Глава 92: Драгоценные внуки?

Поздняя ночь в особняке герцога.

Карди резко открыл глаза, когда уханье совы смешалось с тихим дуновением ветерка в его спальне.

— Ох...

Его тело покрылось холодным потом. Карди огляделся по сторонам, пытаясь отличить сон от реальности, а затем облегчённо вздохнул.

— Вот как... Это был всего лишь сон.

Ему приснилось будущее, которому ни в коем случае нельзя было позволить сбыться. Во сне он перенёсся на три года вперёд и услышал настолько ужасные слова, что у него едва не перехватило дыхание.

— Я уже слишком взрослая, чтобы играть с дедушкой!

— Чаепития теперь куда веселее, чем проводить время с дедушкой!

— Так раздражает, что дедушка постоянно зовёт меня, совершенно не понимая моих чувств!

...Всё это были обвинения из уст пятнадцатилетней Тины. Его внучка, охваченная бунтом пубертата, холодно смотрела на Карди глазами, разительно отличавшимися от её нынешнего тёплого взгляда.

Он познал вкус отчаяния.

Мысль о том, что его обожаемая, ласковая внучка может внезапно так измениться, казалась невыносимой.

— Чёрт возьми, не стоило мне идти к этому ублюдку Ллойду. Понасажал тут нелепых мыслей своими никчёмными искушениями. Злобный старик Чендлер.

Это была на удивление однобокая критика, учитывая, что он сам первым пришёл к нему, чтобы затеять ссору.

Хотя до рассвета оставалось ещё много времени, улетучившийся сон и не думал возвращаться. Он и раньше замечал, что с возрастом спится всё меньше, но сегодня впервые ощутил это так остро.

— Может, если я взгляну на малышку, мне станет легче...

Должно быть, ему не удавалось уснуть из-за того, что он всё ещё не оправился от последствий кошмара. Поставив себе такой диагноз, Карди накинул подходящий халат и вышел в коридор.

Шаги Карди были бесшумными.

В отличие от него, внучка по утрам спала крепко, хотя всегда провожала его на работу сонными глазками. Она словно точно знала, как быть милой и очаровательной. Находя это невероятно трогательным, он не хотел по возможности тревожить сон Тины. Настолько, что даже применил особую технику шагов, чтобы сделать свою поступь практически беззвучной.

В конце концов Карди добрался до спальни Тины и осторожно приоткрыл дверь. Петли, которые совсем недавно заменили, послушно повернулись без единого звука.

— Хр-р-р, хр-р-р...

Доносилось милое сопение Тины. Ну как даже её дыхание могло быть настолько очаровательным? Закон природы, гласящий, что эта крошка Тина неизбежно пройдёт через пубертат и станет взрослой, казался жестоким.

— Хр-р... Хр-р-р... Хр-р-р-к!

Как раз в этот момент Тина внезапно всхрапнула так, словно вот-вот поперхнётся.

Карди вздрогнул и подскочил на месте, испугавшись, что разбудил её. Но быстро успокоился, поняв, что это был всего лишь обычный храп.

«Кем бы ни был её будущий муж, ему придётся несладко, если они будут делить одну постель».

Но какое это имеет значение?

В эту эпоху раздельные спальни никем не осуждались. И если кто-то посмеет упрекнуть её в этом, он был полностью готов обрушить на наглеца суровое наказание.

Тем не менее от одной мысли о её замужестве у него на душе становилось скверно. Ему не нравилось приближение пубертата, но мысль о том, чтобы выдать её замуж, пугала ещё сильнее. Даже при том, что он прекрасно осознавал: всё это — лишь упрямство старика.

«Если бы только она осталась с Гленом, мне было бы спокойнее, ведь она всегда была бы рядом, под моим присмотром».

Карди искренне симпатизировал Глену, невзирая на его происхождение. Этот мальчик никогда не болтал глупостей попусту и обладал безупречными манерами.

Он был куда лучше тех, кого с самого детства пичкали уроками этикета.

Для Карди, который давно отдалился от лицемерного светского общества, это имело особое значение.

«Но в сердце этого парня явно уже кто-то есть, так что предложить подобное будет непросто. Если возможно, мне хотелось бы найти для неё жениха благовоспитанного, далёкого от политики и не выходящего легко из себя».

Да, например, кто-то, являющийся полной противоположностью этого паршивца, Третьего принца Аскалиона, подошёл бы идеально. Было бы лучше всего, если бы она прожила с таким человеком всю жизнь, но, к сожалению, в реальности это вряд ли возможно. В конце концов, у каждого наступает момент, когда открываются глаза на любовь.

«Тц, раннее утро навевает самые разные мысли».

Он уже вдоволь налюбовался лицом своей внучки.

Пора было возвращаться в спальню и попытаться немного поспать.

Когда Карди уже собирался уходить, Тина с улыбкой пробормотала сквозь сон:

— Хе-хе... Я выиграла в гляделки... Дедушка самый лучший...

Пф-ф.

У него вырвался тихий смешок, но в уголках глаз выступили капельки слёз.

Он уже и позабыл об этом со смерти жены, но именно такой и должна быть семья.

Удивительная связь, когда люди любят друг друга просто так, без всякой причины.

Люди, чьи сердца соединены воедино, где нет места расчёту выгоды и потерь.

Он давно забыл, что те, кто дарит это чувство полноты жизни, и есть настоящая семья.

«Что ж... Думаю, ничего не изменится...»

Даже если наступит пубертат, общие воспоминания никуда не исчезнут.

