Принц Чэнь взглянул на распахнутые Центральные врата, обернулся на паланкин, погладил коня, и тот ступил за порог ворот.

— Поздравляем принца и княгиню с великой свадьбой!

Императорская стража, Драконья Стража и Стража в золотых доспехах разом опустились на колени:

— Желаем принцу и княгине дожить до седых волос и ста лет согласия!

За Центральными вратами простирался красный ковёр, которому не было видно конца.

С дворцовых стен сыпались лепестки цветов, и несколько из них тайком залетели в паланкин. Цзючжу, наклонив голову, подняла упавшие на неё лепестки и заметила, что это были не сезонные цветы.

Она слышала от брата, что некоторые семьи, чтобы цветы цвели круглый год, специально тратят серебро на строительство оранжерей и выращивание новых сортов, расходуя на это несметные суммы.

Сколько же серебра потратили Император и Императрица на их с принцем свадьбу?

Подняв круглый веер, чтобы скрыть лицо, она приподняла занавеску на окне паланкина и украдкой выглянула наружу.

По обеим сторонам дворцовой дороги через каждые несколько шагов стояли дворцовые служанки и евнухи с фонарями, украшенными иероглифом «счастье». Бесчисленные лепестки кружились в воздухе, повсюду вились красные шелка, звучала праздничная музыка — всё было словно во сне.

Паланкин проезжал через одни ворота за другими. Сгущались сумерки, и фонари в руках слуг слились в длинного дракона, озаряя весь императорский дворец сиянием огней.

— Опустить паланкин!

Принц Чэнь спешился и подошёл к дверце паланкина.

— Ваше Высочество, прошу вас, ударьте ногой по дверце.

Ударить ногой по дверце паланкина означало, что после свадьбы мужчина будет главным, женщина — подчинённой, а муж — небом для жены.

Принц Чэнь поднял ногу, но тут же опустил её. Он наклонился и, под изумлёнными взглядами знатных дам, трижды легонько постучал костяшками пальцев по паланкину:

— Поросёнок Мин, я, этот принц, встречаю тебя в своём доме.

Открыв занавеску, он увидел смеющиеся глаза Цзючжу над круглым веером.

Он улыбнулся, протянул ей руку, а другой забрал с её колен жезл Жуи:

— Идём, следуй за мной.

Цзючжу вложила свою руку в его ладонь.

— Невеста выходит из паланкина, встречайте под звуки барабанов и музыки!

Ярко-красный ковёр был невероятно мягким, ступать по нему было всё равно что идти по облакам.

— Новобрачные берутся за красную ленту, добрые знамения наполняют дом!

Кто-то вложил в руку Цзючжу красную шёлковую ленту. Она опустила взгляд на большой красный вышитый шар посередине и украдкой посмотрела на принца Чэня.

— Не волнуйся, — прошептал ей на ухо принц Чэнь. — Теперь ты моя княгиня, никто не посмеет отнестись к тебе непочтительно.

— Ваше Высочество, я не волнуюсь, — Цзючжу крепко сжала ленту. — Просто мне любопытно, как вы сейчас выглядите.

— И хорош ли я сегодня? — Принц Чэнь легонько сжал её руку.

— Хороши, — добавила Цзючжу. — Ваше Высочество хорош каждый день.

— Новобрачные переступают порог, добрый союз заключается навеки.

Войдя в ворота Дворца Цилинь, принц Чэнь увидел стоящую перед ними жаровню, наклонился, подхватил Цзючжу на руки и перешагнул через огонь.

Восемь знатных дам, сопровождавших их, лишились дара речи.

Жаровня — это то, через что мужчинам переступать не положено.

Ну да ладно, всё пошло наперекосяк с того самого момента, как принц Чэнь настоял на том, чтобы лично встретить невесту в доме семьи Мин.

Цзючжу не успела опомниться, как её подняли и снова опустили на землю. Она хотела обернуться, но, вспомнив правило, что невесте в день свадьбы нельзя оглядываться, подавила это желание:

— Ваше Высочество, что там было на земле?

— Ничего, — принц Чэнь наклонился и поправил подол её свадебного платья. — Главное, что мы вместе это перешагнули.

— Ох, — Цзючжу последовала за принцем Чэнем дальше, ступая по красному ковру, поднялась по ступеням и вошла в главный зал Дворца Цилинь, который уже был полон гостей.

Здесь собрались все самые знатные люди при дворе. Единственными, кого не было, — это её родных. Не умолкали взрывы петард. Цзючжу увидела сидящих во главе стола Императора и Императрицу. Большинство гостей, стоявших по обе стороны, склонились в поклоне перед ней и принцем.

Вышел церемониймейстер и зачитал длинную хвалебную оду.

