Резеф, стоявший вплотную к Каене, нежно обнял ее со спины. Сегодня он был ее официальным сопровождающим. Осторожно коснувшись пальцами ее серьги — своего подарка на день рождения, — он другой рукой переплел их пальцы. На его лице расплылась довольная улыбка.

— Тебе лучше? Ты больше не злишься? — тихо спросила Каена.

— Я не хочу ссориться с сестрой, — с улыбкой ответил Резеф, опуская руку.

Его мягкий тон не обманул принцессу. Каена прекрасно знала: в их отношениях брат всегда имел преимущество, а потому ему было гораздо проще диктовать условия или прекращать любое общение. Все зависело лишь от того, на чьей стороне сейчас сила.

— Я тоже не хочу ссориться с тобой, — согласилась Каена.

— Но ты ведь не откажешься от своего желания выйти замуж, верно? — спросил Резеф. В словах сестры ему послышался странный холодок, но он сделал вид, что ничего не заметил.

— Именно так.

— Я немного… расстроен. Мне будет очень одиноко, когда ты покинешь дворец, — мрачно произнес принц. Он был слишком умен, чтобы просто так обнажать свои слабости, а значит, у этого признания был четкий мотив. — У меня ведь есть только ты.

Раньше Резеф никогда не говорил ей таких слов. Обычно это была фраза самой Каены.

— В этом мы похожи, — ответила принцесса. И в ее словах не было лжи: у нее действительно остался только он. Загадочно улыбнувшись, она ласково погладила брата по щеке и мягко выскользнула из его объятий.

— Сестра, — окликнул ее Резеф, и на его лице отразилась тревога. Шагнув вперед, он снова крепко прижал Каену к себе и перехватил ее руку, сжав запястье слишком сильно. — Это опасно.

«Опасно, если я пойду против твоей воли?» — с раздражением подумала Каена, глядя на его пальцы.

Шоу начиналось. Они направились к Большому залу. Каена ходила по этому коридору сотни раз, но впервые он казался настолько величественным. С каждым шагом звуки музыки становились все громче. Принцесса нацепила на лицо безупречную очаровательную улыбку — это действие уже давно стало автоматическим. Стоило им переступить порог, как оркестр тут же смолк по сигналу, и придворный громко объявил:

— Первая принцесса Эрдемской империи, Ее Высочество Каена Хилл!

В ту же секунду торжественные аккорды заполнили Большой зал. Стоя на вершине спиральной лестницы, Каена приветственно подняла руку и ослепительно улыбнулась, наслаждаясь восторгом толпы. Довольный Резеф первым пошел вниз, увлекая сестру за собой, и вывел ее в самый центр зала. Голоса и аплодисменты утихли. Принц учтиво поклонился, Каена ответила ему изящным реверансом и, слегка приподняв подол платья, сделала первое па.

Вдруг в зале раздался громкий, дерзкий хохот. Каена спокойно перевела взгляд на наглеца. На стуле с бокалом в руке сидел Йестер. Его волосы были гладко зачесаны назад, и он открыто насмехался над происходящим.

— Сестра, — негромко позвал Резеф, возвращая ее внимание к себе. Он всем сердцем ненавидел ублюдка, на которого посмотрела принцесса. Они закружились в танце под красивую величественную мелодию.

— Обожаю эту музыку, — прошептал кто-то в толпе гостей.

А вот Каену от нее уже тошнило. Она слышала эти звуки бесчисленное количество раз и танцевала под них с сотнями партнеров, чьих лиц даже не запомнила. Среди них когда-то был и ее бывший муж. Этот танец был для нее лишь очередным скучным заданием.

Резеф заметил, что движения Каены стали еще более плавными и грациозными, чем обычно, однако счастливой она не выглядела. В следующей фигуре он намеренно отпустил ее руку чуть раньше, вынудив совершить ошибку. В ту же секунду кукольный, холодный взгляд принцессы обратился на него с явным подозрением.

— Что-то не так?

— …Я оговорился в движении. Прости.

— Ничего страшного, — тихо ответила Каена.

Резефа словно прошибло током. Он стоял к ней вплотную, но никак не мог достучаться, будто мыслями Каена была бесконечно далеко отсюда. Когда музыка стихла, зал взорвался аплодисментами. Принцесса дежурно улыбалась, принимая поздравления, как вдруг заметила в толпе Рафаэля. На ее губах расцвела искренняя улыбка. Рафаэль, не спускавший с нее глаз, ответил ей тем же, и его взгляд нежно блеснул. Но стоило Каене сделать шаг в его сторону, как Резеф мертвой хваткой вцепился в ее руку.

— Ты куда? — резко спросил он.

Каена должна была открыть второй танец и хотела, чтобы ее партнером стал Рафаэль. По крайней мере, таковы были ее планы. Но судя по потемневшему лицу брата, он этого допускать не собирался.

— …Резеф?

— Собираешься танцевать с Рафаэлем?

Договорить они не успели — их бесцеремонно прервали:

— О, Ваше Высочество принцесса!

