76

Полумрак окутал каюту. Лиам, одиноко сидевший на койке в одной из многочисленных комнат дирижабля, рассеянно смотрел на всплывшее перед ним окно с системным уведомлением. На экране черным по белому значилось, что благодаря достижению определенных условий, ему стал доступен «особый навык».

Его взгляд скользнул по словам без тени эмоций. В тот же миг против воли всплыли воспоминания. Мучительно грустные, невыносимо болезненные, но в то же время полные какого-то неуловимого тепла.

На дирижабле имелось все необходимое, так что с тренировками проблем не возникало. Посвятив день оттачиванию навыков, Лиам открыл дверь комнаты, где его ждали товарищи по команде. Это была каюта Николы, девушки-элементалиста.

— Вот же упертый баран! Где тебя носило?

— Лукаэль! Ну сколько раз тебе повторять, не выражайся так!

Едва Лиам переступил порог, его громогласно «приветствовал» парень, а следом послышался укоризненный девичий голос. Девушка тут же поспешила извиниться.

— Лиам, ты уже привык, наверное, но прости его. Лукаэль не хотел тебя обидеть. Ему просто трудно… общаться с людьми. Он еще не научился…

— Хариана, ты иногда ведешь себя как моя мамочка. С детства такая. Это плохая привычка, знаешь ли.

— Лукаэль… хотя бы осознаешь это, уже хорошо.

— Я.

Оба родом из Дарекской конфедерации, страны айнских племен. Лукаэлем звали парня, что недавно повздорил с Эмили. Его волчьи уши и хвост, острые клыки и когти не оставляли сомнений в его происхождении.

Девушка, извиняющаяся за него, — Хариана. У нее за ухом распустился крошечный желтый цветок, формой напоминающий звезду. Они с Лукаэлем были не разлей вода с самого детства. И Хариане постоянно приходилось сглаживать острые углы в его общении с другими.

— Лиам пришел, хватит вам препираться. Мы ведь не сплетничать собрались, верно?

В разговор вступила Лабан Кароль Офелия, элегантно направляя беседу в нужное русло. Она прибыла из далекого королевства Лабан, что лежало далеко от империи Троа и королевства Осель. Тигрес, высокомерный аристократ, покинувший Академию после поражения от Алисии на рейтинговом поединке, тоже был родом из этих земель.

Приковав всеобщее внимание, Офелия перевела взгляд на Лиама и непринужденно задала вопрос:

— Ты хотел обсудить завтрашний выпускной экзамен, верно?

— Да, именно. Но прежде, Никола, спасибо, что предоставила свою комнату. Так нам будет гораздо удобнее поговорить.

— О, нет… что вы… Это не сложно… Я же тоже в команде Лиама. Иногда хочется хоть чем-то быть полезной.

Хозяйка комнаты, тихая девушка-элементалист Никола, смущенно отвечала, не поднимая глаз. Казалось, еще немного пристального взгляда, и она спрячет лицо и попытается улизнуть.

— Никола всегда нам помогает, — мягко заметил Лиам.

— П-правда… Это… приятно слышать.

Ободряюще улыбнувшись Николе, Лиам перешел к делу. На их предыдущей встрече Никола, хоть и признавалась в своей трусости, заявила, что готова сразиться с Альтифом. Она просила разрешения участвовать в выпускном экзамене, обещая не мешать. Ее умоляющий вид не оставил Лиаму выбора. В конце концов, он был всего лишь лидером команды, а не обладал какой-то особенной властью. Если все члены команды были единодушны в своем решении, его задачей было лишь помочь им двигаться в правильном направлении.

…В глубине души он предпочел бы, чтобы она осталась в стороне, но, с другой стороны, присутствие остальных должно было гарантировать безопасность Николы. Легкое беспокойство, конечно, оставалось, но он надеялся, что все обойдется.

Барган явно вовсю менял сюжет оригинальной истории. До сих пор он боялся серьезных последствий и не вносил кардинальных изменений, но теперь его намерения становились смелее. Оригинальная главная героиня, Алисия… Он не позволит ей страдать. И ради будущих героев тоже.

— Я планирую разрушить Улей на завтрашнем экзамене, — заявил Лиам, глядя в глаза собравшимся.

— Этот гаденыш точно свихнулся! В последнее время ходил с таким серьезным видом, а у самого в голове такие бредни!

— Лукаэль, постарайся выражаться приличнее! Лиам… Разрушить Улей? Ты хочешь сказать, разбить ядро настоящего алтаря, а не тренировочного макета? — Хариана явно была встревожена.

— …Можно спросить, что именно ты задумал? — Офелия сохраняла спокойствие, давая Лиаму возможность объяснить свои намерения. Лукаэль с негодованием заявил, что ему это слушать ни к чему, но под давлением Харианы согласился хотя бы выслушать.

Лиам глубоко вдохнул и заговорил:

— Нам еще рано сражаться с Альтифом.

Он намеренно не упоминал Алисию. Это был аргумент, который вряд ли убедил бы их. Лиам изложил свои доводы честно и прямо. Опираясь на свои знания о будущем, он понимал, что в оригинальной истории Никола, не справившись со страхом, бросит Академию, а многие студенты получат серьезные травмы. Некоторые из них навсегда останутся с уродливыми шрамами.

