29 декабря 1931 года.

— Итак, ситуация становится всё интереснее и интереснее, – раздался звонкий голос из-за горы документов.

Внутри кабинета президента новостного издательства стояли несколько человек, включая Николаса, Элеана и Генри.

Выслушав отчёты каждого из них, президент подытожил нынешнюю ситуацию:

— Элеан рассказал мисс Еве Дженуардо о семье Гандор, я поделился некоторыми сведениями о Рунората с Гандорами, а Николас продал информацию касательно Роя Маддока семье Рунората, правильно? Что насчёт тебя, Генри? Я слышал, что Рой сам приходил к тебе.

— Мне очень жаль, но поскольку мы не смогли договориться насчёт цены, сделка не состоялась, и он ушёл, не купив никакой информации, – ответил Генри, в то время как его губы растянулись в еле заметной хитрой усмешке.

— Ясно, ну, ничего не поделаешь. Николас, скажи кому-нибудь, чтобы проследили за ситуацией с мисс Лией. Эта чёрная сумка, несомненно, станет «козырной картой» для какого-то.

⇔

— …Этот идиот! – вырвалось у разгневанной Эдит.

Это случилось после того, как она отдала чёрную сумку Лие. После она поспешила на работу в бар семьи Гандор, поскольку уже опаздывала. Но когда девушка прибыла на место, то обнаружила, что пока её там не было, бар атаковали. Хотя ей не сообщили, кто именно на них напал, с большой вероятностью ответственны за это были люди семьи Рунората.

И из-за своего опоздания она не пострадала. Быстро прибрав бар вместе с остальными, они продолжили работать, как обычно. К тому времени, как пришло время уходить домой, солнце уже взошло, однако придя туда…

— Этот бесполезный трус только создаёт ещё больше проблем! Чем ты вообще думал?..

Эдит сжала в руках записку, оставленную Роем.

В ней весьма расплывчато говорилось о том, что он не хочет вовлекать в это Эдит, что он сам со всем разберётся и что он не вернётся домой, пока всё не решит.

⇔

— П-похоже, это здесь, да?

Вдали от Малберри-стрит возле Центрального парка, на Пятой авеню, Рой стоял перед определённым зданием. Он раньше бывал здесь только, чтобы воспользоваться ближайшими станциями. Но также одной из причин, почему он избегал этого района, была его нелюбовь к буржуазии.

Всё же не зря это место прозвали «улица Миллионеров»: здесь располагался настоящий лес из роскошных особняков и элитных многоквартирных домов, которыми владели богачи вроде Эндрю Карнеги.

Рой бродил вокруг, ещё сильнее ощущая свою собственную неполноценность из-за своего внешнего вида и нынешнего окружения. Воспользовавшись адресом, который предоставил ему Генри, парень довольно быстро отыскал дом, который был ему нужен.

Хотя здание оказалось чуть меньше, чем соседние особняки, всё же, глядя на него, ты понимал, что здесь жила необычная семья. А от некоего налёта старины, при сравнении этого дома с остальными он казался даже роскошнее совсем новых построек. Изначально особняк был главной резиденцией семьи Дженуардо, но теперь он являлся лишь их летним домом, тем не менее всё равно продолжая служить одним из символов богатства данного семейства.

— Значит, она живёт здесь, да?

И хотя Рой нашёл нужное место, парень замер, потому что осознал, что понятия не имеет, как ему поступить.

Учитывая нынешнее положение вещей, он не мог просто войти внутрь, и даже если они встретятся, то что он ей скажет?

Конечно, можно было её попросту похитить, но для Роя это было крайним средством. Кроме того, юная девушка, живущая в столь роскошном особняке, точно наняла какого-то жестокого личного телохранителя.

Так что он должен как минимум дождаться момента, когда она останется одна и желательно подальше от этого района.

А пока, поскольку чёткого плана не было, Рой мог только продолжать наблюдать за домом и прощупывать почву.

⇔

— О-о, мисс! Как вы сегодня себя чувствуете?

— Всё хорошо, мистер Беньямин. Хотя всё ещё немного устало, но беспокоиться не о чем. Мне искренне жаль, что я доставила вам ещё больше хлопот.

— Чепуха! Если понадобится, я – Беньямин, готов вырвать собственное сердце ради выздоровления мисс. Это мой долг, как вашего верного слуги.

— Что вы такое говорите? Давайте обойдёмся без каких-то жутких ритуалов, – Ева тихо рассмеялась, пытаясь скрыть свою решимость.

Я должна встретить их. Встретиться с Гандорами. И затем узнать правду. Если братец действительно мёртв, то, если будет возможно, я должна отомстить…

Она даже не думала о том, чтобы убивать кого-то: ей просто хотелось, чтобы их всех арестовала полиция. И вдруг её посетила другая мысль.

Если братца Далласа и правда убили, то может ли быть так, что теми, кто убил отца и Джеффри тоже были?..

Их машина затонула в Ньюаркском заливе. Неизвестно, было ли это убийство или просто несчастный случай. Остались лишь изуродованные тела.

Все эти мысли неожиданно нахлынули на девушку, и вдруг Ева окончательно всё решила.

Ни молитвы, ни желания не вернут их.

Она могла положиться только на собственные силы.

Она должна сделать это, чтобы искупить грехи Далласа.

Если бы Ева рассказала о своих мыслях Беньямину и Самасе, то они бы обязательно остановили её или же сказали: «Давайте мы сами с этим разберёмся». Но так не пойдёт. Она делала это исключительно из собственного эгоизма.

Но что, если эти Гандоры убьют её?

Беньямин и Самаса точно будут горевать, верно?

Если это произойдёт, то своей бессмысленной смертью она всё равно, что предаст их.

Другими словами, лучше ей не умирать.

Конечно, Ева понимала, что задача не из простых, но, видимо, из-за того, что её воспитывали, защищая от различных угроз и потрясений, она не до конца понимала, на какие жестокие меры способна пойти мафия.

По плану они должны были вернуться в Нью-Джерси в начале следующего месяца. Следовательно, она любой ценой должна была встретиться с мистером Гандором до этого.

Для начала она должна выслушать всю историю. Это было её главной и единственной задачей.

⇔

В отель, где остановились Густаво и его люди, пришли несколько «посетителей».

— Ну, в данный момент всё обстоит именно так. Надеюсь, вы поможете нам, мистер Густаво, всё же мы все очень уважаем мистера Бартоло. Пожалуйста, не доставляйте ему лишних хлопот.

Бросив эту насмешливую фразу напоследок, посетители покинули отель.

Густаво стиснул зубы, пытаясь подавить свой гнев, провожая их взглядом.

— Чёрт вас побери, эти высокомерные ублюдки…

Этими посетителями были представители Пяти семей Манхэттена.