Брат и сестра одновременно повернулись на излишне громкий, поставленный оперный голос. К ним, широко разведя руки и фальшиво улыбаясь, шел Хайнрих. Лицо Резефа мгновенно окаменело.

— Йестер Хайнрих имеет честь приветствовать Ее Высочество принцессу Каену Хилл, представительницу Его Величества. Да пребудет с вами вечная слава империи, — театрально протянул Йестер.

От него отчетливо пахло виски, а его манеры были абсолютно неуместны. И вел он себя так не из-за алкоголя — он просто был совершенно безумен.

— Давно не виделись, эрцгерцог, — мягко улыбнулась Каена, изящно приподняв уголки губ.

Йестер был искренне удивлен ее выдержке. Раньше при подобной выходке она сразу же осыпала бы его высокомерными замечаниями о том, что он не член императорской семьи и вообще нежеланный гость.

«Она изменилась. И внешне, и внутренне…» — отметил он про себя. Внутри у него разгорелось азартное предвкушение: эта женщина обещала стать великолепным развлечением.

Йестер медленно заговорил, криво усмехаясь:

— Помнится, в нашу последнюю встречу вы назвали меня дерзкой и бессовестной подделкой, не имеющей ничего общего с правящим родом.

«Оу, неужели я действительно это ляпнула?» — ошеломленно подумала Каена, продолжая держать идеальную улыбку. Как она ни пыталась вспомнить этот эпизод, в памяти ничего не всплывало. В прошлой жизни она наговорила столько глупостей, что помнить все было просто физически невозможно.

Тем временем Йестер, жадно блестя золотистыми глазами, перехватил руку Каены и коснулся губами тыльной стороны ладони.

— Я так долго ждал новой встречи с вами… — протянул он, на максимум включив режим галантного джентльмена. Впрочем, за его вежливостью легко угадывался вызов. — О, не поймите меня превратно, я ни капли не обижен.

«Грязный ублюдок…» — процедил про себя Резеф. Он не понимал, что задумал Йестер, но этот ничтожный червяк посмел поднять глаза на Каену и открыто провоцировать её.

— Подбирайте выражения, эрцгерцог, — ледяным тоном оборвал его Резеф.

Йестер лишь цокнул языком и весело рассмеялся:

— Я просто восхищен силой, которую способна продемонстрировать даже фальшивка императорской крови, — ответил он и картинным жестом достал из кармана позолоченный футляр. Внутри покоилось массивное кольцо с роскошным бриллиантом. — Это мой скромный подарок Ее Высочеству.

Резеф от такой наглости округлил глаза. Решив, что Хайнрих окончательно лишился рассудка, он спросил:

— С чего вы взяли, эрцгерцог, что моя сестра примет от вас такое кольцо?

— А что не так с этим кольцом? По-моему, оно будет изумительно смотреться на изящных пальчиках Ее Высочества!

Кольцо действительно было великолепным, но имелась одна весомая деталь: это было кольцо для помолвки. Каена спокойно высвободила свою руку из его хватки и холодно спросила:

— Не припомню, эрцгерцог, чтобы мы стали настолько близки, чтобы вы дарили мне помолвочные кольца.

— О, разве я ошибся дверью? Мне казалось, я пришел на праздник, где вы выберете в мужья того, кто преподнесет вам самое роскошное украшение.

Резеф уже собирался поставить наглеца на место, но Каена внезапно искренне и звонко рассмеялась. Наблюдавшие за сценой дворяне тут же заулыбались вслед за ней. Йестер слегка наклонил голову, внимательно разглядывая ее, и произнес:

— Вижу, вам очень весело, Ваше Высочество.

— Да, есть немного.

Каена прекрасно знала, как ставить на место самодовольных мужчин, которые кичились властью, а потом пытались сделать ее виноватой. Человек, который в прошлой жизни лишил ее жизни, снова пытался давить на нее — и это далеко не первый и не последний раз. Это даже забавляло. Ведь теперь у нее была магия, способная подчинять пространство и время: ей ничего не стоило оборвать жизнь Йестера, просто подмешав яд в его бокал. У нее был готовый Эликсир и четкое понимание того, как заставить подобных мужчин ползать у ее ног. Страх исчез навсегда.

— Как любопытно, — произнесла она. — Даже не знаю, что вам ответить на это, эрцгерцог…

Каена была слишком умна, чтобы не заметить его неприкрытый сарказм. Йестер снова ухмыльнулся. Принцесса определенно стала другой: теперь самые могущественные люди империи сидели у ее ног, словно послушные псы. Она вела себя спокойно и отстраненно, будто сошла с ума… или же вела какую-то свою, очень тонкую игру.

«Она сводит меня с ума. Как же это забавно», — подумал Йестер, чувствуя, как по шее пробежал приятный холодок. Он всегда считал, что права на роскошь и отдых достоин лишь тот, кто способен уничтожить соперника в любой момент. А от этой принцессы сейчас исходили волны абсолютного, неоспоримого превосходства, которое бывает только у людей, обладающих реальной, безграничной властью.

— Действительно, очень интересно, — хищно улыбнулся Йестер.