Резеф сидел на диване, сложив руки на столе. Он играл в шахматы сам с собой, лениво переставляя фигуры. Все это время его занимала лишь одна мысль: где он ошибся? Шахматный король выскользнул из его пальцев, и принц остервенело уставился на королеву.

Полупрозрачная нефритовая фигурка изящной женщины в короне гордо стояла в окружении павших коней. Она слишком сильно напоминала Резефу Каену. Чего же ей не хватало? Неужели правда только свободы?

Но разве можно обрести свободу, просто сбежав из дворца? Резеф схватил фигурку и крепко сжал ее в кулаке. Маленькой королеве ни за что не вырваться из его рук. Было бы идеально, останься она в его ладони навсегда. Принц почувствовал холод камня, поднес кулак к губам и тихо прошептал:

— Думаешь, я не знаю, что ты пытаешься бросить меня?

Побег из дворца для него означал побег от него самого. Сестра обещала сделать его королем, а сама уже искала пути отступления. Лицо Резефа исказилось от мнимой скорби. Он выглядел несчастным, брошенным и одиноким.

— Ты ведь говорила, что я — твоя семья. Только я один, — надломленным голосом пробормотал он. — Что я единственный, кто тебе нужен.

Как она могла так поступить? Он зажал фигурку между ладонями и опустил голову на скрещенные пальцы. Его плечи мелко задрожали, со стороны могло показаться, что принц беззвучно плачет. Но мгновение слабости прошло, и на его губах заиграла безумная улыбка.

Что ж, если раньше он просто хотел почистить окружение Каены, то теперь пришла пора действовать жестче. Сестру нужно полностью изолировать от внешнего мира: лишить друзей, увлечений, личного пространства и даже статуса принцессы. У нее останется только младший брат, и только он будет иметь к ней доступ. Ей придется зависеть от него до конца дней — как и положено идеальной марионетке.

Резеф довольно усмехнулся. Нефритовая королева с неприятным скрипом скользнула по стенке хрустального бокала и упала на самое дно. Прекрасная клетка для нее одной.

— Войдите, — отозвался Резеф на стук в дверь.

В комнату вошел Джамиль, его тайный помощник. Он был не один — парень грубо швырнул на пол какую-то женщину. Та коротко вскрикнула и сжалась в комок, не в силах подняться. Резеф подошел ближе и пальцами приподнял ее лицо за подбородок.

— Тебя зовут Донна, верно?

Донна была одной из младших фрейлин Каены. Глядя на принца, она едва сдерживала слезы, но заставила себя взять в руки. Девушка давно служила во дворце и прекрасно знала, кто такой Резеф. А еще она знала: те, кто оставался с ним наедине без свидетелей, долго не жили. И она не станет исключением.

— Бедняжка. Твои родители серьезно больны. Должно быть, тебе тяжело тянуть все одной, — вкрадчиво произнес Резеф, с притворной жалостью погладив ее по щеке.

Донна побледнела, с ее лица вмиг сошли все краски.

— Пощадите, Ваше Высочество…

— О нет, что ты, — цокнул языком Резеф. — Кто сказал, что ты умрешь?

Донна не стала оправдываться, она лишь молча смотрела принцу в глаза. Резеф отметил про себя, что девчонка не глупа — не зря Каена приблизила ее к себе. Впрочем, его это мало волновало.

— Я так сильно переживаю за сестру, что потерял сон. Она наделена властью, а значит, всегда в опасности, — протянул Резеф. — Мне бы очень хотелось, чтобы во дворце принцессы у меня были свои глаза и уши.

Ему нужен был шпион. Донна закусила губу и зажмурилась. Стать шпионкой — значит предать принцессу. Но принц не стал бы просто так упоминать ее больных родителей. Это было прямое, недвусмысленное предупреждение.

— Подумай хорошенько, — дьявольский шепот раздался у самого ее уха. — Если поможешь мне, быстро займешь место старшей фрейлины. Посмотри на мадам Дотти. Разве кто-то может ей указ?

Донна поджала губы. Резеф до боли сжал ее щеки ладонями и наклонился так близко, будто собирался поцеловать. Девушка чувствовала себя абсолютно беспомощной, но все еще пыталась сопротивляться этому пугающему обаянию.

— Тебе ведь сейчас непросто, правда? Как только ты согласишься, жизнь сразу станет легче. Особенно когда я взойду на престол, — прошептал Резеф.

Он одновременно угрожал убить ее близких и обещал безграничную власть, при этом очаровательно улыбаясь. Донна была заворожена его красотой — она еще никогда не видела настолько идеального лица. Ей протягивали чашу с ядом, и она была готова принять ее. Когда еще у нее, простой девушки, появится такой шанс? Ее обычное будущее — выйти замуж за бедняка и до конца дней едва сводить концы с концами.

А человек, предлагавший ей выход, стоял так близко, что дыхание обжигало губы. Она согласилась выпить этот яд, стараясь не думать о последствиях. И все же верность Каене еще теплилась в ее груди.

— Это все ради блага моей сестры, — добавил Резеф, и эти слова мгновенно сняли с Донны груз вины.

«Я ведь не буду делать ничего во вред Ее Высочеству. Просто… буду делиться незначительными новостями», — успокаивала себя Донна, закрывая глаза. Нет, это нельзя назвать предательством. Соблазн оказался сильнее ее.

До церемонии совершеннолетия оставалось совсем немного, и поток гостей во дворце рос с каждым днем. Мест не хватало даже для титулованной знати — остаться в резиденции позволяли лишь самым важным персонам. И хотя все должно было пройти идеально, позиции мадам Дотти, которая считала себя полной хозяйкой положения, заметно пошатнулись.

Вслух об этом никто не распространялся. Мадам заваливала служанок невыполнимой работой, отчитывала за малейшие промахи и подстраивала все так, чтобы ее собственные люди всегда оставались чистыми. На их фоне остальные работники дворца выглядели безрукими глупцами.

— Я велела подать больше посуды! Какого черта вы возитесь? — прикрикнула мадам Дотти.

— Но… леди Сьюзан забрала часть слуг на другую работу, — робко ответила горничная.

— Ах, эта девчонка!..

Сьюзан, которая до этого вела себя тише травы, внезапно активизировалась и начала путать мадам Дотти все карты. Наследница семьи Лепор происходила из древнего рода высокопоставленных военных, и авторитет маркиза Дотти на нее не действовал. Но это была не единственная проблема.

— Леди Джулия недовольна цветом салфеток, — доложил слуга. — Я передал это, как вы и велели.

И отругать его было не за что, ведь он действовал строго по инструкции мадам Дотти.

«Выскочки! Думают, раз за ними стоят влиятельные семьи, им все сойдет с рук!» — ярилась про себя женщина. Новых фрейлин принцессы ничуть не пугал статус маркизы, и у Дотти все кипело от злости.

— Мадам, привезли еще продуктов.

Эта новость немного вернула ей самообладание. Она лично проверила поставку. Простой с виду торговец угодливо потирал руки и улыбался:

— Спасибо, что доверились нашей лавке. Надеемся снабжать вас до самого конца торжества.

Купец протянул мадам Дотти дорогую, красиво украшенную шкатулку. Его подобострастие вернуло женщине привычную уверенность.

— Что ж, неплохо. Держите планку и дальше.

— Я займусь этим лично, можете не сомневаться, — с едва заметным сарказмом ответил торговец и учтиво поклонился.