— Похоже, уже вошло в привычку не получать ответа на признание.

Я произнесла это тихим голосом.

Арно, будто услышав что-то вроде «что бы съесть завтра на завтрак», спокойно перевёл взгляд обратно на книгу и ответил:

— Знаете, почему я всегда добиваюсь успеха в делах?

— Потому что хладнокровен?

— Конечно, и это играет роль, но...

Арно поднял голову и посмотрел на меня.

— Я всегда получаю то, что хочу. Любой ценой. Если нужно учиться - учусь. Если нужно искать связи - ищу. Если нужны небольшие уловки - использую их.

Мне это хорошо известно.

Тот самый Арно, который с помощью «небольшой уловки» вступил в сговор с Каллинаном и даже внедрил шпиона в дом маркиза Бёрбеджа.

Он не разбирает средств, поэтому как враг он опасен, но когда интересы совпадают, с ним легко иметь дело.

Нет, было легко.

— Напротив, если появляется то, чего я не могу заполучить, я не стану и пытаться. Желать недостижимое и изводить себя - значит самому себя делать несчастным. Как мой отец, который умер, мечтая о дворянской чести.

— Значит, для тебя я - та, кого невозможно заполучить?

— Да.

Я крепко сжала кулаки.

Теперь всё стало ещё яснее.

«Знаешь, каково это - любить того, кого никогда не сможешь заполучить?»

Мне вспомнились слова, сказанные когда-то давно.

Любовь.

Это было слово, которым она часто пользовалась.

Возможно, именно оно и стало источником моего отвращения к слову «любовь».

Она любила всё на свете.

Она была звездой, бывшей ребёнком-актрисой.

Не просто актрисой, а звездой.

Снявшись в эпатажном фильме, она получила мимолётную популярность и большие деньги, но после нескольких громких скандалов снималась в сериалах и фильмах, которые её не устраивали, и в конце концов стала проблемой на съёмочной площадке.

Она слишком рано ощутила вкус дофамина и подсела на него.

Соцсети, алкоголь, секс, шопинг...

Она была зависима от многого, что даёт дофамин, но самым губительным для неё оказалась любовь.

Большинство её многочисленных возлюбленных её не любили.

Да они и начинали отношения не ради любви.

Их причины были просты.

Им было скучно или нужны были деньги.

К тому же в комплекте шли очаровательное личико и стройное тело.

Или просто хотелось переспать со знаменитостью.

И в последнем случае, как назло, оказался неумелый в вопросах контрацепции наследник крупной корпорации, из-за чего она сбежала за границу, родила меня, вырастила на показ и продала в семью корпорации.

«Люблю тебя», «вернись», «скучаю».

Каждый раз она влипала в бесконечные скандалы, продолжая любить очередного мужчину.

Она давала о себе знать то статьями в жёлтой прессе, то деньгами, которые каждый месяц требовала у госпожи, и при этом каждый день признавалась мне в любви, будто я была для неё всем.

Это было смешно.

Откуда вдруг взялась любовь ко мне, которой не было ни капли?

Когда я задумалась об этом, я наконец поняла, каких людей она любит.

— Я... знаю такого человека, как ты.

Я посмотрела на Арно перед собой.

Его ясные фиолетовые глаза смотрели на меня спокойно.

Он, столько раз признававшийся мне и выслушивавший молчание, смотрел на меня без тени обиды, лишь с лёгкой невозмутимостью.

И поэтому я поняла.

Этот человек - такой же, как та женщина.

Человек, который любит только то, чего никогда не сможет заполучить.

— Она любит только тех, кого, как ей кажется, она никогда не сможет заполучить.

— ...Я.

Арно нахмурился.

Его губы, уже готовые что-то возразить, сомкнулись, когда я продолжила.

— Пока вы вместе, кажется, что он вот-вот окажется в ваших руках. Но он не даётся, и это больно. А когда он уходит, боль становится ещё сильнее. Ей нравится сама идея такой трагической любви. Может быть, ей даже неважно, кто именно рядом. Главное — это мучительное чувство любви.

В детстве я каждый день видела, как она тонет в алкоголе.

Выкрикивая имена мужчин, которые не возвращаются.

Вспоминая былые славные дни.

