Глава 88: Приятного аппетита

Лёжа на кровати, я едва приоткрыл глаза и застонал. Что-то было не так. Хотя мне казалось, будто я отключился лишь ненадолго, представшая передо мной картина никак не вязалась с воспоминаниями.

— Послушай... Тина.

— Да, папа?

— И Юлиан с Гленом тоже...

Дети слегка склонили головы. Встретившись с их любопытными взглядами, я высказал своё чистосердечное наблюдение:

— Вы что, успели подрасти?

— ...

Атмосфера мгновенно стала неловкой. Повисла густая тишина, и мне в замешательстве захотелось склонить голову, не понимая причин такой реакции.

Посреди этой звенящей тишины Эльфизия медленно произнесла:

— Харт... Ты очнулся спустя целый год.

— Что?..

— Ты не расслышал? Ты проспал целый год, дорогой...

Тут было не до шуток. Хотя мне казалось, будто я лишь ненадолго погрузился в сон, пролетел целый год.

Первым порывом стало отрицание:

— Да ладно тебе, не шути так, Эльфизия. Я ведь не какой-то обычный человек, чтобы проваляться без сознания целый год.

— Мама, папа странно говорит.

— Похоже, директор получил серьёзный удар по голове. Хотя постойте, разве это для него вообще возможно?

— Из-за нас... Как же так...

Именно в таком порядке отреагировали Тина, Юлиан и Глен.

Я растерянно уставился на Эльфизию, не понимая, что пошло не так. Но она лишь опустила голову, а её глаза наполнились тоской.

И тут Тина невинно спросила:

— Если подумать... Этот папа кажется куда настоящее. Но разве честно, что мама всегда говорит с ним уважительно, на «вы», а папа с ней — неформально, на «ты»?

— И то верно...!

В то же мгновение я резко сел на кровати. Меткое замечание Тины открыло передо мной новую истину.

Причина, по которой я перешёл с Эльфизией на «ты», была проста:

— Ваша вежливость чрезмерна. Вместо того чтобы использовать неловкие почтенные обращения, лучше говорите проще.

— Это немного...

— Для начала исполняй свой супружеский долг.

...Вот так она, по сути, и заставила меня сменить тон.

Но если подумать, мне следовало и Эльфизию призвать к тому же. Возможно, она всё это время ждала именно такого предложения...

Неужели я был настолько слеп?

— Кхм... Гм...

Кажется, я совершил глупость.

— Эльфизия.

— ...Да?

— Не хочешь тоже... перейти со мной на «ты»? А я пока вернусь к «вы»...

— Ты хочешь снова погрузиться в сон, дорогой?

— А-ха-ха...

Было невыносимо неловко.

С тех пор как ко мне вернулись воспоминания до регрессии, казалось, будто во мне смешались две личности.

Каждый раз, взглянув на Эльфизию, я порывался подбежать и крепко обнять её, но в то же время мной овладевало навязчивое желание относиться к ней с величайшим почтением. Я хоть убей не мог вспомнить, как велел себе вести с Эльфизией до фестиваля охоты.

— Мне привычнее обращаться на «вы»... Эльфизия. Хотя мне куда приятнее слышать, когда ты говоришь мне «ты»... Ну, сама понимаешь.

— Раньше ты обращался ко мне на «ты» так же естественно, как дышал. К чему теперь эти манеры?

— Вот почему я и сказал... я вернулся.

Эльфизия, похоже, истолковала моё «я вернулся» по-своему. Однако её острый ум быстро проанализировал ситуацию и дал единственный верный ответ:

— Харт...

— Да, Эльфизия.

— Это действительно ты?

— В тот день на площади цветы, что подарила мне Флотиа, были такими красивыми... Ха-ха.

Тот самый день, когда Эльфизия предложила мне стать её возлюбленным.

Тогда я по неопытности поставил её в неловкое положение, но быстро пришёл в себя и, заикаясь, сделал предложение руки и сердца.

Мои слова были прямой отсылкой к воспоминаниям о том дне.