Когда этот бурный период закончится, прежняя нежная привязанность, дремлющая в воспоминаниях, постепенно вернётся.

Если возможно, было бы лучше, если бы у неё вообще не было пубертата, как у Эльфизии...

Но ожидать подобного было бы, пожалуй, непомерной жадностью с его стороны.

«Уже сейчас я готов сделать ради неё всё что угодно, стоит ей лишь попросить. Уж как-нибудь я смогу дождаться!»

◇ ◇ ◇

На следующее утро. У Карди был выходной.

У Карди, который только-только решился на всё ради внучки, изо рта брызнул напиток. И большая часть пролитого чудесным образом вернулась обратно в бокал, который он держал.

— Ч-что ты сказала?

Спросил Карди с таким видом, словно услышал нечто, сотрясшее основы мира. Эльфизия же ответила совершенно спокойно, с бесстрастным лицом:

— Я думаю попытаться заключить соглашение о перемирии с расой демонов, отец.

— Нет, то есть смысл-то я понял... но ты, должно быть, сошла с ума. Неужели Соглашение об обороне человечества, которое привело к гибели целое королевство, кажется тебе шуткой?

— Так было бы, если бы я предлагала дружбу. Но то, что я планирую — это перемирие, а не дружба.

С самого утра дочь выдвинула предложение, от которого сводило желудок. То, как она заявляла о столь масштабном плане и глазом не моргнув, было в духе Эльфизии.

Она была ребёнком с непоколебимой уверенностью в себе, граничащей с высокомерием.

— Хотите вы того или нет, следующим императором станет Юли... нет, Аскалион. Лишь его возраст мешает провести церемонию коронации прямо сейчас.

— ...Я знаю, что этот паршивец — единственная альтернатива.

— Именно. Так что сейчас идеальный момент. Чтобы обеспечить ему весомое достижение ещё до коронации.

— Император нашей империи был убит, и если война ещё понятна людям, то не обернутся ли общественные настроения против нас, если мы предложим перемирие? Это ведь назовут национальным позором.

— Всё зависит от того, как это преподнести. Мы можем распространить слухи, выставив его принцем, который поставил благополучие народа выше собственной жажды мести.

— А если фракция бывшего Первого принца назовёт его трусом?

— Если они так любят войну, пусть сначала отправят на фронт своих старших сыновей. Конечно, раньше сказать такое было бы трудно. Но по иронии судьбы, именно из-за убийства императора Аскалион, взойдя на престол, получит величайшую императорскую власть в истории.

— ...Потому что следующим в очереди на престол идёт Второй принц.

— Да, даже единственный оставшийся наследник престола на стороне этого мальчика, так что смогут сделать дворяне, даже если выступят против? Если в будущем ты получишь титул герцога, это создаст структуру, при которой единственные два герцогских дома в империи будут поддерживать императора.

Слушая эти наброски, Карди понимал, что план вполне жизнеспособен. Поскольку речь шла не об убийстве иностранного монарха, давление со стороны других государств окажется незначительным...

А поскольку пострадавшая империя сама предлагает мир, многие страны наверняка захотят ухватиться за эту возможность.

«Пока это перемирие, а не дружба, Соглашение об обороне человечества остаётся в силе. Таким образом, вероятность внутреннего раскола среди людей крайне мала...»

Рассмотрев объяснения Эльфизии со всех сторон, Карди устало нахмурился.

— Значит... ты хочешь, чтобы я поддержал Третьего принца в заключении этого перемирия?

— Говоря прямо — да.

— ...И каков конкретный план?

— Вы, должно быть, и сами догадываетесь о сути, отец. Ведь вы наверняка подслушали наш разговор в тот день.

Разговор, о котором она говорила, явно касался того момента, когда Глен раскрыл тайну своего происхождения от Короля Демонов. Но откуда дочь узнала, что он подслушивал? Он заметил, как его зять смущённо отвёл взгляд.

— Аха-ха... Я лишь упомянул, что почувствовал ваше присутствие, герцог.

— ...Тебе следовало поймать меня прямо на месте. Как у моего зятя получается заставлять людей чувствовать себя так неловко?

— Как вы знаете, обстановка в комнате тогда была довольно... напряжённой. К тому же я подумал, что Глен может почувствовать себя обременённым, если узнает, что вам известна правда, поэтому сохранил ваш секрет.

— Хм, как глава семьи, я просто не хотел, чтобы меня обвинили в подслушивании.

— Ах... эм.

Харт осторожно перевёл взгляд с Карди на Эльфизию и обратно. Затем, словно осознав новую истину, заговорил:

— Эльфизия действительно очень похожа на вас, герцог.

— Харт?

— Что за...

Оба покраснели от столь внезапного и смущающего замечания. Но Харт не остановился на этом и продолжил делиться мыслями:

— К тому же вы так похожи с Юлианом, что иногда мне кажется, будто это Юлиан ваш внук, а вовсе не Тина!

— Кто на кого похож, Харт!

— Этот паршивец и за тысячу лет не удостоится чести лизать мои сапоги!

Старая поговорка гласит, что яростное отрицание — это лучшее подтверждение. Харт подумал, что эта народная мудрость весьма надёжна.

Умело перенаправив гнев герцогской крови в другое русло, Харт спокойно продолжил:

— Если честно, мы делаем это не только ради достижений Юлиана. Хотя я тоже разделяю это чувство, Эльфизия особенно хочет дать Глену возможность встретиться со своими настоящими родителями.

И Харт закончил свою мысль, глядя на золотистые частицы, собирающиеся в его ладони:

— И если я приму решение, то смогу устроить это прямо сейчас.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos