Вскоре слуги, несущие мебель, подошли к подножию лестницы.

— Так, на счёт «три» поднимаем одновременно!

— Раз, два, три!

С натужным «ух!» мужчины взвалили мебель на плечи. Из-за застилавшего глаза пота и громоздкой ноши, закрывавшей обзор, они даже не заметили Айешу и господина на межлестничной площадке.

Айеша слегка коснулась предплечья злого духа, подавая ему знак. По правилам было недопустимо, чтобы слуги проходили мимо господина, не соблюдая этикета, однако она опасалась, что из-за тяжёлого груза может произойти несчастный случай. К тому же злой дух всё равно не был настоящим хозяином этого дома, так что не было нужды настаивать на приветствиях.

Чтобы мужчины могли пройти, не отвлекаясь на них, Айеша отступила с площадки, увлекая духа за собой. Тот, похоже, и сам не желал мешаться под ногами, поэтому послушно последовал за ней, освобождая проход. Пока мебель проносили мимо, Айеша, замерев, стояла за колоннами. Злой дух безмолвно наблюдал за слугами рядом с ней.

Наконец поднялась последняя группа мужчин, несущих массивный письменный стол. В самом конце процессии Айеша заметила неожиданные лица, и её глаза округлились от удивления.

— Ох?

Это были Джебин и Дорус: они с самым невозмутимым видом помогали рабочим нести стол.

— Кто это? Раньше я их здесь не видел.

Обладая необычайно острым зрением, злой дух просто не мог не заметить чужаков. Он подозрительно прищурил свои пронзительные глаза.

Айеша поспешно зашептала в ответ:

— Это торговцы, которые приехали продавать лошадей. Помнишь, на пастбище ведь недавно пригнали новых коней?

Хотя она догадывалась, что они вряд ли были торговцами, но прежде чем разоблачать их, нужно было иметь веские доказательства.

— Торговцы лошадьми? — переспросил он и, не дав Айеше возможности его остановить, решительно зашагал навстречу слугам, кряхтящим под тяжестью ноши.

— Стоять.

Внезапное появление хозяина застало всех врасплох.

— Господин?

— Как вы здесь оказались?

— Вы ищете дворецкого? Он уже поднялся в кабинет, чтобы проверить расстановку мебели…

Однако злой дух резко оборвал их сбивчивый лепет:

— Хотите сказать, что четверо здоровых мужчин не в состоянии донести один стол, и потому вы впустили в особняк посторонних?

— Посторонних?

Слуги оглянулись на Джебина с Дорусом и поспешили объясниться:

— Ах, если вы об этих людях, то они сами предложили помощь, увидев, что нам не хватает рук. Мебель и правда слишком тяжёлая.

Однако их оправдания нисколько не помогли. Напротив, выражение лица злого духа стало ещё более холодным.

— В моём особняке без спросу разгуливают люди, которым я не давал разрешения сюда входить. И вы смеете называть это оправданием?

Только тогда слуги осознали, какую серьёзную оплошность совершили. Побледнев, они принялись рассыпаться в извинениях:

— Ах…

— Простите нас, господин. Мы совершенно об этом не подумали.

— Изначально они должны были уехать сразу после продажи лошадей, но, по их словам, сильно разболелись в пути. Господин дворецкий вошёл в их положение и позволил им пожить несколько дней в помещениях для прислуги. А поскольку сегодня день доставки мебели, они вызвались помочь с тяжестями. Мы решили, что раз мы их уже знаем, то ничего страшного не случится, если они войдут в дом.

Пока слуги излагали обстоятельства дела, Айеша украдкой поглядывала на Джебина и Доруса. Они обменивались быстрыми взглядами и незаметно подталкивали друг друга локтями, словно безмолвно спорили о том, кто из них должен что-то предпринять. В конце концов Джебин, который всегда отличался особой бойкостью, заговорил первым:

— Простите… Я впервые вижу лорда Эссельдора, о котором знал лишь по слухам. Ваше величие воистину внушает трепет. Ваша слава, несомненно, не на пустом месте возникла.

Для простолюдинов искусство общения со знатью обычно заключалось в том, чтобы подлизываться и во всём угождать. Поэтому Джебин и лебезил, пытаясь угадать настроение злого духа.

— Наша помощь, конечно, сущий пустяк, но если мы сможем быть хоть немного полезны вам, милорд, для нас это будет величайшей честью…

«Вряд ли с ним это сработает», — подумала Айеша. В глубине души она сочувствовала Джебину. Судя по её небольшому опыту, злой дух был совершенно не из тех, кто падок на лесть. Собственно, как и ожидалось, он резко оборвал его словоизлияния:

— Помощь? Что за наглость? С чего бы мне, аристократу, нуждаться в вашей помощи?