— Подойди ко мне, Эльфизия.

— ...Хорошо.

Эльфизия несмело подошла и осторожно присела на край кровати, словно берегла меня, только-только очнувшегося.

Я нежно обнял её за слегка ссутулившиеся плечи:

— Спасибо тебе, Эльфизия. За то, что снова выбрала меня.

— ...Это мои слова.

— Спасибо за то, что относишься ко мне с такой добротой.

— И это мои слова...

— Я люблю тебя, Эльфизия.

— А вот это... — Эльфизия замялась, а затем прошептала мне прямо на ухо: — ...слова, которые я тебе так и не успела сказать.

В мире до регрессии она ни разу не признавалась мне в любви напрямую. Эльфизия никогда не выражала чувства открыто, и я считал, что даже эта черта ей невероятно идёт.

Но сейчас Эльфизия заговорила вновь.

Словно молчание давным-давно стало для неё гложущим сожалением.

Словно на этот раз она твердо решила донести до меня свои чувства во что бы то ни стало:

— Я люблю тебя, Харт.

— Эльфизия...

Знакомое тепло мягко охватило меня. Её тепло — то самое, которое я уже не надеялся ощутить вновь.

Оно дарило невероятное утешение, и мне до дрожи не хотелось её отпускать.

— Угх...

Но дети, похоже, наш порыв не оценили.

— И мама, и папа только что оба стали какими-то странными. Юлиан, ты понимаешь, что происходит?

— С чего бы? Я впервые вижу, чтобы эти двое так мозолили глаза.

— Тина, Юлиан, давайте тихонько уйдём. Кажется, так будет вежливо.

— У-у... Я хотела побыть с папой ещё немножко! Только мама ведёт себя нечестно. Ужасно нечестно!

Лишь тогда я опомнился и повернулся к детям. Впрочем, я всё так же продолжал крепко обнимать Эльфизию, отчего вся наша поза выглядела до крайности неловко.

Оба мальчика одарили меня взглядами, выражавшими немой укор: «Как не стыдно!», а Тина обиженно надула губы.

Смутившись, я попытался слегка отстраниться от Эльфизии, но ровно в этот миг из коридора донёсся торопливый топот.

Замедленная из-за долгого бессознательного состояния реакция сработала с опозданием.

Ба-бах!

Раздался оглушительный треск.

Я и не подозревал, что звук распахиваемой настежь двери может быть настолько громким.

— ...Зять...!!!

— Директор?..

Ворвавшимися оказались Карди Люминель и Эхо с корзинкой в руках. Стоило им своими глазами увидеть меня, как их лица озарились бурным восторгом.

— Так ты наконец-то очнулся... Я себе места не находил, опасаясь, что ты уже никогда не откроешь глаза. Какое облегчение!

— ...Я заставил вас поволноваться.

— Не говори таких холодных слов! Да за тобой даже ухаживать толком не пришлось: твоё тело ведь даже не пачкается.

Карди с облегчением вздохнул и сгреб детей за руки:

— Уф, раз мы убедились, что с ним всё в порядке, идёмте отсюда.

— Что? Дедушка! Нам уже уходить? Я же сказала, что хочу ещё побыть с папой!

— Ну-ну, послушным детям пора спать.

— Но сейчас же день!

— Сейчас тихий час, милая.

Карди практически силой увёл за собой Тину. Юлиан и Глен поплелись за ними, словно заворожённые. Лишь Эхо в растерянности замялась, протягивая корзинку и пытаясь переубедить герцога:

— Ваша светлость! Я... я даже печенье испекла... Разве мы не можем поесть все вместе перед сном?

— Хм, съедим потом. А еще лучше — съедим сами.

— Но как же те двое...

— Мой зять и дочь обойдутся. У них на уме совсем другая трапеза.

— Но у них же нет никакой еды?

— Было бы странно, если бы кто-то в твоём возрасте мог её разглядеть.

Эхо кивнула, пасуя перед железобетонной логикой Карди. Ещё одно невольное смирение.

— Эм...