И их слова эхом отзывались в сознании Густаво.

— Что ж, мы пришли сюда лишь с одной целью. Мы хотели бы предупредить вас.

— Вчера вы поступили слишком безрассудно.

— Нам всё равно, что вы делаете на территории Гандоров или Мартиджо. Однако…

— Пожалуйста, учитывайте, что они представляют «границу» между нашими территориями.

— Если вы учините хоть какие-то беспорядки на нашей территории, мы рассмотрим это как вызов нам.

— Мы не начнём войну с вами, но мы выразим протест лично вашему боссу – мистеру Бартоло. Если до этого дойдёт, то, надеюсь, вы в курсе, чем это будет грозить вам.

— И это касается любого инцидента, даже самого незначительного. Даже если, например, кто-то из Гандоров окажется на нашей территории, мы не позволим вам действовать.

— Есть только три зоны, где вы можете творить, что вздумается. Территория Гандоров, территория Мартиджо, а также новостное издательство Дейли Дейс. Только эти места. Ну, хотя, ещё полицейский участок.

— Новостное издательство ДД – нейтральная территория, по крайней мере, в теории.

— Хотя мы бы не советовали вам трогать эти три организации.

— Мы и мистер Бартоло – это одно, но вас это не касается, мистер Густаво.

— Вы знаете, почему мы никогда не трогали ни одну из этих территорий?

— Конечно, если бы мы захотели, мы бы с лёгкостью разобрались с ними.

— Просто оно того не стоит. Хотя новостное издательство ДД – это отдельная история.

— Ну, раз вы упомянули это, то можно сказать, что данное учреждение вроде средства коммуникации для нас – мафии.

— Хотя даже мы не знаем, когда там начал работать этот брокер.

— Но явно до того, как мы пришли на эти территории.

— И наши боссы, и мистер Бартоло вполне могут собрать нужную информацию, не прибегая к ним.

— Однако вы не можете. Так что лучше вам не доставлять хлопот данному «информационному агентству».

— В любом случае главное не беспокойте нас.

— И ещё, убедитесь, что ваши «новые наркотики» не появятся на нашей территории, и следите за своими людьми.

— Мы уже поговорили с мистером Беггом об их продаже, так что это не имеет к вам никакого отношения.

— Пожалуйста, проследите, чтобы поставки наркотиков на рынок были не выше оговоренного количества.

— Мы не слишком на вас надеемся, но в любом случае удачи.

— Мы хотели бы поддерживать дружеские отношения с мистером Бартоло. С ним, а не с вами, прошу, учтите это.

— Вам лучше подумать о том, что означала ваша «передислокация» сюда.

— Другими словами, мы пытаемся сказать… «Не испытывайте судьбу». Это всё.

— Сукины вы дети… Пришли, только чтобы унизить меня!

Хотя они вывели Густаво из себя настолько, что ему хотелось расстрелять их всех из Томпсона, они были слишком могущественными противниками. Кроме того, он мог точно сказать, что они и правда глубоко уважали его босса – мистера Бартоло. Но почему они с таким презрением и высокомерием относятся к нему – его непосредственному подчинённому? Или они уже не рассматривают его как члена семьи Рунората?

Но если он позволит распускать себе руки, то его личная неприязнь может послужить причиной начала войны. Ладно бы они точно так же относились и к Бартоло, хотя, наверное, и в этом случае конечный результат был бы таким же.

— Лучше вам держаться начеку… Как только мы разберёмся с Гандорами, следующими, чёрт возьми, мы примемся за вас!

От этого подавления гнева пылающая ненависть в сердце Густаво по отношению к семье Гандор распалилась ещё сильнее.

— Эти хреновы Гандоры заплатят за все унижения, что я вытерпел сегодня!..

Пока он размышлял в столь мелких категориях, Густаво схватил пепельницу и со всей силы швырнул её об стену.

⇔

30 декабря 1931 года – Ночь.

Подпольное казино на территории семьи Мартиджо. Фиро, управляющий данного заведение, уже некоторое время выслушивал жалобы человека, оставшегося без цента в кармане – Берги.

— Ну давай же, Фиро! Нельзя, что ли, сделать так, чтоб в рулетку было проще выиграть?

— Прости, но ты не должен просить о таком на территории другой семьи, Берга.

Обычно для босса другой организации было бы немыслимо находиться здесь.

Но дело в том, что Фиро и братья Гандоры выросли вместе, как семья. Однако, конечно, бизнес есть бизнес, так что личные отношения не могли стать причиной, по которой их организация несла бы убытки.

— Кроме того, Берга, разве у тебя есть время зависать здесь? Я слышал, что вы, ребята, практически начали полномасштабную войну с семьёй Рунората.

Похоже, новости о налётах на их заведения добрались и до Мартиджо, хоть это и произошло только вчера.

— А будто ты сам не знаешь. Я здесь, потому что на нашей территории меня могут атаковать, и я уверен, что Мартиджо точняк не примкнут к Рунората.

— Только не втягивай в это нас, Берга. Просто иди домой, – недовольно отозвался Фиро и вдруг знаком приказал увести шулера, которого заметил в конце зала.

Даже болтовня с Бергой не мешала ему работать.

Однако, стоило юноше вдруг услышать имя определённого индивида, как он тут же изменился в лице.

— Клэр? Знаешь, ну… Клэр?

— А у тебя больно много знакомых по имени Клэр, что ли?

— Ясно… Это очень хорошо, не могу дождаться! Значит, раз Клэр приезжает, то о семье Рунората можно будет забыть.

Фиро уверенно кивнул, тут же предсказывая поражение семьи Рунората при одном только упоминании этого имени.

— Ну знаешь, ещё нельзя говорить наверняка.

— В каком это смысле? Да здесь каждый знает знаменитого наёмного убийцу по прозвищу «Вино». Какими же глупцами вы будете, если проиграете с такой поддержкой, а?

А пока парни взволнованно обсуждали эти новости, из-за спины к ним приближался какой-то мужчина.

Он вынул из галстука тонкую длинную иглу и без колебаний ударил Берге в спину, целясь прямо в сердце, однако…

— В любом случае…

Внезапно к мужчине потянулась рука и схватила его. Одна рука сжала его локоть, а другая легла на плечо. В следующее же мгновение мужчина сделал оборот вокруг своей оси, и его швырнули спиной об пол.

Каблук, безжалостно приземлившийся ему на грудь, выбил весь оставшийся воздух из его лёгких. От этого удара глаза мужчины тут же закатились назад, так что у него не было времени даже закричать.

— Я не переношу идиотов, которые творят, что вздумается, на нашей территории. Забирай себе.

— А-а, да уж. Звиняй.

Услышав слова Фиро, Берга виновато опустил голову и, подняв мужчину, покинул казино.

— Да уж, я прям вижу, как радостно будет улыбаться Тик.

Вспомнив невинную улыбку Тика, Берга даже немного пожалел этого несчастного парня.

Но даже так он ни секунды не рассматривал вариант «простить» его.

⇔

— Вы уже нашли этого ублюдка Роя?! – глаза Густаво на секунду засияли, но всего через мгновение недовольно сузились. – Тогда почему его ещё не схватили?

Услышав вопрос своего начальника, подчинённый, немного заикаясь, ответил:

— Ну, дело в том, что он сейчас на улице Миллионеров, а это не территория Гандоров.

— Идиоты! Вы что, серьёзно испугались тех тупых угроз?!

— Н-но, мистер Густаво. Это правда опасно. Когда мы нашли этого Роя, то решили немного за ним понаблюдать… Конечно, так, чтобы никто не заметил, понимаете? Но затем вдруг появились пятеро парней в чёрных костюмах и сказали: «Вам тут играть нельзя, но, если хотите, можем найти вам работёнку. Даже дадим за неё немного карманных денег».

— И вы вот так просто ушли?

— Нет, эм, мы оставили одного человека продолжить наблюдение. Рой, похоже, не связан с людьми на этой территории. Но те парни и правда опасны! Они дали понять, что всех нас запомнили и что следят за нами, хоть и издалека. Они опасны, если свяжемся с ними, то нам кон-бха!

Бедный парень даже не успел закончить предложение, как вдруг в него прилетела тяжёлая мраморная пепельница.

— Ну и что теперь?! Ты, кусок дерьма, хочешь сказать, что мы настолько слабые идиоты, что нами кто угодно помыкать может?! – яростно выкрикнул Густаво, продолжая пинать парня, который уже и без того валялся без сознания. – Подонки… Всем лишь бы унизить меня!

Стоило им увидеть пришедшего в ярость Густаво, как у его подчинённых словно пелена с глаз спала.

Единственный, кто не заметил этой перемены в их взглядах, был взбешённый Густаво.

— Вон! Вы все, пошли вон!

В тот момент, когда подчинённые услышали приказ, они быстро покинули комнату, забыв сообщить самую важную деталь.

Или, возможно, они намеренно утаили её.

Роя обнаружили прямо напротив особняка семьи Дженуардо.

⇔

31 декабря 1931 года – Вторая половина дня – Неподалёку от станции Пенсильвания.

В небольшом переулке неподалёку от станции три брата Гандор разговаривали с молодым человеком.

— Ну, идёмте. Итак, кого я должен убрать? Я этой ночью слегка размялся, чтобы форму не терять. Но вообще хочется заняться чем-то серьёзным, – без капли страха сказал этот парень братьям, которые были боссами мафиозного синдиката.

Клэр Станфилд. Хотя он и вырос под одной крышей с Гандорами, на самом деле, он не был членом семьи. Он был наёмным убийцей высшего класса по прозвищу Вино, так что о нём слышал практически каждый в преступном мире. Даже для убийцы подобная слава могла бы навлечь множество проблем, но Клэру это не казалось помехой.

На деле же его главным препятствием стал его собственный эксцентричный характер. Он не был маньяком-убийцей или патологическим лжецом, скорее, он ходил на грани между самими понятиями нормального и аберрантного.

Итак, встретившись с тремя братьями Гандор, он начал рассказывать о каких-то очень странных вещах. И как только они пришли в себя, парень тут же быстро направился в штаб-квартиру семьи Гандор, будто очень торопился.

— Давайте побыстрее покончим с этим. Знаете, сразу после этого мне нужно отыскать кое-кого. А если повезёт, то вскоре вы получите приглашение на мою свадьбу.

Услышав это, братья переглянулись.

— Не говори мне, что ты опять сделал предложение какой-то незнакомке?

— Вроде того.

— Что значит «вроде того»?! Это в какой раз уже?

Услышав слова изумлённого Берги, Клэр, не колеблясь, возразил:

— Погоди, но я не какой-то ветреный парень, я каждый раз абсолютно серьёзен, так что какие проблемы? И к тому же до сих пор меня отвергали только потому, что, очевидно, меня ещё ждёт кто-то получше. Ведь весь этот мир…

— …«Вертится вокруг меня», верно?

Лак подключился к разговору, как всегда заканчивая фразу за старого друга. Это, наверное, было краеугольным камнем философии Клэра. Сам парень утверждал, что: «Если я умру, то, раз этот мир просто сон, я вновь засну в реальном мире и снова продолжу видеть его. Такие дела». Конечно, ни Лак, ни кто-либо другой не понимал, что это означает.

Постороннему человеку могло показаться, что он попросту убегал от реальности, однако на деле парень прикладывал все свои силы, чтобы воплотить это в реальность. Чтобы добиться этого, он годами работал не покладая рук и никогда не расслаблялся. И именно это и было главной головной болью для его окружения.

— В любом случае, Клэр, не думаю, что хорошая идея доверять девушке, которая так сразу соглашается выйти замуж.

Лак неожиданно назвал Клэра по имени, но парень в ответ сказал нечто ещё более озадачивающее.

— Клэр мёртв. По крайней мере, по документам.

Опять он какую-то непонятную ерунду несёт, – простонал про себя Лак, но вслух спокойно заметил:

— Если по документам ты мёртв, то как ты жениться собрался?

Услышав это, Клэр замер и резко развернулся.

— Чёрт, и что делать? Как думаете, сколько стоит купить новые документы?

— О чём ты вообще говоришь? И как нам тебя теперь звать?

Клэр пошёл дальше и беззаботно ответил:

— Ну, можете звать меня «Вино» или, если хотите, Железнодорожный обходчик.

— Тупость какая-то.

Лак стоял посреди переулка, обречённо наблюдая за громким спором Клэра и Берги, после чего тяжело вздохнул.

Вроде эти двое и ссорятся вечно, но при этом не разлей вода.

Стоило парню подумать об этом, как у Берги вылетел зуб. Глядя на то, как зуб спокойно вернулся в рот его старшего брата и врос обратно, Лак покрылся холодным потом и сделал вид, что ничего не видел.

⇔

— Глянь-ка, прям посеред улицы бьюцца, – удивлённо заметила Самаса, заглядывая через спины собравшихся зевак.

Беньямин, видя это, намеренно дважды кашлянул, привлекая её внимание.

— Нам некогда тратить время на столь вульгарных людей! Боже, мисс, идёмте скорее отсюда.

— Э? А, да, верно.

Слова дворецкого вывели Еву из размышлений. Она так глубоко задумалась, что даже не заметила драки.

Ах, но как же мне встретиться с Гандорами?

— Мисс, не стоит волноваться.

— А?

Слова дворецкого на мгновение ошарашили Еву. Он знал, о чём она думает?