Основная мысль сводилась к тому, что он восхвалял её, а также то, что они с принцем — идеальная пара, созданная на небесах, и желал им долгой и счастливой жизни.

Когда чтец удалился, принц Чэнь прошептал Цзючжу на ухо:

— Эту оду написали лично Отец-Император и Матушка-императрица.

Цзючжу моргнула. Неужели правда?

Принц Чэнь кивнул.

Он собственными глазами видел, как они, споря из-за какой-то фразы, перелистали несколько древних книг.

— Совершите поклоны.

— Первый поклон — Небу и Земле.

— Второй поклон — родителям.

Цзючжу повернулась и опустилась на колени перед императором Лунфэном и императрицей Су.

Несколько принцев со смешанными чувствами смотрели на принца Чэня и его супругу, преклонивших колени перед их отцом. Когда они женились в своих резиденциях, их матери не могли покинуть дворец, а во время поклона родителям они могли лишь склониться перед личной императорской печатью, заменявшей отца.

Юнь Яньцзэ взглянул на трёх старших братьев, вошедших в свадебный зал вместе с Юнь Дуцином, и скрыл зародившееся в душе подозрение.

Почему они втроём явились в свадебный зал вместе, и почему пришли так поздно, а Отец-Император не выказал и тени недовольства?

Это чувство, когда тебя держат в неведении, будто ты единственный, кого исключили из круга посвящённых, совсем не радовало. Он опустил взгляд и холодно посмотрел на сияющего от счастья Юнь Дуцина, а затем, увидев, как тот помог подняться Мин Цзючжу, перевёл взгляд на их сцепленные руки.

— Поклон супругов друг другу.

Цзючжу и принц Чэнь повернулись друг к другу, встретились глазами и рассмеялись.

Принц Чэнь не видел её улыбающихся губ, но знал, что она смеётся, потому что её глаза сияли так ярко и были так прекрасны.

Он поднял руки, положив левую на правую, вознёс их выше бровей и низко поклонился.

Их головы соприкоснулись. Принц Чэнь тихо рассмеялся и, придерживая свадебный венец с драконом и фениксом на голове Цзючжу, помог ей выпрямиться.

Император Лунфэн и императрица Су, глядя на эту пару влюблённых, украдкой переглядывающихся друг с другом, не могли скрыть улыбок.

Лю Чжунбао шагнул вперёд и с улыбкой в голосе объявил:

— Проводить новобрачных в брачные покои.

Принц Чэнь и Цзючжу поклонились Отцу-Императору и Матушке-императрице и, взявшись за руки, направились в задние покои.

Император Лунфэн знал, что в его и Мэйдай присутствии гости не посмеют громко шуметь и веселиться. А свадьба должна быть шумной — на счастье.

— Мы с императрицей вернёмся во дворец, — император Лунфэн посмотрел на принца Хуая. — Старший, ты — старший брат. Вместе с господами из Министерства обрядов как следует позаботься о гостях.

— Ваш сын повинуется, — поспешно ответил принц Хуай, и в его напускной улыбке появилось немного искренности.

В таких делах Отец-Император по-прежнему больше всего доверял ему, своему сыну.

Императрица Су слегка кивнула принцу Хуаю:

— Полагаюсь на Ваше Высочество, принц Хуай.

— Матушка-императрица слишком добра. Как старший брат, я обязан помочь младшему брату принять гостей, — почтительно поклонился принц Хуай, не смея проявить ни капли неуважения.

Он мог позволить себе некоторые вольности в этикете перед Отцом-Императором, но не смел пренебрежительно отнестись к императрице Су.

— Ваше Высочество, — Цзючжу и принц Чэнь миновали несколько галерей, прежде чем наконец добрались до своих брачных покоев. — Дворец Цилинь такой большой.

— Устала? — Принц Чэнь усадил её. — Сначала перекуси немного.

— Ваше Высочество, — восемь знатных дам и госпожи полной удачи наконец не выдержали. — Вы ещё не выпили свадебную чашу вина.

Ну вот, приехали. Войдя в покои, он первым делом усадил невесту. Согласно народным обычаям, это означало, что после свадьбы в доме будет главенствовать жена.

Первая знатная дама взглянула на прелестную супругу принца Чэня, которая никак не походила на женщину с властным характером. Видимо, народные приметы тоже врут.

— Ваше Высочество, прошу вас, сначала примите благословенный круглый веер от невесты.

Цзючжу, держа веер правой рукой за ручку, а левой поддерживая его, передала его принцу Чэню.

В свете свечей она была прекраснее любого цветка.

Принц Чэнь положил веер в деревянную шкатулку, взял у знатной дамы две чаши с вином и одну протянул Цзючжу:

— Ты когда-нибудь раньше пила вино?