Задержавшаяся в дверях Эхо низко поклонилась:

— Гм... Приятного аппетита, директор, герцогиня!

Хлоп!

После прощания Эхо дверь закрылась, и связь с коридором окончательно оборвалась. Впрочем, даже сейчас я толком не понимал, что к чему.

Единственное, что я осознавал: Эльфизия в моих руках мелкой дрожью била лихорадка.

Взволнованный, я спросил:

— Эльфизия, тебе холодно?

— ...

— Эльфизия?..

— Помолчи...

— Что?

— Просто... давай поговорим потом... Пожалуйста.

*Скрип.*

Звук скрежещущих зубов.

Раз скрежетал не я, значит, зубы сжимала Эльфизия. Вглядевшись, я заметил, что кончики её ушей стали ярко-пунцовыми.

— Я сейчас умру от стыда из-за своего бестактного отца... Поэтому прошу тебя, просто молчи.

Только после этих слов я посмотрел на нас со стороны.

Эльфизия, уткнувшаяся лицом мне в грудь так глубоко, что оставалось лишь гадать, как она вообще умудряется дышать. И я, трепетно и крепко сжимающий её в объятиях.

Как поступила бы нормальная супружеская пара в такой обстановке?

Стоило мне хорошенько подумать, как даже до такого олуха, как я, дошло простое уравнение.

— ...Блядь.

Нецензурная ругань, которую до регрессии я не произнёс бы даже под страхом смерти. Из-за того, что мои воспоминания неловко перепутались, даже привычные проклятия слетали с языка странно.

Однако, несмотря на всё смущение, эмоции были настоящими.

«И ради этого я получил второй шанс на жизнь?..»

В горле пересохло от жгучего стыда.

«Хочу снова умереть... но теперь уже от позора».

◇ ◇ ◇

В коридоре герцогского особняка.

Глен достал печенье из корзинки Эхо и отправил его в рот. Аппетитный хруст отлично подстёгивал голод.

— Печенье очень вкусное, Эхо.

— Я рада! Шеф-повар даже сказал, что у меня к этому талант.

— Угу, я в кулинарии не разбираюсь, но даже мне понятно, что у тебя способность.

И это была не просто льстивая похвала: кулинарные навыки Эхо действительно росли ото дня к дню. Впрочем, и сам Харт в какой-то мере косвенно способствовал развитию её мастерства.

Целый год обитатели особняка без устали наносили ежедневные визиты в спальню Харта. И всякий раз Эхо казалось, будто тяжелая, гнетущая обстановка в комнате выжимает из неё весь воздух.

К этому времени её зрение уже практически полностью восстановилось. Чтобы хоть как-то развеять эту мрачную атмосферу, она и принялась печь нехитрые лакомства.

Результат, пусть и скромный, не заставил себя ждать.

Стоило людям попробовать сладости, как между ними завязывалась беседа, а гнетущее напряжение само собой спадало.

Благодаря этому тягостные дни ожидания Харта стали даваться всем чуточку легче. В каком-то смысле Эхо стала незаметным душой компании и дарительницей уюта.

— Уф, так или иначе, я так рада, что директор очнулся! Правда, Глен?

— Угу. Это огромное облегчение... правда.

Испытывая облегчение, Глен тем не менее мысленно вернулся к событиям на фестивале охоты.

В тот момент, видя израненного Харта на руках у взрослых, он быстро забыл об увиденном, но с течением времени вопросы лишь копились.

«Тот демон... кто он такой?»

Среди врагов был один человек, бросившийся на Харта первым, словно узнал его.

Его сбили с ног одним ударом, но Глен отчетливо запомнил то лицо. Мужчина выделялся из толпы даже посреди царящей суматохи.

«Неужели мне просто показалось, что он так похож на меня?»

Будь вокруг мирная обстановка, Глен обязательно рассмотрел бы его получше.

Конечно, это вполне могло быть лишь случайным совпадением. Однако в уголке его сознания сомнения неустанно били ключом.

«Мне действительно интересно...»

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos