Из мешков с грохотом вывалились тяжёлые картины в золочёных рамах.

— У нас были такие портреты?

— Должно быть, это из запертой комнаты. Ну и ловкачи! Как они только умудрились туда пробраться?

— На то они и воры. На кухне тоже переполох: говорят, всё серебро выгребли.

Прибежавший на крики слуг дворецкий, увидев разбросанные по земле вещи, мгновенно изменился в лице.

— Это благородные господа! Не смейте бросать их на пол. Принесите что-нибудь, чем можно их накрыть! Упакуйте каждую по отдельности, чтобы они не повредились.

На всех картинах были изображены пары. Судя по почтительному обращению дворецкого, это были прежние лорды Эссельдора с супругами.

На первом портрете мужчина с плотно сжатыми губами казался немного упрямым, но в целом производил приятное впечатление. Рядом с ним красивая белокурая женщина с длинной изящной шеей томно опустила глаза цвета винограда. 

Героем второго полотна был юноша с копной тёмно-каштановых кудрей. Рядом с этим типичным аристократом, от которого так и веяло высокомерием, сидела женщина с яркими фиалковыми глазами и пышными светлыми волосами.

Мужчина с пронзительным взглядом стоял в паре с блондинкой, чей таинственный вид подчёркивали печальные сине-фиолетовые глаза.

А за спиной мужчины с почти нелюдимым выражением лица находилась экзотическая женщина с золотистыми кудрями до самой талии и тёмно-фиолетовыми глазами, устремлёнными прямо на зрителя.

Пока Айеша разглядывала портреты, которые один за другим приводили в порядок, её посетило странное чувство несоответствия.

— Что ты так внимательно высматриваешь? — раздался сзади голос злого духа. Закончив разбираться с местом происшествия, он подошёл к ней.

— Эти картины… У мужчин лица очень характерные и разные, а вот женщины пугающе похожи друг на друга.

Ладно ещё светлые волосы, но женщины с редчайшими фиолетовыми глазами словно специально собрались в роду Эссельдор. Только теперь Айеша поняла, почему Джебин и Дорус так резко сменили тон на более вежливый, едва увидев её лицо. Выбирая вещи, они заприметили портреты лордов прошлых поколений и, увидев её сходство с ними, ошибочно приняли за знатную особу.

— Верно. Все они на тебя похожи, — подтвердил злой дух таким тоном, будто в этом не было ничего удивительного. — Видимо, ты как раз во вкусе семьи Эссельдор. Похоже, подобные предпочтения у них передаются по наследству.

Несколько слуг, помогавших с упаковкой вещей, то и дело бросали на Айешу любопытные взгляды.

— Господин, украденное имущество мы доставим в особняк, а воров конвоируем в тюрьму, — доложил дворецкий.

Злой дух кивнул в знак одобрения, после чего легко вскочил в седло позади Айеши и перехватил поводья.

— Нам тоже пора.

— Послушай, я никогда раньше не ездила верхом, — поспешно призналась испуганная девушка. — Может, мне будет безопаснее пойти пешком?

Пока конь стоял на месте, ей казалось, будто она сидит на не очень удобном стуле. Но стоило ему шевельнуться, готовясь тронуться с места, как её тело качнуло гораздо сильнее, чем она ожидала.

— Ты собралась идти босиком? — спросил он.

— Какая разница. Ноги и так уже грязные. Если я оторву кусок платья и обмотаю ступни, получится что-то вроде обуви.

Злой дух сокрушённо вздохнул и покачал головой.

— По одной твоей посадке видно, что ты в седле впервые. Если станет совсем невмоготу, просто доверься мне. Я придерживаю тебя сзади, так что ты не упадёшь. Просто расслабься. Но если будет очень страшно, скажи.

— И что тогда?

— Понесу тебя на спине.

«Понесёт меня на спине до самого особняка? Он ведь шутит?»

Почему-то ей казалось, что злой дух вполне способен на такое. Айеша поразилась его прямолинейности и решила перестать упрямиться.

— Поеду так.

Он пустил Нокса шагом. Удивительно, но ехать верхом вместе с этим мужчиной было совсем не страшно. Стоило ей отклониться назад, как она наталкивалась на его грудь, а с обеих сторон её оберегали те самые крепкие руки, что сначала подхватили в её полёте, а затем посадили на коня. Рядом с ним она чувствовала себя в безопасности.

