

- Ваше Высочество принцесса! Нет!

Люди поспешно пытались вернуть принцессу назад, но Филломель помчалась к отцу. Затем, взглянув на него, она с нетерпением сказала:

- Отец.

Между красивыми бровями Юстиса появилась маленькая морщинка.

- Пожалуйста, не откладывайте фестиваль. Вы ведь можете провести его в мемориальном зале, так?

Смущенные внезапным появлением принцессы, все обратили внимание на отца и дочь.

- Я прошу вас, пожалуйста!

Глаза Филломель были мокрыми, то ли от дождя, то ли от слез.

- … Принцесса, это невозможно. Пожалуйста, сохраняйте спокойствие.

Одна из служанок Филломель подошла к девушке, и прошептала эти слова. Она знала. Филломель прекрасно понимала абсурдность этих слов о проведении мероприятия в помещении. Беллероп была империей, основанной под защитой Бога Солнца. Праздник основания имел смысл только тогда, когда проводился под солнечным небом. Она знала, но…

- Пойдем.

Император вскоре отвел взгляд от Филломель.

- Ох, Ваше высочество принцесса…

Секретарь, граф Поллан, нерешительно произнес это, оглядывая присутствующих.

- Неужели Его величеству придется выслушивать жалобы ребенка одну за другой? Это потому, что она хочет увидеть праздник и преграждает дорогу императору?

Все затаили дыхание от гнева, таящегося под голубыми глазами. Многие прекрасно знали, что император, в отличие от своей прекрасной внешности, мог быть жестоким, как демон. Подозрение, что он убил бывшего императора, чтобы взойти на трон, распространилось повсюду.

- Пошли.

Юстис отвернулся. Начиная с него, присутствующие уходили один за другим. Каждый из них бросал взгляд на принцессу, которая все еще стояла под дождем, но не подходили к ней. Не было ничего хорошего в том, чтобы быть связанным с принцессой, от которой отвернулся император.