## Глава 57

Хрясь!

Одна тысяча пятьсот пятьдесят пять.

Хрясь!

Одна тысяча пятьсот пятьдесят шесть.

Хрясь!

Одна тысяча пятьсот пятьдесят семь… Хм?

Я монотонно молотил по Каликулее своим боевым молотом, усиливая действие проклятий, направленных на стимуляцию его нервной системы.

Внезапно меня словно озарило.

Словно рухнула преграда, открыв путь для новых знаний.

В голове прояснилось, ощущение свежести и легкости.

Мир, каким я его знал, стал необъятнее, глубже.

Будь я на месте Лиама, наверняка всплыло бы системное сообщение.

– Дзынь!

Ваше проклятие достигло ранга «Постижение»!

На губах невольно расплылась довольная ухмылка.

Я чувствовал, что близок к этому моменту. Поэтому в схватке с Каликулеей намеренно не использовал фамильяра, полагаясь исключительно на проклятия. Уничтожение монстра, постоянно расходующего ману, в конечном итоге пошло мне на пользу.

– …У…бей… – жалкие останки того, что еще несколько часов назад было Каликулеей, попытались открыть изуродованный рот. Зрелище, честно говоря, отталкивающее.

После тысячи ударов он перестал кричать. Раз за разом терял сознание, проваливался в кошмары, а затем возвращался в это пекло.

В процессе я понял, что не оговаривал количество ударов в нашем «споре». До тысячи он исправно вопил, так что моя благородная душа решила даровать ему милость и продлить мучения ровно до двух тысяч.

Воистину, образец аристократического великодушия.

Каликулея, не оценив всей глубины моего благородства, лишь бессвязно лепетал о смерти.

Вот как. А ведь наш поединок еще не закончен… Что ж, придется проявить милосердие.

– Предлагаю ничью. Слишком уж я добр для этого мира. Герою, спасающему мир, полагается иметь более крепкое сердце. А я вот такой добряк.

Губы Каликулеи судорожно дернулись, но звука не последовало. Не стоило так расстраиваться. Мне и без слов понятно, что тебя гложет.

– Тебе интересно, каков мой запас маны, не так ли? Как раз вовремя, я достиг ранга Постижения. Специально для тебя раскрою свой секрет.

Поймешь ли ты – это уже другой вопрос.

Чистую, незамутненную правду.

Я схватил его за окровавленные волосы и заставил смотреть себе в глаза. Предстоял важный разговор, а мой собеседник залипал взглядом в пол. Негоже.

В его мутных зрачках отражалось мое лицо, выражение которого, кажется, искренне наслаждалось происходящим.

– Это бонус за переселение душ.

Ну да, как тот же Лиам, переродившись в новелле, получил в придачу читерское окно статуса. И что в итоге? Этот недотепа с такой-то малостью сумел стать главным героем, маячащим перед носом у признанных талантов.

Так почему бы и мне не получить что-то подобное?

Пусть не окно статуса, но нечто не менее ценное.

Например, талант к накоплению маны, достойный трансцендентного. Пусть я пока не достиг этого уровня, но потенциал безграничен.

Теперь-то хоть что-то становится понятным?

– Понял?

В ответ из его искривленного рта вырвался хриплый, едва слышный звук. Но он все же пробился сквозь запекшуюся кровь и разорванные губы.

– У…бей…

Его взгляд давно угас, жизнь покинула его. И вот, кажется, настал момент, когда его единственным желанием стала смерть.

Похоже, он окончательно сломался.

– Неловко вышло. А я-то надеялся услышать ответ на свой вопрос… Ладно, поступим иначе.

С самого начала пытка была лишь отвлекающим маневром, своего рода представлением на импровизированной сцене. Привычка, оставшаяся с прошлой жизни.

Я снял большую часть проклятий, сковывающих Каликулею. Для тех, что мне понадобятся сейчас, требуется максимальная концентрация и точность.

Чтобы услышать интересующую меня информацию, нужно было отсечь все лишние факторы.

Я потряс маленькую баночку, которую нашел у него в одежде. Внутри зашевелился жучок с острым жалом. Похоже, ему не понравилось, что его разбудили. Он яростно бился о стенки своего стеклянного заточения.

Я задал Каликулее вопрос.

Теперь он обязан ответить.

– Зачем вашей фракции понадобилась Эрика?

От Борге, этого сталкера-неудачника, я узнал, что Каликулея присматривает за Эрикой с помощью жучка, принадлежащего культу Богини.