Рядом с ней был менеджер, который заботливо ухаживал за ней, и младшая подруга, советовавшая взять себя в руки, и приличный молодой человек, признававшийся в любви, несмотря на её прошлое.

И была я.

Я.

Я всегда была рядом.

Я желала, чтобы она заботилась не о том, чего у неё нет, а о том, что у неё есть.

Жила настоящим, думая о людях, которые ею дорожат и ценят её, а не о тех, кто делает её несчастной.

Я хотела, чтобы она была рядом со мной.

И в этих ожиданиях я становилась всё более жалкой.

Не потому, что не получала её любви.

И не потому, что было обидно, что такой жалкий человек - моя мать.

Просто...

Мне было больно смотреть, как она разрушает себя с каждым днём.

В отличие от неё, которая всегда кого-то любила, я любила только её, и потому мне было больно.

Я молилась, чтобы она не была несчастна.

Желала, чтобы она была счастлива там, где меня нет.

Чтобы не оставляла больше слов вроде «скучаю» или «люблю тебя», а полюбила бы наконец того, кто рядом.

Но она не смогла.

Она хотела сделать себя несчастной.

Настолько, чтобы можно было сдаться.

Возможно, слова «скучаю» и «люблю тебя» были лишь оправданием.

Возможно, она просто искала предлог, чтобы превратить свою жизнь в ничтожество и умереть.

Так эти слова стали последним, что она мне оставила.

— Госпожа. Нет, Луиза...

Арно позвал меня. Его рука коснулась моей щеки, когда я была в прошлом.

Я позволила ему стереть мои слёзы.

Нанести мазь, вытереть слёзы - это единственное «прикосновение», которое я могла с ним разделить.

Я никогда не смогу полюбить человека.

Я живу не реальностью, а театром.

Это место для меня - лишь пьеса.

И единственная моя цель здесь - выжить.

— Арно.

— ...

Это был первый раз, когда я назвала его по имени.

Я увидела, как расширились его глаза.

— Я собираюсь поставить на кон свою жизнь. Ради Первого принца.

Когда я передавала тому документы, я кое-что не сказала.

По-хорошему, я должна была сообщить, что Арно Диенче вступил в сговор с Каллинаном и шпионил за домом маркиза Бёрбеджа.

Если бы я это рассказала, документы можно было бы истолковать совершенно иначе.

Что командующий флотом Каллинан не просто конфисковал груз торгового судна под надуманным предлогом, а что между ним и прежним главой семьи Диенче была некая сделка.

Но я этого не сделала.

Арно Диенче и Первый принц.

Я решила предать Первого принца ради Арно.

Это не было делом чувств.

— Ты... любишь его?

Глаза Арно дрогнули.

— Нет. Просто теперь, когда придёт момент выбирать между ним и тобой, я без колебаний отброшу тебя. Я так решила. Потому что он... куда более ценен для меня, чем ты.

Лео Фиер.

Он тот, кто может меня убить или спасти.

Поэтому слова о том, что он для меня полезнее, чем Арно, не были ложью.

Просто было ещё кое-что, чего я не сказала.

«Рядом со мной граф станет несчастным».

Именно это лишило меня возможности и дальше вытягивать из графа какую-либо выгоду.

Именно поэтому я больше не хочу втягивать графа в опасную политическую борьбу между Первым и Вторым принцами.

И это был единственный способ выразить мою заботу о человеке, которого я ощущала ближе всех в этой пьесе.

— Сходи в банк Веджвуд, там на твоё имя открыт сейф. Деньги внутри - весь мой долг перед тобой.

— ...!

— Благодаря тебе я смогла начать заниматься театром, и благодаря театру смогла тебя отпустить.

Прежние пожертвования и доходы не шли ни в какое сравнение, но «Кукольный дом» был совершенно другого масштаба.

Ведь деньги благородных дам потекли со всей страны.

А к ним добавились и деньги императрицы.

— Тебе понравился спектакль? Я хорошо приняла твои маргаритки. Но теперь мне придётся сказать так. Это место для меня — лишь «кукольный дом». Мне нужно покинуть его и заняться другими делами, Арно. Отпусти...

Я думала, это будет момент торжества.

Момент, когда я выплачу долг и освобожусь от презирающего меня жениха.

— Отпусти меня.

✦•············•⊱· · — ·✶· — · ·⊰•············•✦