— Ваш сын полагает, что господин Хэ из Министерства чинов и господин Чжан из Министерства войны способны справиться с этой задачей.

Принц Хуай искоса взглянул на принца Ци. Будто он не знает, что Хэ Юй и Чжан Инлянь — прихвостни Ци?

— Каково мнение достопочтенных министров?

В вопросе выбора уполномоченного по оказанию помощи мнения министров разошлись. Император Лунфэн, держа в руках чашку с чаем, позволил им спорить, не забыв при этом отдать приказ министерствам подготовить гуманитарную помощь и немедленно отправить её в Ючжоу.

Принц Чэнь, слушая их перепалку, лениво опёрся о колонну и зевнул.

— Ду Цин, — император Лунфэн заметил скучающий вид принца Чэня. — У тебя есть подходящая кандидатура?

Министры шести министерств и другие принцы одновременно повернулись к принцу Чэню с весьма странным выражением на лицах. Просить его порекомендовать способного чиновника — всё равно что спрашивать, какие сверчки лучше дерутся.

Император Лунфэн, словно не замечая, что думают о его сыне другие, продолжал смотреть на него с надеждой.

— Ваш сын полагает… — Принц Чэнь вспомнил, что в экзаменационных работах цзиньши первой ступени, которые ему дал посмотреть Мин Цзинчжоу, ответ У Мяня как раз касался помощи при бедствиях и успокоения народа. Ответ был дельным, а не пустыми словами, и даже такой профан, как он, счёл его превосходным.

— Снежная буря слишком сильна, наверняка рухнуло много домов. Господин У Мянь, будучи помощником министра общественных работ, должен хорошо разбираться в строительстве и инженерных работах. Почему бы не отправить его? — Принц Чэнь выпрямился, будто лениво прислонившийся к колонне человек был не он.

Принц Ци с улыбкой взглянул на принца Хуая. Юнь Дуцин решил помочь старшему брату?

Услышав, что Юнь Дуцин за него заступился, принц Хуай тоже был в полном недоумении. Каким бы болваном ни был Юнь Дуцин, он должен был знать, что У Мянь — его тесть. Так почему он его поддержал?

— Хорошо. Раз уж Ду Цин тоже поддерживает предложение старшего брата, то на этот раз помощью пострадавшим займётся У Мянь, — император Лунфэн махнул рукой, подзывая стражника. — Немедленно доставить У Мяня во дворец.

Ли Энь со сложным чувством посмотрел на стоявшего рядом с ним принца Чэня. Он учился вместе с У Мянем и хорошо знал его способности. Среди всех кандидатов, предложенных принцами, У Мянь действительно был самым подходящим.

Так что же это было: случайное попадание или принц Чэнь и впрямь знал о его талантах?

Увидев, что принц Чэнь снова лениво прислонился к колонне, Ли Энь отвёл взгляд.

Наверное, он слишком много надумывает. Это просто совпадение.

Когда вопросы помощи пострадавшим были решены, министры и принцы покинули главный зал. Только принца Чэня Император оставил у себя.

Принц Ци с лёгкой улыбкой посмотрел на принца Хуая:

— Старший брат так заботится о младших, что даже пятый брат проникся к тебе братской любовью.

Принца Хуая, на которого свалилось это несправедливое обвинение, передёрнуло.

Откуда ему знать, какая вожжа попала под хвост Юнь Дуцину?

— Хе-хе, как старший брат, я и должен заботиться о младших, — усмехнулся принц Хуай. — Мои чувства к тебе и к пятому брату одинаковы.

Какой бы ни был брат, в его сердце все они были одинаково несносны. Какая разница?

— Старший брат всегда был милостив к братьям, — принц Ци сложил руки в приветствии. — Позвольте откланяться.

— Иди-иди, без провожатых, — принц Хуай с натянутой улыбкой ответил на приветствие. Больше всего на свете он ненавидел это лицемерное выражение на лице Юнь Яньцзэ.

