Супруга принца Чэня настояла, что пойдёт одна, и нянюшке ничего не оставалось, как вынести ещё несколько зонтов для её свиты.

— Я сама подержу зонт. Смотри не промокни, — Цзючжу жестом велела отступить юной служанке, собиравшейся раскрыть над ней зонт. Девочке на вид было лет четырнадцать-пятнадцать, и мокнуть под дождём ей было ни к чему.

— Благодарю, княгиня, — маленькая служанка помедлила, а затем, раскрыв свой зонт, пошла следом за княгиней.

Дождь перед Цинмином был холодным. К счастью, сегодня ей не придётся мокнуть.

Как хорошо.

Цзючжу любила слушать, как капли стучат по промасленному бумажному зонту, вот только красивые вышитые туфельки, промокшие от дождя, немного портили настроение.

Большие ворота, разделявшие Западный дворец и остальную часть гарема, отворились, и Цзючжу увидела принца Чэня. Он стоял под дождём в снежно-белых одеждах, с неподобранными волосами, держа в руке зонт.

— Ваше Высочество! — Цзючжу свернула свой зонт и бросилась под его, вдыхая свежий аромат после купания. — Как вы здесь оказались?

— Пришёл забрать тебя домой, — принц Чэнь наклонил зонт над её головой и тихо рассмеялся. — Подаренная тобой луна мне очень понравилась.

Цзючжу обняла его за руку:

— Я рада, что тебе понравилось.

Заметив, что его волосы ещё влажные, Цзючжу сказала:

— Если будешь стоять на ветру с мокрыми волосами, голова разболится. Давай скорее вернёмся.

— Не спеши, — увидев, как она осторожно обходит лужи, чтобы не запачкать вышитые туфли, принц Чэнь сунул ей в руку зонт. — Иди сюда, я понесу тебя.

— Ох, как неудобно, — произнесла она и тут же запрыгнула ему на спину. На словах — неудобно, а на деле — очень даже удобно.

— Тебе так нравятся эти туфли?

— Ты специально заказал их для меня в Швейной палате, на них даже есть щеночки, — Цзючжу одной рукой обняла принца за шею, а другой держала зонт. — Они мне очень нравятся.

— Щеночек Мин?

Цзючжу, хихикая, уткнулась ему в плечо. Зонт в её руке накренился, и холодные капли дождя брызнули принцу в лицо.

Принц Чэнь: «…»

В тот же миг Цзючжу легонько укусила его за шею:

— Гав.

Место укуса приятно защекотало, но боли не было.

Принц Чэнь приподнял её повыше:

— Похоже, и впрямь щеночек Мин.

Цзючжу весело смеялась, и он рассмеялся вместе с ней.

— Ваше Высочество, почему вы сегодня выбрали белые одежды?

— Завтра Цинмин, я буду вместо Отца-Императора совершать жертвоприношения, так что в эти дни носить яркое неуместно, — принц Чэнь вскинул бровь. — Что, некрасиво?

— Красиво! Ваше Высочество в светлом — ясная луна в девяти небесах. В ярком — самое прекрасное море весенних цветов. А в тёмном — самая чарующая и таинственная ночь, — когда речь заходила о достоинствах её принца, у Цзючжу никогда не было недостатка в красивых словах. — Тебе всё к лицу.

— Поросёнок Мин, какое счастье, что ты не пошла служить при дворе.

— Почему?

— Если бы ты стала чиновницей, то была бы самым искусным подхалимом и коварным министром.

Цзючжу фыркнула:

— Я говорю только правду.

Сердце принца Чэня дрогнуло. Он не видел лица Цзючжу, но мог представить выражение её лица в этот момент.

— В твоих глазах я настолько хорош?

— Угу!

Принц Чэнь нежно улыбнулся. Если бы не ноша на его спине, он и впрямь походил бы на бессмертного небожителя, сошедшего на землю, о котором говорила Цзючжу.

— Супруга принца, что с вами? — придворная служанка испугалась, увидев, что Сунь Цайяо внезапно застыла на месте, а корзинка выпала из её рук и упала на землю.

— Ничего, ничего, — Сунь Цайяо испуганно замотала головой и наклонилась, чтобы поднять корзинку с цветами.

Принц Чэнь просто надел белые одежды, вот и всё. Она не должна об этом думать, ни в коем случае.

— У принца Чэня и его супруги такие хорошие отношения, — прошептала одна из служанок. — Боится, что княгиня замочит ноги в дождливый день, и даже несёт её на спине.

— Тс-с, а вы не заметили, что у его высочества даже волосы не убраны?

В голове у Сунь Цайяо зашумело, перед глазами потемнело, и она рухнула на землю.

— Супруга принца!

Теряя сознание, она увидела, как Мин Цзючжу спрыгнула со спины принца Чэня и побежала к ней.

— Ваше Высочество, Ваше Высочество!

Юнь Яньцзэ ещё спал, когда его разбудили тревожные крики слуг. Закрыв глаза и подавив все эмоции, он сел и откинул полог.

— Что случилось?

— Супруга принца только что потеряла сознание на дворцовой дорожке. Позвали императорского лекаря, он осмотрел её… Супруга принца беременна!

Лицо Юнь Яньцзэ озарила радость. Накинув халат, он широкими шагами вышел из покоев и увидел Юнь Дуцина, стоявшего во дворе под зонтом.

Он замедлил шаг.

— Пятый брат.

— Четвёртый брат, — принц Чэнь слегка кивнул ему. — Поздравляю.