— Никогда, — покачала головой Цзючжу. — Наставник говорил, что вино вредит духу, пить его не следует.

Принц Чэнь тихо рассмеялся и, переплетя с ней руки, сказал:

— Сегодня ради меня придётся тебе выпить одну чашу.

После одной чаши тёплого вина щёки Цзючжу быстро залились румянцем. Она нахмурилась: вино было таким невкусным.

— Твой наставник прав, вино вредно, — принц Чэнь забрал у неё чашу. — Больше мы пить не будем.

Он поднял руку, давая знак знатным дамам и госпожам полной удачи удалиться.

Те с нетерпением покинули покои. Эта свадьба стоила им слишком много нервов. Они едва выдерживали все неожиданные выходки принца Чэня.

— Ваше Высочество, — Цзючжу указала на тяжёлый свадебный венец с драконом и фениксом на голове. — Помогите мне скорее его снять, у меня шея болит.

— Подожди, — принц Чэнь встал, подошёл к Цзючжу сзади и долго рассматривал венец, прежде чем понял, как эта штука снимается.

— И впрямь тяжёлый, — положив венец на стол, принц Чэнь приказал евнухам принести свежие горячие блюда. — Сначала поешь.

В комнате стало тихо. Цзючжу посмотрела на него влажными глазами:

— Ваше Высочество.

— Мм? — Принц Чэнь положил палочками немного еды в её миску. — Что такое?

— Голова немного кружится, — Цзючжу подперла щёку рукой. — Ваше Высочество ещё пойдёт развлекать гостей?

— Пройдусь немного и вернусь. — Он коснулся её щеки, она была горячей. Он улыбнулся: — Так плохо переносишь вино?

— Сознание ясное, просто немного кружится, — Цзючжу взяла миску и принялась за еду. Принц Чэнь налил ей чашку каши, и даже когда она доела, он всё не уходил.

Лишь после того, как евнух-церемониймейстер несколько раз поторопил его, он взъерошил волосы Цзючжу:

— Ты пока посиди на кровати, отдохни. Я скоро вернусь. За дверью есть служанки и евнухи, если что-то понадобится, зови их.

— Ох, — Цзючжу растерянно кивнула. Когда принц Чэнь ушёл, она встала, подошла к кровати и села. Под одеялом что-то было.

Она откинула одеяло и увидела плоды лонгана, финики, арахис и грецкие орехи.

Раздавив один орех голыми руками, она извлекла ядро и бросила в рот. Сгорая от любопытства, Цзючжу продолжила обыскивать кровать и нашла под подушкой несколько книг. Книги?

Цзючжу взяла одну, взглянула и без особого интереса отбросила в сторону. Скрестив ноги, она села на одеяло и принялась один за другим раскалывать орехи, складывая ядра в кучку.

Как только принц Чэнь вышел, его тут же окружила толпа. Особенно усердствовали те императорские повесы, что раньше всегда ходили за ним хвостом. Они с бокалами в руках подошли к принцу Чэню:

— Можете не сомневаться, Ваше Высочество, мы уже всё подготовили, как вы и приказывали. В ближайшие дни доставим.

Принц Чэнь молча смотрел на них, пытаясь вспомнить, что же он им приказывал.

— Не думали, что древние и знаменитые книги такие дорогие. Чтобы купить всё это, мы, братья, вытряхнули все свои кошельки, — на душе у повес было горше полыни. Книги, от одного вида которых болела голова, оказались дороже петушиных боёв и сверчковых поединков.

Трудно быть хорошим человеком.

— М-м, — многозначительно кивнул принц Чэнь. — Очень хорошо.

В любом случае, лучше пусть они говорят перед ним о покупке книг, чем о петушиных боях.

Нашлись и смельчаки, которые хотели устроить шутки в брачных покоях, но принц Чэнь им безжалостно отказал.

— Моя княгиня робкая и застенчивая. Впредь говорите с ней вежливо, не пугайте её.

Могли ли императорские повесы отказать ему?

Не могли. Им оставалось лишь с кислыми минами согласиться.

Вот только что значит «вежливо»?

Сказал, что сделает один круг по залу, и не стал делать второго. Принц Чэнь наскоро выпил со всеми и направился обратно в свои покои.

Все знали, что сегодня брачная ночь, и никто не стал бестактно его удерживать.

Толкнув дверь, принц Чэнь увидел, как Цзючжу двумя пальцами раскалывает грецкий орех.

— Ваше Высочество, вы вернулись? — Цзючжу вспомнила про отброшенные в сторону книги, подползла и взяла их. — Ваше Высочество, ого, здесь есть книжки с картинками!