Академия, несомненно, была создана для подготовки героев, но всему свое время. Читая оригинал, Лиам каждый раз приходил к выводу, что именно этот экзамен был назначен слишком рано. Это было похоже на то, как будто неоперившихся птенцов сталкивают с обрыва. Этот эпизод был неправильным. Его стоило либо перенести, либо вовсе исключить.

…Лиам, возможно, сам того не осознавая, попал под влияние радикальных изменений, вносимых Баргеном в повествование. Если бы раньше он пошел по накатанной, безопасной колее, то сейчас его действия были продиктованы более решительным настроем.

Лукаэль, дослушав аргументы Лиама, ковырнул пальцем в ухе и поморщился.

— Эй, прочисти уши и послушай как следует. Этот выпускной экзамен — давняя традиция, заведенная задолго до нас. Меня, конечно, на традиции плевать, но наши предшественники проходили через это.

Острые клыки Лукаэля угрожающе обнажились. Он прожигал Лиама взглядом, продолжая:

— Что, мы должны трусливо отсидеться в сторонке, дрожа от страха?

— …Хорошо, тогда вот вам дополнительные доводы.

Лиам достал из кармана свернутый в трубочку лист бумаги. Развязав бечевку, он развернул довольно большой лист, исписанный мелким почерком. Он указал на один из фрагментов.

— Здесь записаны имена пострадавших на прошлогодней практике. К счастью, обошлось без смертельных исходов, но двенадцать студентов получили серьезные ранения. Трое из них отказались от мечты стать героями и ушли.

Изучив прошлогодние записи, Лиам шаг за шагом углубился в прошлое, подкрепляя свои слова фактами. Встречались годы, когда число пострадавших достигало нескольких десятков, и даже два случая со смертельным исходом.

— Вся эта информация — дословные выписки из архивов Академии. Вы же знаете, что книги в библиотеке проходят многократную проверку, верно?

Конечно, Академия славилась тем, что фиксировала все события без прикрас, но все же это были лишь чьи-то записи. Вполне возможно, что представленные цифры подвергались небольшой корректировке, преподносились в более смягченной форме.

От обилия информации Лукаэль нервно зачесал затылок.

— А, черт… погоди, что-то не сходится. Если у тебя были такие веские доказательства и аргументы, почему бы просто не доложить наверх? Разве нельзя было решить вопрос мирным путем, без этих твоих экстремальных мер по уничтожению Улья?

Лиам покачал головой. Такой подход был обречен на провал и лишил бы его возможности использовать ключевые слова «ошибка» и «недоразумение».

— Каждый год поднимается вопрос о замене этого практического экзамена другим испытанием, но подавляющее большинство голосует против. Этот замкнутый круг длится уже больше пятнадцати лет.

Это заявление перекликалось со словами Лукаэля о традициях. Даже несмотря на то, что Академия по сравнению с другими государствами и организациями казалась образцом современных взглядов, это все еще был иной мир, где застоявшаяся вода никуда не девалась. Профессора и другие влиятельные лица, чтившие традиции и устои, яростно выступали против любых изменений, и поэтому соответствующие предложения всегда отклонялись. В такой ситуации подать апелляцию выше и, получив отказ, все равно разрушить Улей? Это будет равносильно открытому признанию в спланированном и преднамеренном акте вандализма.

— Поэтому, хоть это и крайняя мера, я собираюсь уничтожить Улей, представив все как случайность и недоразумение.

Это делалось ради Алисии, но в то же время было и подготовкой к появлению новых поколений героев. Изначально собранные материалы предназначались для защиты Алисии и Николы, но, углубляясь в тему, Лиам все больше убеждался в несостоятельности и необходимости отмены этого экзамена.

Лукаэль перестал хмуриться и, обострив звериные чувства, всмотрелся Лиаму прямо в глаза.

— Это серьезно, да?

— Абсолютно. Я готов выслушать все проклятия.

Лиам объяснил, что в начале экзамена, как только группа достигнет развилки, он отделится от них и направится прямиком к настоящему алтарю. Он сообщил об этом товарищам по команде, чтобы получить их согласие, принести извинения за неизбежные неудобства и избежать ненужной траты времени на его поиски, когда он внезапно исчезнет во время испытания.

— Цц. Геройствовать в одиночку, — Лукаэль с шумом опустился на стул и закинул ногу на ногу. Это был его способ показать, что он больше не собирается спорить.

— Ты уверен? Найти расположение настоящего алтаря будет очень сложно…

— У меня есть план на этот счет. Не беспокойтесь. Вы просто сделайте вид, что ничего не знаете… Прошу вас.

Пока Лиам отвечал на полный тревоги вопрос Харианы, он почувствовал, как кто-то легонько дергает его за рукав. Это была застенчивая Никола.

— Я… я хочу помочь Лиаму…

Она намеревалась не просто закрыть глаза на происходящее, а активно содействовать Лиаму в уничтожении ядра.

— Нет, Никола. Это всего лишь моя прихоть. Одного лишь факта, что вы состоите со мной в одной команде, достаточно, чтобы на вас обрушились обвинения. Я не хочу причинять вам еще больше неприятностей.

Никола еще сильнее потянула его за рукав. Впервые за все время их знакомства она смотрела Лиаму прямо в глаза.

— Я… я хочу помочь Лиаму.

— …Никола…

В ее взгляде сквозила такая твердость, какой Лиам никогда раньше не видел. Легкая дрожь в ее руках говорила о том, каким непростым было это решение для нее.

— Я тоже помогу. Я вижу, как тебе тяжело, будучи лидером команды. Как аристократка, я не могу просто отвернуться.

Офелия тоже заявила о своей поддержке, и Хариана последовала ее примеру. Ей было страшно, но она верила в то, что Лиам поступает правильно.

— Цц. У вас что, мозги от качалки распухли? Соглашаться на такой дурацкий план…

— Лукаэль прав. Не обязательно всем рисковать. Вполне достаточно будет моего единоличного решения. Я не хочу впутывать вас в это дело.

— Я все равно против. И Хариана тоже не пойдет на это.

— Лукаэль…! Я же сказала, я помогу Лиаму!

— Нет. Даже если доводы Лиама кажутся убедительными, нам незачем брать на себя такой риск.

Лукаэль взял Хариану за руку, спрятанную под столом. Он вытащил наружу то, что она так старалась скрыть.

— Посмотри на себя. Как ты собираешься кому-то помогать, когда сама вся трясешься от страха?

— Но…

— Лиам. Давай проясним кое-что.

Волчьи глаза Лукаэля устремились на Лиама. Теперь в них не было и следа бравады, только серьезность.

— Мы — команда, и все, чего ты хочешь, — чтобы мы помалкивали. Верно?

— Верно.

— Тогда этого вполне достаточно, разве нет?

— Да. Как я уже говорил, я не хочу создавать вам лишних проблем.

Получив подтверждение от Лиама, Лукаэль потянул Хариану за руку, заставляя ее посмотреть на него. Их взгляды встретились, и на лице девушки отразилась грусть. Хариана колебалась.

Никола, видя ее смятение, нежно сжала ее свободную руку и слабо улыбнулась. Это был знак поддержки.

— …Лиама прикроем я и Офелия.

— …….

— А Хариана и Лукаэль помогут Лиаму по-другому.

Само молчание, отказ разглашать план Лиама, уже была весомой помощью. Не стоило винить себя за нерешительность. Именно это Никола и пыталась донести до Харианы.

Хариана опустила голову и прошептала слова извинения. Никола крепко обняла ее.

Спустя какое-то время, когда каждый окончательно определился со своим выбором, все взгляды обратились к Лиаму. Он запомнил лица каждого. В них читалась непоколебимая решимость. Чтобы он ни сказал, их решение не изменится.

— Вы…

Всего три с небольшим месяца знакомства. Короткий срок. Но эти люди стали ему невероятно дороги, заняв прочное место в его сердце.

— Спасибо вам.

Лиам от всей души поблагодарил своих товарищей.

…….

Тук-тук-тук-тук.

Оставшись один, Лиам уловил легкую вибрацию дирижабля.

Минуты безмятежной, почти домашней теплоты.

Внезапно сменившиеся зловещим холодом.

Эти воздушные замки счастья превратились в гильотину, готовую обрушиться на шею Лиама.

Тук-тук. Болело сердце.

Он попытался сжать грудь, но пальцы, густо перемотанные бинтами, лишь скользили по ткани одежды.

— Лукаэль… Хариана… Офелия… — сорвался с пересохших губ шепот. Произнести их имена, задыхаясь от непомерного чувства вины, было почти непосильно.

— Никола…

По испитой щеке скользнула одинокая слеза. В ее отблеске отражалось полупрозрачное окно системного уведомления об открытии особого навыка.

Лиам судорожно вздохнул, задыхаясь от боли. Сердце бешено колотилось, кровь неистово забурлила в венах.

…Снова.

Он хотел бы все переиграть.

Вернуться в тот самый момент и убить, просто растерзать себя прежнего за эту глупую самоуверенность.

Это же всего лишь история. Этот мир — вымысел.

Неужели нельзя отмотать страницу назад?

Неужели нет такого навыка?

Неужели… нет никакого способа все вернуть…?

Дз-з-з-здынь!

Лиам был в лазарете дирижабля, на котором они возвращались в Академию после кошмарного выпускного экзамена. Разбросанные по полу медицинские инструменты — результат его отчаянного гнева. Его тело с ног до головы было покрыто бинтами, а из глаз текли кровавые слезы. Он рыдал навзрыд, проклиная тот день, каждое принятое тогда решение.

— Простите… простите меня…!

В погрузившуюся во тьму палату проникал слабый свет из широкого окна, отбрасывая на стену удлиненную тень Лиама.

Казалось, эта тень была гуще и чернее даже того мрака, что царил снаружи.

— А-а-а-а…!! А-а-а-а…?!

Бесконечные рыдания вторили зловещим контурам тени.

?Все началось во время выпускного экзамена первого семестра