Ещё не рассвело, а Цзючжу с принцем Чэнем уже покинули врата императорского дворца в карете, доверху набитой подарочными коробками.

В утренней дымке уже развернулись многочисленные лотки с завтраками. Спешившие в академию учёные мужи, чиновники и мелкие служащие сидели у них и с аппетитом уплетали завтрак.

Некоторые уже стали завсегдатаями и то и дело перебрасывались шутками с торговцами. Аромат паровых булочек разносился далеко-далеко.

Принц Чэнь и Цзючжу погладили животы. Чтобы выехать пораньше, они даже не успели позавтракать.

— Ваше Высочество, может, позавтракаем, прежде чем ехать домой? — предложила Цзючжу, приподняв занавеску на окне. Её взгляд метнулся к большим белым булочкам.

— Не нужно. Я пока не голоден. Успеем позавтракать после того, как увидимся с тестем и тёщей, — принц Чэнь сглотнул. Уличная еда была в основном слишком пряной, и даже умирая с голоду, он не мог явиться к родным Цзючжу в таком виде. — Я велю Ян Идо купить тебе чего-нибудь поесть.

— Ваше Высочество, — Цзючжу внимательно посмотрела на принца Чэня, — вы случайно не… волнуетесь?

— Волнуюсь? — Принц Чэнь выпрямил спину. — Что за шутки? С чего бы мне волноваться? Разве я похож на того, кто волнуется?

— Господин Мин.

Снаружи кареты кто-то окликнул господина Мина, и принц Чэнь тут же высунул голову. Оказалось, что так обратились к мелкому чиновнику седьмого ранга. Увидев, что это не родственник Цзючжу, принц Чэнь снова спрятался в карете.

Два чиновника, приветствовавшие друг друга, обомлели, когда из окна роскошной кареты внезапно высунулась чья-то голова.

Глядя на голову, которая так же стремительно исчезла, как и появилась, чиновники растерянно переглянулись. Тот, что был выше рангом, промолвил:

— Голова-то... показалась мне знакомой.

Чиновник по фамилии Мин растерялся ещё больше:

— А разве это не роскошная карета для членов императорской семьи и их родни?

Пока они недоумевали, мимо проехало несколько богато одетых молодых господ на высоких скакунах. За ними тянулась длинная вереница слуг с коромыслами, к каждому из которых была привязана красная шёлковая лента.

— Это какой же молодой господин едет свататься?

— Какое там свататься! Это несколько наследников императорского рода на свои деньги закупили кисти, тушь, бумагу, тушечницы, а также редкие и уникальные книги, чтобы отправить в Академию Хунвэнь.

— Наш молодой господин сказал, что с детства не блистал умом и в учёбе не преуспел, но учёных людей уважает. Академия Хунвэнь основана Его Величеством и принимает учеников со всей Поднебесной. А он, как отпрыск императорского рода, должен во всём следовать за Его Величеством.

— Какое совпадение, мой господин то же самое говорит. Чтобы отыскать эти редкие книги, он разослал людей по всем окрестным областям и уездам.

— Учёба — это хорошо! И кругозор расширяет, и стране с народом пользу приносит. Наш господин даже заказал для каждого неимущего студента академии новую одежду на все четыре сезона.

Утром многие чиновники спешили на службу в Шесть министерств. Услышав, что несколько знатных бездельников из императорского рода закупили множество вещей для Академии Хунвэнь, они были озадачены.

— Если я правильно помню, эти господа — известные в императорском роду бездельники?

Сейчас в столице из праздных членов императорского клана остались лишь представители боковых ветвей рода Юнь, лишённые и способностей, и смелости. Все, у кого были и то и другое, оказались втянуты в борьбу за трон в конце эры Сяньдэ.

— Ты не ошибся. Это те самые знатные бездельники, что вечно таскаются за принцем Чэнем, устраивая петушиные и сверчковые бои.

— Неудивительно, что я на днях не смог купить книгу, которую искал. Оказывается, это они её перехватили.

Раз уж даже эти знатные бездельники шлют дары в Академию Хунвэнь, значит, Его Величество и впрямь очень её ценит.

Пока несколько знатных бездельников с шумом и барабанным боем направлялись к Академии Хунвэнь, у её ворот вот-вот должен был разгореться конфликт между отпрыском боковой ветви императорского рода и неимущим студентом.

Причиной послужило то, что неимущий студент, торопясь, случайно наступил на туфлю отпрыска боковой ветви императорского рода. Студент многократно извинялся, но тот был неумолим и требовал, чтобы провинившийся вылизал его туфлю языком, угрожая в противном случае отправить его в ямэнь.

В Дачэне существовал закон: если учёного человека забирали в ямэнь и признавали виновным, он лишался права участвовать в государственных экзаменах на десять лет.

— А ну быстро на колени и лижи туфлю этому господину! Даю тебе на раздумья время горения одной благовонной палочки, иначе…

— Иначе — хрен с маслом! — сзади раздался возглас, и мощный пинок отправил заносчивого юнца на землю. — Ты ещё что за фрукт такой, чтобы сметь нести чушь у ворот Академии Хунвэнь, основанной самим Его Величеством?

Пнув наглеца, знатный господин оправил верхние одежды и сложил руки в приветствии: — Прошу прощения за устроенное зрелище. Я — Юнь Цижун, некогда был наперсником по учёбе у Его Высочества принца Чэня, а ныне служу в императорской конной гвардии. Сегодня я прибыл, чтобы пожертвовать академии несколько редких книг.

— Кто пнул…

Юнь Цижун наступил ему на голову, не давая продолжить: — Подобные личности, кичащиеся своей императорской кровью, на самом деле — праздные людишки, чьё родство с правящим домом — седьмая вода на киселе. Прошу вас, не принимайте его бредни близко к сердцу. Мы со всем разберёмся.

Студенты из бедных семей, которых только что трясло от гнева, ошеломлённо взирали на эту сцену. Они переводили взгляд на слуг с коромыслами и долго не могли вымолвить ни слова.

— Пройдёмте, пройдёмте в академию, там и поговорим, — Юнь Цижун убрал ногу и приобнял оскорблённого студента. — Мы с братьями, когда услышали от Его Высочества принца Чэня о вашем усердии и тяге к знаниям, были растроганы до слёз. К несчастью, мы сами тугодумы, к учёбе неспособные, но хотели хоть чем-то помочь академии, вот и привезли всё это.

— Вы ведь не станете презирать нас за недостаток учёности? — с сокрушённым вздохом произнёс Юнь Цижун. — Винить можно лишь нас самих за то, что в юности были неразумны и впустую растратили лучшие годы. Теперь нам остаётся только завидовать вашей начитанности и блестящему таланту.