— Благодарю, пятый брат, — Юнь Яньцзэ посмотрел на снежно-белый парчовый наряд Юнь Дуцина, расшитый серебряными узорами. — Почему ты здесь?

— Моя княгиня увидела, как четвёртая невестка упала в обморок, и принесла её сюда. Сейчас она сидит с ней в комнате, — принц Чэнь вскинул бровь, словно говоря: «А ты думал, я по своей воле тут стою?»

Какое ему дело до беременности других женщин.

В комнате Сунь Цайяо, оперевшись на руки, села и посмотрела на сидевшую рядом Мин Цзючжу.

— За четвёртым братом уже послали евнуха, так что я пойду. На улице дождь и скользко, а ты беременна, будь осторожнее, — Цзючжу встала, собираясь уходить.

Её принц всё ещё ждал во дворе под зонтом.

Сунь Цайяо ошеломлённо опустила взгляд на свой живот, и её рука, сжимавшая одеяло, медленно разжалась.

— Мин Цзючжу, спасибо.

Она… беременна?

Цзючжу удивилась, что Сунь Цайяо назвала её по имени, и, обернувшись, взглянула на неё:

— Четвёртая невестка слишком вежлива.

Она спешила выйти и не стала задумываться над поведением Сунь Цайяо.

Выйдя под навес, Цзючжу помахала принцу Чэню:

— Ваше Высочество!

Принц Чэнь с лёгкой досадой покачал головой, подошёл к ней и раскрыл зонт над её головой.

— Спускайся.

Цзючжу спрыгнула со ступенек прямо в его объятия. Он обхватил её за талию, прижимая к себе.

— Благодарю пятую невестку за сегодняшнюю помощь.

Услышав голос, Цзючжу поняла, что под навесом стоит Юнь Яньцзэ. Она потянула принца Чэня за руку и, выглянув из-под зонта, посмотрела на Юнь Яньцзэ:

— Четвёртый брат, не стоит благодарности. Иди скорее к четвёртой невестке.

Всё-таки принц, выдержки ему не занимать. Узнал, что его супруга беременна, а всё равно нашёл терпение стоять у двери и разговаривать с другими.

Юнь Яньцзэ взглянул на неё и, развернувшись, вошёл в дом.

— Ваше Высочество, долго ждали? — Цзючжу прислонилась к принцу Чэню. — Пойдём домой.

Она опустила взгляд на свои испачканные грязью туфли и вздохнула. В спешке, когда она бросилась помочь Сунь Цайяо, она не заметила рядом лужу и наступила прямо в неё.

— Ничего, — принц Чэнь погладил её по волосам. — Я велю им сделать для тебя точно такие же.

— Угу! — Цзючжу снова повеселела.

Принц Чэнь вздохнул. Какая же она глупенькая, и как легко её порадовать.

Новость о беременности супруги Четвёртого принца быстро разнеслась по дворцу.

Матери-наложницы принцев отреагировали по-разному. Только императрица Су позвала Цзючжу к себе и долго говорила ей о том, что женщинам не стоит рожать детей в слишком юном возрасте. Каждое её слово было пронизано нежной заботой.

На следующее утро, ещё до рассвета, принц Чэнь прибыл во дворец Таян, где переоделся в княжеский халат, расшитый драконами, и в драконьем паланкине отправился к Алтарю Неба. Цинмин — это праздник поминовения предков, но императоры династии Дачэн верили, что некоторые предки после смерти становятся небесными бессмертными, поэтому сперва следовало совершить жертвоприношение Небу на Алтаре Неба, а затем — Владычице Земле на Алтаре Земли.

За драконьим паланкином верхом следовали четыре принца, а за ними — гражданские и военные чиновники в своих официальных одеждах.

Принц Ань смахнул с лица дождевые капли.

Младший из принцев сидит в драконьем паланкине, предназначенном для императора, а четыре старших брата едут следом верхом, промокая под мелким дождём праздника Цинмин.

Нужно срочно прибиться к сильной ноге. Дело не терпит отлагательств.

— Дождь всё усиливается, — заметил принц Хуай, увидев жест принца Аня, и в его голосе прозвучала зависть. — Боюсь, к тому времени, как мы доберёмся до Алтаря Земли, наши одежды промокнут насквозь.

Куда лучше сидеть в драконьем паланкине: ни ветер не продует, ни дождь не замочит.

Принц Ань уловил в его словах опасный подтекст и не решился ответить.

Принц Хуай тоже понял, что сказал лишнее, и повернулся к Юнь Яньцзэ:

— Четвёртый брат, я ещё не поздравил тебя с грядущим отцовством.

— Благодарю, старший брат, — Юнь Яньцзэ выглядел очень бодрым, и даже в его улыбке было больше искренности, чем обычно.

— Да, поздравляю, поздравляю, — принц Ань тоже поздравил Юнь Яньцзэ, сложив руки в приветствии.

— Рождение ребёнка — великая радость, но… — тихо пробормотал принц Цзин, но тут же спохватился, поспешно поклонился и робко извинился: — Прошу прощения, я сболтнул лишнее.

Жертвоприношение Небесному Владыке и Владычице Земле — дело огромной важности. Принц не мог заменить императора в этом ритуале просто так.

Только если он — наследник престола.

Сегодня Отец-Император велел Юнь Дуцину прибыть во дворец Таян, чтобы облачиться в княжеские одежды и надеть корону с золотым драконом, а также предоставил ему императорский кортеж. Этим он объявил всем в Поднебесной, что желает сделать Юнь Дуцина наследным принцем.