— Как я и думал, всё дело в еде. Вы потеряли аппетит из-за еды, которую готовим мы с Самасой, верно? Но вчера я уже связался с одним шеф-поваром, моим другом, и попросил его прислать каких-нибудь повара и бармена. Сегодня они прибудут в город на поезде и, скорее всего, будут у нас уже завтра.

— Ч-что вы, зачем такие хлопоты! К тому же ещё бармен…

Дворецкий предполагал, о чём собирается спросить Ева, и с озорной улыбкой ответил:

— Под особняком я обнаружил винный погреб, который организовали ещё до принятия сухого закона, поэтому стал искать человека, который смог бы разобраться с таким количеством спиртного. Просто «хранение» вина – не преступление. И раз уж у нас есть бар, и мы так редко бываем в Нью-Йорке, я подумал, что вам, мисс, стоит насладиться этим пребыванием здесь. Зарплату оплачу я. Пожалуйста, простите такую вольность вашему скромному слуге Беньямину.

— Мистер Беньямин…

— Повара таксама оплатити не забудзься. К тому жэ, мис, цяпер я смогу зосередитися на других своих обязанностях! – с улыбкой сказала Самаса, хлопнув Беньямина по спине.

— Прекрати! Кхм-кхм. К тому же чем больше рабочих рук, тем проще. Теперь мы сможем оставить на них домашние дела, а сами сконцентрироваться на поисках господина Далласа.

Но ведь эти двое очень не любят тратить лишние деньги.

Они и правда заботились о ней. Ева вдруг обнаружила, что еле сдерживает слёзы, хотя не до конца понимала, почему.

— Спасибо вам. Мистер Беньямин, мисс Самаса, правда, спасибо, я вам очень благодарна.

Стоя перед двумя людьми, так заботившимися о ней, Ева подумала, что её решение было невероятно эгоистичным.

Однако его уже нельзя было изменить.

Когда Ева и остальные закончили закупаться и направлялись обратно на улицу Миллионеров, они услышали перед небольшим универмагом громкие голоса.

— Эй-эй, дружище, сестрица, вы правда собираетесь купить всё это?

— Верно! Кладите всё в машину!

— Купим всё! Станем монополистами!

С владельцем магазина разговаривала парочка: мужчина, одетый в рваный наряд стрелка с Дикого запада, и молодая девушка в ярко-красном платье.

— Нет, я, конечно, рад, что вы и правда это купите, но что вы собираетесь делать со всем этим?

— Ронять их!

— Ронять, тук-тук!

Наблюдая за этим дуэтом, Ева, кажется, вспомнила кое-что.

А-а, понятно.

Девушка вдруг осознала: эти двое очень напоминали ту пару. Ту, что проникла в её дом год назад, тех воров, что принесли ей счастье.

Вскоре они смешались с толпой, и их фигуры быстро скрылись из виду.

И хотя девушка не была уверена, что эти двое и та пара воров на самом деле были одними людьми, в сердце Евы зажглась искра надежды.

Теперь они принесут счастье кому-то ещё.

Девушка вспомнила о том инциденте год назад и о самом счастливом периоде своей жизни.

Слёзы наполнили глаза Евы, и это лишь ещё сильнее укрепило её решимость.

⇔

— Давно… не… виделись… Хорошо… что… ты… в порядке.

Два человека беседовали, стоя в переулке возле запасного выхода с железнодорожной станции.

— Угу, ты тоже выглядишь неплохо, Бегг.

Тем, с кем встретился Бегг, был его старый товарищ.

— Ты… уже… встретился… с… Майзой?

Услышав этот вопрос, человек в тени коротко кивнул. В отличие от Бегга, который, казалось, сиял от радости, фигура в тени выглядела немного печальной.

— Бегг, на самом деле…

— Я… слышал… Товар… похоже… украли.

— …Да. И я вёз эту взрывчатку незаконно, так что в полицию сообщать нельзя.

— Дей… ствительно.

— Будут ли они меня убивать? Семья Рунората…

Глядя на человека в тени, который, кажется, был немного встревожен, Бегг слегка улыбнулся и покачал головой.

— Бартоло… никак… не… связан… с… этим… Я… сам… собирался… за… всё… заплатить.

Его собеседник, похоже, был удивлён подобным ответом.

— Почему…

— Я… узнал… о… твоей… ситуации… в… информационном… агентстве… Мне… захотелось… помочь… но… я… не мог… просто… дать… тебе… денег.

Услышав это, человек в тени нахмурился.

— Всё такой же добряк, вообще не изменился. Спасибо, но…

— Я… слишком… добр… да?.. Знаю… но… когда… я… забросил… алхимию… всё… что… я… получал… это… деньги… Я… так… и… не… нашёл… счастье… которое… искал… Так… что… мне… остаётся… только… подарить… улыбку… тебе.

Но несмотря на улыбку, в глазах Бегга отражалась печаль.

— Этого вполне достаточно. Спасибо.

Небольшая фигура, скрывающаяся в тени, обняла Бегга, и мужчина мягко погладил её по волосам своей левой рукой.

— Спасибо, Бегг. За то… что не съел меня.

Мужчина посмотрел на друга, который слабо улыбался и при этом плакал, и тоже расплакался.

— Если ты… скажешь… это… в… следующий… раз… я… рассержусь.

⇔

— Ого, Берга что, сильнее стал? Ни одной царапины после драки со мной, – удивлённо заметил Клэр.

Несмотря на то, что они только что серьёзно подрались, оба парня остались абсолютно невредимы.

Берга был бессмертным, так что все синяки и порезы попросту зажили, в то время как Клэр изначально не получил ни одного ранения.

Кит и остальные добрались до офиса, где не было никого, кроме живущего там Тика. Конечно, ведь все, следуя приказу, ждали следующих указаний у себя дома.

— Теперь давайте перейдём к сути. Кого нужно убить? Если Бартоло, то тогда мне нужно немного подготовиться, а если Густаво, то разберусь прямо сегодня.

— А я смотрю ты о них осведомлён, да?

— Бартоло нанимал меня парочку раз. Хотя Густаво, скорее всего, об этом не в курсе.

— …Разве наёмные убийцы не должны держать личности своих клиентов в тайне?

— Ха-ха-ха, Лак, ты вообще не изменился, всё такой же придирчивый, как и всегда. А, да неважно. Вы же никому не расскажете, да? Не расскажете ведь?

Лак оставил эту тему и перешёл к сути дела, обращаясь к взволнованному Клэру:

— Так, Клэр. Для начала… ничего не предпринимай. Ну, а пока я с тобой не свяжусь, прогуляйся по городу.

— Чего?

Глядя на довольно растерянного Клэра, Лак заговорщицки прищурился:

— Пока что я хочу, чтобы ты послужил «сдерживающим фактором».