Принц Ци невозмутимо сел в карету, и улыбка исчезла с его лица:

— Проверьте, какие дела в последнее время были у Юнь Люаня и Юнь Дуцина. Во дворце не было законного наследника, а Юнь Люань был старшим. Если Юнь Дуцин, пользующийся безграничной любовью Отца-Императора, перейдёт на сторону старшего брата, ситуация станет для него крайне невыгодной.

— Отец-Император, вы оставили вашего сына. Хотели о чём-то спросить? — Принц Чэнь, сидя на стуле, снова зевнул. Прошлой ночью он до поздна изучал реестры сельскохозяйственных орудий, и у него от этого голова шла кругом.

Но он не смел их не читать. Вдруг Мин Цзинчжоу спросит что-нибудь оттуда, а он не сможет ответить? Как он тогда посмеет хвастаться своими талантами перед Поросёнком Мин?

— Ложись спать пораньше, — император Лунфэн, видя, как он зевает, велел служанке принести ему бодрящего чаю. — Ты так молод, что это за вид — вялый и без энергии?

— Ваш сын унаследовал ваше героическое сложение, Отец-Император, и луноподобную красоту матушки. Даже без энергии я красив и всеми любим.

Император Лунфэн рассмеялся от его наглости:

— И кем же любим?

Конечно же, Поросёнком Мин.

В мыслях принца Чэня неосознанно возникло нежное, белое личико Мин Цзючжу.

Он кашлянул:

— Вами и матушкой, конечно.

Император Лунфэн беспомощно улыбнулся и велел Лю Чжунбао подать принцу Чэню сладости со своего стола:

— Сегодня ты редкостно кого-то порекомендовал. Почему выбрал именно У Мяня? Я помню, у тебя раньше были не лучшие отношения со старшим братом, так почему ты отдал возможность отличиться его тестю?

— У Мянь — помощник министра общественных работ. Ваш сын видел его доклад о помощи при бедствиях, он неплохо написан, так что, конечно, он подходит, — принц Чэнь бросил в рот пирожное. — То, что у нас с первым братом плохие отношения — наше личное дело, какое оно имеет отношение к народу? У Мянь — ваш подданный, он должен слушать ваши приказы и хорошо выполнять свою работу. Если он в будущем меня обидит, я ему спуску не дам.

Император Лунфэн на мгновение замер, а затем улыбнулся:

— А ты умеешь разделять личное и общественное.

— Ваш сын всегда был так благоразумен, — принц Чэнь великодушно махнул рукой. — Отцу-Императору не стоит хвалить вашего сына.

Император Лунфэн попытался вспомнить, когда это он его хвалил.

— У Мянь стал цзиньши в годы Сяньдэ, а ты, оказывается, даже читал его доклад? — Император Лунфэн и не подозревал, что его сын стал таким прилежным.

— Раньше не читал. Но после того как я попал в Министерство обрядов, господин Мин велел вашему сыну ознакомиться с делами министерства, и я прочёл некоторые связанные с этим документы, — принц Чэнь вздохнул. — Отец-Император, вы не поверите, но вашему сыну в последнее время даже во сне снится, как господин Мин задаёт мне вопросы.

Император Лунфэн кивнул, с восхищением подумав: «Не зря это Мин Цзинчжоу, смог усмирить даже такого, как Ду Цин».

С самого детства наставников, доведённых Ду Цином до белого каления, нельзя было сосчитать на пальцах одной руки. А теперь Мин Цзинчжоу заставил его изучать придворных чиновников. Сколько же сил он на это потратил?

— Мин Цзинчжоу предан государю, любит народ, обладает и талантом, и добродетелью. Учись у него прилежно, сможешь многому научиться, — император Лунфэн похлопал сына по плечу. — Он твой будущий тесть, он тебе не навредит.