— Но как ты узнал, что я здесь? — негромко спросила Айеша, так, чтобы слышал только он. Она не хотела даже представлять, что бы с ней сталось, не подоспей он вовремя.

— Я с самого начала заподозрил неладное. Для людей, привыкших обращаться с лошадьми, у них была слишком сутулая осанка.

Айеше и в голову не приходило, что он обратит внимание на такую деталь. Впрочем, у злого духа осанка всегда была безупречной. Привычка держать спину ровно и широко расправлять плечи делала его даже более внушительным, чем Кирикса. Видимо, манера держаться зависела от того, какая душа управляет телом.

— Я слышала, они пустили лошадей в лес, чтобы запутать следы. Как же ты не попался на эту уловку?

— Следы копыт были слишком неглубокими для лошади, несущей груз. Конечно, я допускал, что это может быть из-за твоего малого веса, поэтому отправил остальных прочёсывать лес, а сам решил проверить другую дорогу.

— У тебя отличное чутьё. Практически любой бы обманулся.

— Верно. Оно у меня и правда неплохое.

Он вёл коня очень медленно. Холодный ветер касался щёк. Прижавшись к его груди, Айеша отрешённо наблюдала за тем, как мерно сменяется ночной пейзаж, залитый лунным светом. Казалось, всё произошедшее - всего лишь дурной сон. Впервые она чувствовала такое умиротворение от присутствия другого человека. И тем удивительнее, что этим человеком оказался злой дух.

Слуги, обременённые делами, поспешили вперёд, увозя телеги, так что на погружённой в полумрак дороге остались только они двое. Айеша задумчиво смотрела на руки своего спутника, держащие поводья. На костяшках пальцев виднелись ссадины и следы крови. Это было ожидаемо, ведь он голыми руками усмирил двоих воров. Однако её всё равно мучила совесть за то, что из-за неё на его теле снова остались раны. Вместе с тем, она вспоминала его непоколебимую спину, когда он без малейших сомнений шёл на столкновение, зная, что враги вооружены. Это была спина рыцаря, который не боится и не избегает битвы.

Ранее её собственная жизнь висела на волоске, и времени на раздумья не оставалось. Но теперь, когда она возвращалась в Лэнгфилд, в памяти всплыл подслушанный разговор двух воров. Дорус разглядел в злом духе нечто из ряда вон выходящее. Он сказал, что у него взгляд убийцы совсем иного уровня, не четам им, простым разбойникам. Сколько же жизней оборвали его руки, чтобы испугать человека, который уже совершал убийства? Десять? Двадцать? Тридцать? Сто? Двести? В её воображении цифры росли без остановки.

Айеша поспешно оборвала мысль: «Так, стоп. Нужно успокоиться».

Если рассуждать здраво, где проходит граница? Если человек лишает жизни ради удовольствия или наживы, он обычный подлый убийца. Джебин и Дорус были именно такими. Но что если когда-то в прошлом от этого мужчины зависели жизни сотен, тысяч или даже десятков тысяч людей? Тогда он не убийца, а полководец, ведший войска в битве, на кону которой стояло будущее страны?

Конечно, всё это лишь плод её фантазии, основанный на случайной фразе преступника. Даже самый жадный до сенсаций журналист не стал бы строить гипотезы на пустом месте. Но Айеша, хоть и понимала, что перегибает палку, не могла выкинуть это из головы, слишком уж мало у неё имелось зацепок о личности злого духа.

Она и не заметила, как пролетело время. Нокс уже почти доставил их к поместью.

Злой дух, хранивший молчание всю дорогу, негромко позвал:

— …рена.

— Иврена.

— А… что?

Айеша резко вскинула голову.

«И долго он собирается звать меня этим именем?»

Он никогда не путал имена других людей, но её неизменно звал Ивреной. Неужели он действительно считает, что она с той женщиной один и тот же человек?

С её губ непроизвольно сорвался вопрос:

— Почему ты всё время называешь меня Ивреной?

Злой дух посмотрел на неё с искренним недоумением.

— Потому что это твоё имя.

— Нет.

— Нет?

«Постойте… а ведь мы так и не представились друг другу официально?»