⇔

В то же время в номере отеля Густаво рвал и метал от ярости.

— Ты, чёрт возьми, издеваешься надо мной, Бегг?! Значит, товар украли, и ты просто оставил всё, как есть?! У меня были такие планы на эту взрывчатку!

— Мне… передали… рецепт… изготовления… За… месяц… я… смогу… изготовить… партию.

— Будет уже слишком поздно! Чёрт! А я уж понадеялся взорвать каждое заведение этих Гандоров! Каждый чёртов бар, казино и пункт приёма ставок вместе со всеми клиентами!

— Ты… с ума… сошёл?

— Да хорош уже! Хватит из себя непойми что строить! Серьёзно! Этот твой друг совсем бесполезен, да?!

Но стоило Густаво сказать это, как Бегг с необычайной для него скоростью приблизился к мужчине, остановившись прямо перед ним.

— Гах?! Ч-чего?

— Не смей оскорблять… моих друзей.

Бросив это, Бегг немного отошёл. На секунду Густаво действительно испугался тона, которым мужчина это произнёс, однако вскоре он в ярости сжал кулаки и воскликнул:

— Ха! А разве не так? Если продавец теряет товар, которым он торгует, то он откровенно дерьмовый продавец!

Услышав это, Бегг секунду молчал, после чего вдруг разразился громким смехом.

— Ха-ха-ха!.. Верно… всё… как… ты… и сказал!.. Давно… я… так… не… смеялся.

И с этими словами Бегг вышел из комнаты.

— Да что не так с этим парнем?

Густаво окончательно растерялся, совсем не понимая реакцию Бегга, и решил снова прокрутить в голове сказанные только что слова.

Продавец теряет товар. Дерьмовый продавец.

Наркотики. Рой. Ограбление. Ответственный за это. Я.

— А?

До него наконец дошло, почему Бегг рассмеялся, и со злости мужчина швырнул в окно уже третью пепельницу.

— Так он надо мной смеялся?!

⇔

В тот же вечер в информационном агентстве руководители провели совещание касательно последних событий.

— Сегодня самая важная тема – это, должно быть, инцидент на Флайинг Пуссифут, на котором прибыла Рэйчел. Похоже, сам сенатор Бериам причастен к сокрытию произошедшего. Я позвонил одному знакомому работнику железнодорожной компании, и он сообщил мне кое-что, однако нам всё ещё не хватает всей информации, чтобы увидеть полную картину. Главный вопрос: кто же этот «красный монстр», которого видела на поезде Рэйчел, но у меня есть некоторые предположения. Потому что, похоже, наёмный убийца Вино тоже ехал на этом поезде, так что если мы сможем поговорить с ним, то картинка наконец сложится.

— Вино… Вы говорите про Клэра Станфилда? Разве он не погиб в купе проводников?

Услышав вопрос Николаса, голос за горой документов уверенно ответил:

— Это просто догадка, но, что ж. Возможно, там нашли кого-то другого. Лицо полностью уничтожили и сожгли – классическая обманка, чтобы подменить личность. Довольно грубый метод. Кроме того, мне кажется, Рэйчел кое-что утаила. Потому что её – безбилетницу – так быстро отпустили, а это значит, что кто-то отдал ей билет. Всё же она не стала бы красть его у мертвеца.

— В таком случае единственный, у кого мог быть запасной билет – проводник.

Человек за горой бумаг согласился с Элеаном:

— Верно, но оба проводника мертвы. Если смотреть на это с такой точки зрения, то, вероятно, Рэйчел встретилась с Клэром, и он попросил её не рассказывать об этом. А она умеет держать слово, когда дело касается подобного.

Немного помолчав, информатор решил поговорить о самом Клэре.

— И что-то мне не верится, что его бы так просто убили. Мне в целом сложно представить человека, который мог бы сделать это. Разве что Ронни из семьи Мартиджо, Шанне из Лемуров…

Он назвал ещё несколько других имён, после чего закончил список самым «подходящим» кандидатом:

— Или… «Мастер на все руки» Феликс Уокен, он бы, скорее всего, мог победить. Хотя я слышал, что он ушёл в отставку и больше не наёмный убийца.

— Феликс Уокен? Он всё ещё в городе? – удивлённо спросил Николас, никак не ожидавший услышать это имя.

— Да, и из-за своей новорождённой дочери он, похоже, хочет завязать с прошлым… Кстати, говорят, что он смог в одиночку противостоять одному из самых влиятельных и опасных людей в Манхэттене – Альберту Анастазии из «Корпорации убийств» Лаки Лучано. Не думаю, что такой человек сможет просто уйти в отставку, не правда ли?

После этого президент тут же сменил тему, и они перешли к обсуждению инцидента с семьёй Рунората.

— …Вот и всё. Кстати, Николас. Что там с той чёрной сумкой?

Обсудив всю полученную за день информацию, президент решил узнать то, о чём они ещё не говорили.

— Ничего особенного. Разве что недавно к Лие Линсян заглянули двое мужчин. Думаю, один из них Фан Линсян – её младший брат, который приехал сегодня.

— А у них оба родителя китайцы? Имена довольно необычные.

— Их отец, судя по всему, был британцем. И из-за этого их не особо любили в общине, так что в итоге у Фана с кем-то возникли серьёзные разногласия.

— Что насчёт второго мужчины?

— Это ещё не подтвердили, но он, должно быть, партнёр её младшего брата – Йон Парнелл.

— Любопытно. Ты смог выяснить всё это так быстро?

— А, нет, просто… Они были персоналом на борту Флайинг Пуссифут, так что это просто удачное совпадение.

Остальные руководители понимающе кивнули. Наконец президент произнёс:

— Тогда, Николас, пусть кто-нибудь из твоих людей продолжит слежку. Сейчас нашим приоритетом является следить за этим «непрерывным передвижением». Помните инцидент с «вином бессмертия» в прошлом году? Тогда тоже произошла череда совпадений, завязанная на этом вине. Но тогда мы не смогли проследить за передвижением этого самого вина и предсказать, чем всё кончится. В этот раз всё намного проще, поскольку мы наблюдаем за событиями с самого начала. Та-а-ак, что ещё странного произошло сегодня… «С неба на Форд упала пепельница»?.. И что это значит?

⇔

— Что же мне делать?

Лия Линсян сидела в комнате на первом этаже небольшого жилого дома в Маленькой Италии, обеспокоено уставившись на чёрную кожаную сумку.

Да, она согласилась на просьбу своей лучшей подруги Эдит и взяла сумку на хранение, однако девушка не могла надолго оставлять её в этой комнате, где даже дверь на ключ нельзя закрыть. В особенности потому, что это было чем-то, что в крайнем случае могли передать полиции, то есть ей любой ценой нужно найти безопасное место для её хранения.