Он и впрямь был прозорливым императором. Не только выбрал сыну принцессу с в высшей степени благоприятной судьбой, но и в придачу получил выдающегося тестя.

— Стой, — сквозь занавеску кареты принц Ци увидел девушку в розовом платье, которая под руку с женщиной в синем платье входила в чайный дом, и велел кучеру остановиться.

— Ваше Высочество? — слуга подставил скамеечку. — Ваше Высочество желает выпить чаю наверху?

— Да, — он вошёл в чайный дом, и официант с энтузиазмом его поприветствовал: — Достопочтенный гость, прошу наверх.

Принц взглянул на второй этаж и поднялся по лестнице.

Чжоу Сяо сегодня вывела Цзючжу, чтобы представить её нескольким своим близким подругам. Их семьи были верными подданными Его Величества, и все эти годы они поддерживали хорошие отношения, поэтому, как только Цзючжу появилась, они быстро приняли её в свой круг.

В Дачэн царили свободные нравы, разделение между мужчинами и женщинами не было строгим, и женщины, работающие вне дома, чтобы заработать на жизнь, были обычным явлением.

Цзючжу сидела за чайным столиком в окружении нескольких барышень, отделённая от других посетителей ширмой. Они обсуждали забавные и удивительные истории, случившиеся в столице, и зал наполнялся весёлым смехом.

— Какая разница, сын родился или дочь? Ничто не сравнится с дочерью в доме, которая угодила любимой наложнице и заработала для семьи титул.

Эти слова достигли их ушей, и смех Чжоу Сяо и её подруг разом стих. Они нахмурились.

— Верно говоришь, братец. Усердно учиться, с рассветом вставать на тренировки — всё это не сравнится с дочерью, выданной замуж за сына любимой наложницы. Кто сейчас не завидует семье Мин, вырастившей такую славную дочь?

— Чайный дом — не место для таких разговоров. По-моему, эти двое делают это намеренно, распуская слухи, — барышня из семьи Чэнь, девушка с прямым характером, поднялась на ноги. — Сестрица Мин, не бойся, я сейчас заставлю их замолчать.

Цзючжу потянула барышню Чэнь за рукав:

— Сестрица, не нужно с ними спорить. Их зависть бесполезна, ведь они всё равно не смогут вырастить такую же хорошую дочь, как я.

Барышня Чэнь потеряла дар речи.

Разве в этом суть?

Она посмотрела на Цзючжу. Что означает этот слегка надменный взгляд?

— Если бы мой отец в своё время не сдал экзамены на ранг таньхуа, разве я смогла бы обручиться с принцем Чэнем? — серьёзно сказала Цзючжу. — Отсюда следует, что усердная учёба — самое важное.

— А те, кто плохо учатся, могут лишь, как те двое снаружи, ничего не уметь и болтать что вздумается.

Подруги молчали.

Усердная учёба, конечно, важна, но помощник министра Мин, вероятно, не очень-то хотел, чтобы ты выходила замуж за принца Чэня.

Принц Ци, услышав разговоры снаружи, встал и отодвинул ширму, собираясь вмешаться.

— Откуда здесь взялись эти паршивые псы и облезлые коты, что так беспрестанно тявкают? — В зал, одетый в кричаще-красный халат, расшитый золотом, с важным видом вошёл принц Чэнь в сопровождении слуг и стражи. Он дал пинка стоявшему рядом стулу, и тот, пролетев через зал, врезался в одного из болтунов.

Пострадавший побледнел от ужаса и не смел издать ни звука.

Принц поднял руку, и стоявшие за его спиной стражники обнажили клинки. В лезвиях зловеще заплясал холодный свет.

— Ну-ка, продолжайте тявкать, я хочу послушать, — принц Чэнь уселся на стул и протянул руку. Слуга тут же подал ему чашку с чаем.

В зале воцарилась тишина.

— Что же вы замолчали? — принц Чэнь сделал глоток и лениво улыбнулся. — Продолжайте.