С того момента моя гипотеза оформилась окончательно.

Согласно канону, за Эрикой наблюдали через Борге. Не ее магия и наклонности интересовали этого извращенца, но анализ велся.

И вот, «случайность». В день нашей годовщины, обманутая в ожиданиях Эрика, в одиночестве забрела в театр, где ее уже поджидал Каликулея. Беспомощную, ей вживили богомола.

Богомол, божественный червь, семя Альта.

Как только его ни называют. С помощью своего жала он проник в тело Эрики. Это был тот самый жучок, что пил кровь Каликулеи. Он действовал по его команде, воспользовавшись моментом, когда Эрика не могла сопротивляться.

Цель операции – трансформация.

Разумные Альты не способны к размножению, но безмозглые – другое дело. С помощью шипов на своих щупальцах они изменяют клетки и ДНК жертвы, называя это размножением.

Разум жертвы при этом разрушается, и появляется еще один жрец-Альт. Так они продолжают свой род.

Усовершенствованная версия богомола – это и есть божественный червь.

…….

Отвратительно.

Жучок в теле Эрики был готов в любой момент превратить ее в альта по приказу Каликулеи. Этим он и шантажировал ее.

Вернее, пытался шантажировать.

Эрика – злодейка новеллы. Нам не положено знать всех мотивов ее поступков. Трагическая смерть – вот ее удел.

Поэтому мне приходилось строить догадки.

Я, Варган, знаю ее истинную натуру.

И, отталкиваясь от этого знания, а также от времени, когда она начала откровенно вести себя как злодейка, вытворяя черт знает что в Академии,

Я пришел к пониманию нынешней ситуации.

Именно поэтому я предположил, что мне придется не меньше десяти раз предлагать Эрике пойти пообедать вместе. Хотя тогда я еще не знал о причастности Каликулеи.

– Эрика… Она… – пробормотал Каликулея, словно во сне.

Зачем фракции «скульпторов красоты» понадобилась Эрика?

Мне и так все ясно, и вряд ли это имеет значение.

Они просто следовали написанному в Священном Писании. Всего лишь марионетки, выполняющие свою роль. Причина не важна.

Почему?

Почему именно она?

С какой стати?

– …потому что… похожа… на Богиню.

Нет, Каликулея.

Ты ошибаешься. Не в этом истинная причина интереса фракции, стремящейся воссоздать облик богини, к Эрике.

Они создали сотни скульптур Богини.

И лишь одна из них похожа на Эрику.

– Я скажу тебе. Истинная причина их интереса к Эрике…

Чтобы история следовала своему сюжету.

Вот и все.

Хрясь?!

Я раздавил его голову. Каким бы чудовищем ни был Каликулея, он больше не двигался. И не восстановится.

Полная и окончательная смерть. Уход со сцены.

– …….

Кровь брызнула на меня, когда я раздавил ему череп.

Пришлось достать платок и кое-как оттереть лицо.

Вот бы сейчас пригодилось какое-нибудь очищающее заклинание, но, увы, в этом мире такой магии нет.

Я снова погрузился в раздумья.

Какие бы высокие цели мы ни ставили, суть остается неизменной. В конечном итоге все персонажи этой новеллы существуют лишь для того, чтобы привести историю к финалу.

Стокгольмский синдром Борге по отношению к Эрике – часть плана.

Встреча Каликулеи с Эрикой, предписанная в священных текстах – часть плана.

Невероятная случайность, приведшая Эрику в культ Богини – часть плана.

И даже смерть Варгана – часть плана.

Все элементы выстроены в строгой последовательности, ведущей к развязке.

– Хруст.

Пальцы сильнее сжали рукоять молота.

Я не произнес ни слова.

Не стал устраивать лишних телодвижений.

Но в мыслях моя решимость была крепка, как никогда.

Итак.

Эрика, по всем законам жанра, должна была вступить в ряды культа Богини. Но теперь эта сюжетная линия нарушена.

После всего произошедшего, ее внезапное обращение к вере будет выглядеть нелогично. А значит, для сохранения общей канвы потребуется что-то еще.

Все пойдет наперекосяк.

И, чтобы достичь своей цели, мне придется пожертвовать знанием будущего. Что ж, тем интереснее будет вносить хаос в этот стройный порядок.

Смотрите.

Пристально следите.

За тем, как я изменю ход событий!

***

23:05.