Да, Лиа сказала Эдит, что отдаст её «надёжному человеку», но она всё ещё не решила кому именно. Хотя лучшим вариантом было бы отнести её Ронни или Майзе, но Эдит попросила «держать это в тайне от людей из организации», так что их кандидатуры отпадали.

Лучше всего будет передать её Эннис. Подумав об этом, Лиа потянулась к кожаной сумке, как вдруг услышала стук в дверь.

На мгновение девушка испугалась, однако стоило ей услышать последовавший за этим голос, как её сердце затрепетало от радости.

— Давно не виделись, сестра! Это я!

Это был голос её младшего брата, с которым она не виделась уже долгое время, поскольку парень жил очень далеко.

— А, извините за беспокойство…

Её младший брат и молодой человек, который был его партнёром, попросили девушку приютить их на ночь.

Парень рассказал о том, что они внезапно потеряли работу в вагоне-ресторане, и что с завтрашнего дня они остановятся у каких-то богатеев на улице Миллионеров и будут работать там.

— Э-э? Жить вы тоже будете в этом особняке?

— Ага. Сказали, что можно брать все вещи и что у них даже сейф есть, так что можно спокойно взять и всякие ценности…

Стоило Лие услышать эти слова, как все её беспокойства тут же развеялись.

Удивительно, но неожиданно объявились и надёжный человек, и безопасное место для хранения.

⇔

1 января 1932 года.

— Что же делать?.. Ублюдок Рой, да где ты шляешься?

Последние несколько дней Эдит пыталась отыскать Роя.

Взглянув на дом, в котором жил парень, издалека, девушка заметила там людей, напоминающих мафиози. Рой, наверное, всё же не был настолько глуп, чтобы вернуться туда.

И это так же означало, что его ещё не поймали.

Цепляясь за эту надежду, Эдит отправилась в легендарное информационное агентство.

За дверью с табличкой «Дейли Дейс» девушка обнаружила нескольких суетливых редакторов, которые продолжали работать, несмотря на Новый год.

— Спасибо, что проделали такой долгий путь до нашего «Информационного агентства».

Тем, кто поприветствовал её, был «мужчина с яркой, но отталкивающей улыбкой». И хотя девушка тут же несколько пожалела, что решилась переступить порог, отступать было уже слишком поздно.

— Вы хотите подписаться на рассылку? Или получить некоторую «информацию»?

Столкнувшись с фальшиво вежливым парнем, Эдит нервно выпалила:

— Информацию.

— В таком случае, прошу, пройдёмте сюда. Меня зовут Генри. Будем знакомы.

Улыбка мужчины с ресепшена вдруг стала ещё более отвратительной, и он проводил Эдит в приёмную.

⇔

В то же время в кабинете президента Николас разговаривал со своим начальником.

— Этот Генри явно что-то скрывает.

— Знаю. Он никогда не умел лгать.

— Он без проблем собирает и предоставляет информацию, умело оперируя ей, однако иногда он слишком увлекается этим, что немного раздражает.

— Он ещё не до конца понял, с каким «риском» связано владение информацией. Хотя, думаю, столкнувшись с ним, он начнёт сдерживаться.

Голос, раздавшийся из-за стопок документов, казался немного напряжённым, будто его обладателя переполняли сложные и запутанные эмоции.

— Хотя, если возможно, мне бы хотелось, чтобы никто из моих работников не испытал данного опыта. Всё же «информация» как раз таки и нужна, чтобы предотвращать подобное.

⇔

Из-за своей любви к манипуляции информацией я и избрал эту сферу деятельности. Раньше мне всегда казалось, что информаторы тайно передают информацию где-то в тёмных переулках или барах. Но я и подумать не мог, что в мире существует столь дерзкое информационное агентство.

Управляя информацией, ты можешь управлять и связанными с ней вещами. Иногда деньгами, иногда людьми, иногда жизнями или городами, а иногда даже целыми странами или вообще всем миром.

Нет ничего лучше, чем держать в руках все эти «судьбы». Даже самые последние наркотики вроде того, что недавно наполнил улицы, – ничто по сравнению с этим. Ты можешь держать себя в руках и при этом практически ощущать себя «Богом» этого мира.

И это агентство обеспечивает меня этим наслаждением. Сейчас только я обладаю информацией касательно того, что из-за разборок Рунората и Гандоров Рой в настоящий момент ищет Еву. На самом деле, как раз этот факт и связывает все эти события вместе. И я единственный, кто знает об этом. Иными словами, в этом «мире», в котором оказались все вовлечённые в этот инцидент, я нахожусь в самой выгодной позиции.

Всё же этот парень Рой был очень легко одурачен информацией, которой я манипулировал. И именно поэтому я уже не могу сдерживать себя. Раньше из-за Николаса, Элеана и президента у меня были связаны руки, и у меня не было никаких шансов, однако в этот раз я могу делать всё, что захочу.

Какой же он всё же идиот. Как вообще можно поверить, что какая-то девчонка вроде неё в самом деле знает о фабрике, производящей наркотики? И как она может выступать свидетелем? Другими словами, даже если он встретится с ней и похитит, как только Рой начнёт угрожать Рунората, семья сотрёт все улики.

И даже если он сможет сбежать от Рунората, он всё равно будет замешан в похищении.

А доказательств о том, что он хоть как-то связан с этим издательством, не будет, потому что продавать я ничего не продавал, лишь «немного поболтал сам с собой».

Конечно, будь у этого парня деньги, я бы отнёсся к этому серьёзнее, все же бизнес есть бизнес.

Но, в конце концов, этот парень лишь отброс общества, который в итоге загнётся от наркотиков.

Таких я всей душой ненавижу. Так что я попросту преподал ему небольшой урок, чуть ускорив процесс.

Ведь с этим не должно быть никаких проблем. Совсем-совсем-совсем никаких.

И теперь на пороге нашего агентства появилась эта девушка.

Она возлюбленная Роя – Эдит. Всё становится куда интереснее.

Мне правда хочется видеть, как и её жизнь скатится на самое дно.

Теперь я контролирую судьбы пары влюблённых. Такое удовольствие мне ещё не приходилось испытывать.

— По правде сказать, у меня есть предположение касательно нынешнего местоположения мистера Роя.

— Правда?!

— На самом деле, мне удалось поговорить с ним лично пару дней назад…

Чем дольше я пересказывал «всю» нашу с Роем беседу, тем белее становилось лицо девушки. Наблюдать за ней – сплошное удовольствие.

— П-погодите минутку… Так значит Рой?..

— Предположу, что сейчас он с мисс Евой. Я пытался вразумить его, поверьте, я всеми силами пытался.