Айеша сразу поняла, чем именно Джебин задел духа. В этом мире, где ценность человека строго определялась его сословием, помощь всегда воспринималась как нечто, идущее сверху вниз. Это был жест благодетеля, акт милости. Предлагать помощь вышестоящему в таком контексте могло прозвучать как завуалированное высокомерие.

Однако, поскольку Айеша привыкла видеть, что дух не слишком заботится о своём статусе, его нынешнее поведение казалось ей весьма непривычным.

Джебин, осознав свою оплошность, тут же склонился в глубоком поклоне.

— Ох, простите нашу дерзость, мы позволили себе лишнее, — однако отступать он не собирался, — Просто мы целыми днями пропадаем на пастбище, и время там тянется невыносимо долго. Нас здесь кормят и дают кров, поэтому нам очень хотелось хоть как-то отблагодарить вас.

— Д-да, верно. Мы должны отплатить за оказанную нам доброту, — нерешительно поддакнул Дорус, поддерживая товарища.

Айеша прекрасно понимала, почему эти двое воспользовались суматохой, чтобы проникнуть в особняк. В тот день, когда она сама впервые переступила порог Лэнгфилда, она чувствовала то же самое. Чтобы написать статью, нужно было хоть как-то осмотреть этот огромный дом, но без подходящего повода это казалось невыполнимой задачей. К счастью, у неё был Кирикс, который вызвался стать её проводником, но у этих журналистов, должно быть, не было иного выхода. Даже если бы они пробрались сюда тайком, без знания внутренней планировки они ничего не смогли бы толком исследовать, да и страх попасться на глаза прислуге не давал бы им покоя. Не зря же Дорус при любой возможности пытался заглядывать в окна. Так что они явно не хотели упускать такой редкий шанс.

— А известно ли вам, какое качество нужно иметь, чтобы помогать по хозяйству в таком поместье? И оно куда важнее, чем просто грубая сила, — ледяным тоном произнёс дух.

Айеша взглянула на него и невольно вздрогнула. Атмосфера вокруг духа, бесстрастно взиравшего на мужчин, была непривычно холодной.

— Речь идёт о сообразительности. Умении вовремя понять, куда можно ступать, а куда нет. Что следует делать, а что нет. Что можно говорить, а о чём стоит молчать. Раз уж вы в состоянии помогать тяжёлым трудом, значит, ваше пошатнувшееся здоровье окончательно восстановилось. Больше вам не нужно быть моими должниками.

От злого духа, наконец, последовал прямой приказ убираться. Джебин и Дорус отчаянно подмигивали Айеше, моля о помощи. Видимо, раз уж они были хоть немного знакомы, то считали её единственной, кто мог бы заступиться за них. Но она не могла оправдать их надежд. Хотя реакция злого духа и казалась ей чересчур резкой, в данный момент именно он пребывал в облике главы рода Кирикса Эссельдора. А значит, как гостье ей надо было принять его сторону, поэтому она сказала:

— В поместье Лэнгфилд приказы лорда должны исполняться беспрекословно. Для начала вам обоим лучше вернуться на пастбище. Так будет правильнее.

После того, как эти двое ушли с кислыми минами, из кабинета поспешно спустился дворецкий, который руководил расстановкой мебели. Похоже, весть о переполохе на втором этаже уже успела дойти и до него.

— Господин, я слышал, в моё отсутствие возникли какие-то проблемы?

— Уилтон. На втором этаже живёт одна леди, а ты позволяешь посторонним разгуливать по особняку, как им вздумается. Не кажется ли тебе, что слуги обучены из рук вон плохо?

Айеша и так чувствовала себя неловко, а теперь и вовсе пребывала в удивлении. Значит, он придрался к ним и выставил их вон только из-за неё? Из-за того, что подозрительные мужчины поднялись на второй этаж, где находилась её спальня?

Дворецкий виновато покачал головой.

— Подобное недопустимо. Пока юная леди находится в поместье, её безопасность - это долг и обязанность рода Эссельдор. Мы совершили постыдную оплошность. Прошу прощения. Я проведу повторный инструктаж для всех слуг.

Сама Айеша, которая даже не придала этому происшествию особого значения, приняла извинения дворецкого в полном замешательстве.

— Переселите её в другую комнату, — отдал распоряжение злой дух.

— Да нет, к чему такие хлопоты…

— Тебе ведь было неуютно, когда рядом находились незнакомые мужчины.

— Мне?

Когда это?

Айешу вдруг осенило.

«Значит, снова Иврена»