В театр, где только что разворачивались трагические события с участием Варгана и Эрики, прибыли профессора Академии.

– Мы вас ждали. – встретил Луизу Варган.

Он стоял посреди залитой кровью сцены, освещенный тусклым светом. Прямо под ногами валялось изуродованное тело падшего епископа, превратившееся в бесформенную массу.

Профессора с изумлением разглядывали последствия сражения. Изувечено до неузнаваемости, но сомнений нет – это альт, принявший человеческий облик. И судя по всему, не ниже епископского ранга.

Невероятно. Первокурсник Академии убил епископа.

Луиза, шедшая впереди остальных, бросила быстрый взгляд на Варгана и спящую в зрительном зале Эрику. Вроде бы оба целы.

Тяжелые шаги эхом разнеслись по театру. Она в ярости остановилась напротив Варгана, ее взгляд прожигал его насквозь.

– Как думаешь, что я сейчас тебе скажу, староста?

– Что, учитывая поверженного епископа, мне полагается всяческая похвала?

– Да чтоб тебя!!! – ее гнев раскатился по театру, усиленный магией. Остальные профессора застыли в изумлении.

Варган сохранял невозмутимость.

Он не сделал ничего предосудительного. Такова была его точка зрения.

Спокойствие Варгана лишь подлило масла в огонь.

Он прекрасно знал, чем все обернется. Именно поэтому и спрашивал, что ему будет, если он опоздает. И нарочито не скрывал свое местоположение, позволяя магии свободно струиться вокруг.

– Тебе показалось смешным мое указание бежать при встрече с альтом уровня епископа?! Это такой безрассудный способ показать свою удаль?!

– Я победил без единой царапины. Разве этого недостаточно?

– Епископ – это не просто грубая сила!

– ……

Варган прекрасно понимал причины ее гнева.

Смерть альта уровня епископа – это сигнал для всей их расы. И на убийце остается незримая метка, видимая лишь им.

Что-то вроде маячка, чей запах становится сильнее с каждой новой победой, привлекая внимание все более сильных противников.

Варган оставил свой первый след.

– Высшие чины их организации объявят на тебя охоту. Архиепископы, кардиналы! Думаешь, тебе так же легко удастся справиться с ними?!

Луиза вцепилась в его воротник и тряхнула.

Она беспокоилась о нем. Именно из-за таких вот неопытных выскочек, оставляющих за собой едва уловимый шлейф, новобранцы среди героев часто становились легкой добычей.

Убить, пока не окреп.

Уничтожить в зародыше.

Разумные альты хитры и коварны. Не имея надежной защиты, они почуют запах свежей крови и явятся, как хищники на запах добычи.

– Академия – надежный щит. Со мной все будет в порядке.

Альт не станет нападать на учебное заведение для героев, чья защита практически неприступна.

Луиза еще сильнее сжала его воротник.

– Теперь любое твое появление за стенами Академии будет опасно! Ты же не собираешься всю жизнь проторчать в четырех стенах?! Думай хоть иногда головой!

– Герой не должен бояться врагов. Скорее, это их должно пугать мое появление.

– Да как ты смеешь…!

– Ой, минуточку внимания! Луиза, я понимаю твое беспокойство, но, может, для начала проверим нашего героя на наличие повреждений? Что мы стоим столбом?! Бар… Варган! Я как-нибудь сама управлюсь с этой разъяренной фурией. А ты быстро на медосмотр!

Подоспевшая Паула вцепилась в руки Луизы, пытаясь ее оттащить. Справиться с ее силой было непросто, но Паула тоже не лыком шита и использовала магию, чтобы удержать разъяренную коллегу.

Высвободившись, Варган сделал шаг назад.

Пусть они сами тут разбираются.

– Но тебе и правда стоит быть осторожнее в будущем. – предостерегающе произнесла Паула. В ее глазах отражалось беспокойство.

Даже с епископом справится любой профессор Академии. Но вот что будет дальше…

– Альты второй группы опасности… С архиепископами нам уже не справиться.

– Приму к сведению. – Варган едва заметно кивнул. Затем подхватил спящую Эрику на руки и покинул театр.

Кажется, это был первый раз, когда он проявил вежливость по отношению к Пауле.

Паула проводила его взглядом. Непонятное беспокойство грызло ее изнутри. Что-то не так с Варганом, с этим блестящим отпрыском дома Шюгенхарц. Какая-то червоточина. Какая-то трещина в его идеальном облике.