— Нужно его срочно остановить…

Наблюдая за тем, как Эдит вскочила на ноги, Генри резко спросил:

— Могу я поинтересоваться, куда вы направляетесь? Вы ведь не знаете, где находится особняк мисс Евы, не так ли?

Услышав эти слова, Эдит кинула на Генри сердитый взгляд.

— Ну так скажите мне! Я заплачу! Любую цену! – воскликнула девушка, хлопнув по столу кошельком, но Генри лишь покачал головой.

— Вы хотите остановить его? Но на деле для него нет другого пути. Даже если шансы невелики…

— Я так не думаю. Разве вы сами только что не сказали, что Рой избрал его, только потому что у него не было денег? И это значит, что за должную оплату вы предоставите мне «правильную информацию», верно?

— Держите себя в руках, прошу, – недовольно пробормотал Генри, бросая кошелёк обратно Эдит. – Вы правда думаете, что люди вроде вас с Роем смогут заплатить за информацию о том, как сбежать от семьи Рунората? Прошу, прекратите обманывать саму себя.

Генри медленно поднялся со своего стула и наклонился к лицу Эдит. Его тон и взгляд кардинально изменились, словно теперь он был самим Богом или дьяволом, управляющим всем этим миром.

— Информация – это сила. Если хотите заполучить её, то нужно заплатить определённую цену. А слабые должны умереть. И это естественно. Эту силу могут заполучить только обладающие финансовой мощью, властью или сведениями. Она не была бы столь сладка, если бы ей можно было завладеть так просто.

Затем, внезапно вернувшись к своему изначальному тону, информатор тяжело опустился обратно на своё место.

— …Как-то так. Теперь всё ясно?

Эдит уставилась на Генри, после чего решительно спросила:

— Тогда позвольте узнать. Какая информация может быть использована для «обмена»?

Генри сокрушённо пожал плечами, но, подумав немного… он вспомнил о последнем вечернем совещании и с улыбкой произнёс:

— Вам что-нибудь известно о вчерашнем инциденте на Флайинг Пуссифут?

— Иными словами, чтобы составить цельную картину произошедшего, нам нужна информация от наёмного убийцы Вино… Нам нужны его «показания».

После этого Генри глубоко вздохнул.

— Что ж, как я и сказал ранее, взамен за беседу с убийцей по прозвищу Вино я всё вам расскажу. И о том, где находится особняк мисс Евы, и о том, как сбежать от семьи Рунората.

— Правда? Тогда договорились!

Наблюдая за Эдит, которая тут же собралась уйти, Генри внезапно задал ещё один вопрос:

— Зачем вам заходить настолько далеко?

— Потому что мы дали друг другу обещания. У него ушло много времени, чтобы сдержать своё. Но у меня времени нет. Потому что, если я не потороплюсь, он умрёт. Вот и всё.

— Хм? Правда всё?

— В этом весь смысл обещаний, верно? Не стоит сожалеть об этом, даже если они не совсем равноценны.

И, не оборачиваясь назад, девушка решительно вышла из комнаты.

— Я всё слышал, засранец, – внезапно выкрикнул голос позади Генри, и тот от неожиданности вздрогнул. – У тебя совсем стыда нет? Лучше тебе приготовиться к урезанию зарплаты!

— М-мистер Николас.

Генри развернулся и увидел хмурого редактора английского издания, стоящего там. По-видимому, в какой-то момент он вошёл через заднюю дверь приёмной.

— П-погодите, пожалуйста. Касательно Роя, у него не было денег, поэтому я просто предложил…

— Да? Тогда чего же ты не сообщил об этом?

— Я подумал, что это не касается нашей работы.

— В таком случае ты признаёшь, что отлынивал от своих обязанностей, так?!

Николас схватил Генри за воротник, и парень приготовился к тому, что его сейчас ударят.

Но удара так и не последовало, после чего Николас просто отпустил его.

— Но поскольку в конце ты проявил такое мужество, я тебя прощаю. В любом случае неплохо сработано. Думаю, президент пересмотрит своё мнение. Как бы там ни было, эти два инцидента взаимно уничтожают друг друга.

— П-правда?

Глядя на недоумевающего Генри, Николас вновь нахмурился.

— Э? Неужели ты не понимаешь, о чём я?.. Вот как.

Николас кинул на Генри полный жалости взгляд и развернулся, направляясь за своё рабочее место.

— Бедняжка. Что ж, ну теперь я хотя бы понимаю, о каком «риске» говорил президент. Только оказавшись между жизнью и смертью ты сможешь измениться. Но будь осторожен, не хватало, чтобы тебя и правда убили.

Генри, совершенно не понимающий, о чём говорит его коллега, остался один, и его охватила странная, но невероятно сильная тревога.

И что это вообще было? Чёрт, вот почему люди, не владеющие информацией, совершенно беспомощны!

⇔

Решительно настроенная Эдит, полностью готовая к смерти, направилась в офис семьи Гандор.

Когда она спускалась вниз по лестнице, ведущей в подвал, то ещё раз обдумала свою идею.

Из всего её окружения единственными, кто мог знать что-то о наёмном убийце, были три брата Гандор. Конечно, она почти не надеялась на это, но ей оставалось только попытать удачу.

Однако если она попытается спросить у них об этом, то ей придётся рассказать обо всём. И неизвестно чем это закончится. Возможно, на неё просто накричат, а может прикончат прямо на месте, или сначала помогут Рою, а затем убьют вместе с ним. Но пока есть хоть небольшой шанс на спасение, сдаваться нельзя.

Можно, конечно, сбежать с Роем из города, но Рой будет против, ведь тогда ему придётся бросить семью и друзей. Она вполне могла уговорить его, но тогда они оба определённо будут жалеть об этом до конца своих дней.

Решив, что в случае чего она станет для него щитом от пуль, Эдит с полным осознанием, что может умереть, медленно продолжила свой спуск по лестнице, спрыгивая с последней ступеньки, словно с обрыва.

— А-а, мисс Эдит! Добро пожа-а-аловать!

Девушка тут же увидела приветливого Тика, сидящего за центральным столом в пустынном зале и коротающего своё свободное время. Но кто этот мужчина напротив него? В баре она его никогда не видела.

Затем, присмотревшись чуть получше, она заметила, что на столе перед ними лежат какие-то предметы.

Ими оказались множество пар новых блестящих ножниц.

— Хорошие, не правда ли? Я много купил! Они очень острые и отлично всё ре-е-ежут! – по-детски улыбаясь поделился Тик.

Мужчина напротив него положил ладонь на стол, а другой рукой схватил пару ножниц.

Звяк Звяк Дзынь Звянь Дзяк Дзынь Звяк Звянь Звяк Дзынь Звякзвяяякдзыньзвякзвякзвякдзыньдзяньзвякзвяньдзяньзвяк.

Ножницы быстро пронзали стол между пятью растопыренными пальцами, летая взад и вперёд, туда и обратно, снова и снова. Они словно танцевали, передвигаясь ритмично и быстро. Их темп всё ускорялся, пока движения не стали настолько быстрыми, что глаз просто не мог уследить за ними, улавливая лишь какое-то мельтешение.

Но ещё невероятнее было то, что, немного присмотревшись, можно было заметить, что, каждый раз, опуская их вниз, мужчина щёлкал лезвиями.

Как только лезвия открывались, концы ножниц вонзались в стол, и палец оказывался между ними, а стоило им оторваться от дерева, как мужчина тут же закрывал их.

Если бы он допустил хотя бы малейшую ошибку, это вполне могло стоить ему отрезанного пальца.

— Вау, круто, круто-о-о! Я то-о-оже хочу попробовать!

— Лучше не стоит. Если поранишься, будет больно. Правда, очень больно.

— Не люблю, когда больно. Точно, в следующий раз, когда буду пытать кого-то, попробую на нё-ё-ём!

Слушая диалог этих двоих, Эдит почувствовала, как по её позвоночнику пробежал озноб.

Судя по всему, «смерть» – это ещё не самое худшее.

Мгновение девушка колебалась, но к этому моменту было уже слишком поздно.

— Мистер Кит, мистер Берга, мистер Лак! Тут мисс Эди-и-ит пришла!

Стоило Тику крикнуть это, как дверь в конце зала тут же распахнулась, и на пороге показались силуэты трёх братьев.

— Ох, мисс Эдит. Что-то случилось? Ах да, бары же пока не работают, но не волнуйтесь, зарплату выплатят, как положено…

— Нет-нет, мистер Гандор. Дело не в этом.

Пути назад нет. Ради спасения Роя девушка шагнула в адскую бездну.

— Я… я предала вас, мистер Гандор.

Когда они выслушали исповедь Эдит, трое мужчин некоторое время молча хмурились. Взглянув на своих старших братьев, Лак наконец подал голос:

— Мы понимаем, о чём вы, мисс Эдит. Честно сказать, нам жаль, что вы не смогли довериться нам. Но несмотря на это, мы не собираемся искать мистера Роя.

Лицо Эдит тут же озарила радость.

— Правда?!

— А, да, мистер Рой не один из нас. Вообще правила организации не распространяются на тех, кого мы даже никогда не видели. Хотя наркотики на нашей территории запрещены, мы не можем контролировать каждого.

Но в этот момент улыбка исчезла с лица Лака.

— Но, мисс Эдит, проблема в вас. Вы знали про этот запрет и всё равно скрывали правду. Даже если вы всего лишь официантка в нашем баре, вы всё ещё «одна из нас», так что подобное расценивается как предательство.

А-а, да, он прав. И хотя я уже была готова к этому, мне всё ещё не хочется умирать, не убедившись, что Рой в порядке.

— Касательно того, что нам делать с вами… По правде сказать, с таким мы сталкиваемся впервые. Что же нам делать… Что будем делать? Ки, Бер?

Лак повернулся к двум своим братьям, которые стояли рядом.

— Что нам делать… А ты что думаешь? – пробормотал Берга и оглянулся на Кита.

Кит же, похоже, тоже столкнулся с некоторой дилеммой и, опустив голову, напряжённо перетасовывал карты для покера.

Три брата отошли немного подальше и начали тихо обсуждать, что же им предпринять.

— Что делать-то будем?

— Меня не спрашивай. А что обычно делают?

— На Сицилии за адюльтер приговаривают к смерти… Но у нас другой случай.

— Убивать за подобное – полный идиотизм. А знаете что? Давайте просто скажем, что она невиновна.

— А потом придётся последствия разгребать. Я соглашусь, что убивать девушку за подобное не стоит, но всё же надо придумать какое-то подходящее наказание.

— Лишим зарплаты за месяц?

— Мы же не официальная контора.

— Ну и что тогда? Будь она парнем, я бы ей все зубы выбил, и всё тут!

— Даже не думай! Нет ничего хуже, чем поднять руку на девушку!

— Да знаю я! Поэтому и говорю, давайте скажем, что невиновна!

— Но у нас нет никаких причин для этого… А-а, помиловать нельзя, насилие применять тоже нельзя…

— А может шанс ей дадим?

— Шанс?

— Помнишь, тому предателю Джоги мы тоже дали шанс на спасение, причём девять к десяти. Он, правда, в итоге всё равно умер.

— Но русская рулетка – это немного перебор.

— …

— Вот оно! Воспользуемся колодой Кита! Если вытянет джокера, то виновна.

— Точно-точно! А джокеров мы всех заранее вытащим!

— …

Стоило Киту услышать это, как на его лице отразилось ещё большее беспокойство, и он молча развернул карты лицом к ним.

— Чего?! Одни джокеры?!

— Я давно уже спросить хотел, ты где вообще эту колоду купил?!

— Ты же не мог купить пятьдесят две обычные колоды, а потом сложить эту, вытаскивая оттуда джокеров одного за другим?.. Ух, Кит?

— ……

— Тогда… Тогда давайте наоборот: если вытянет джокера, то невиновна!

— Да это бессмыслица какая-то!

Какие ужасные вещи они обсуждают? Насколько жутким способом они собираются убить меня?

Глядя в спины трёх мужчин, отошедших в угол комнаты, Эдит чувствовала, как по её собственной льётся холодный пот.

Наблюдая за девушкой и тремя парнями, которые переговаривались, казалось, целую вечность, Тик и неизвестный мужчина наконец пришли в движение.

Загадочный парень внезапно перестал жонглировать пятью парами ножниц и, обернувшись, тихо шепнул что-то Тику. На это юноша несколько раз щёлкнул своими новенькими ножницами и без капли смущения обратился к трём братьям:

— Э-э-эй, Эдит сделала что-то плохое?

Услышав голос Тика, Лак обернулся и немного неохотно ответил:

— Не сказать, что что-то очень плохое, закон она не нарушала. Просто сделала кое-что довольно неприятное для нас.

— У Эдит очень длинные волосы, правда-а-а?

— Ну, да?..

Вдруг Лак всё понял, и его глаза в шоке удивлённо расширились. А в это время губы Тика растянулись в до странного невинной улыбке.

— Можно я их отрежу?

— Я и раньше уже думал об этом, – под металлический звон пробубнил себе под нос мужчина, играющийся с ножницами, – проблемы-то вы решить можете, но вы совершенно не подходите на роль боссов мафии.

Волосы – это главное достояние девушки. Кто знает, из какой эпохи пошло это выражение, но было решено, что немного остричь волосы Эдит будет достаточным наказанием. Когда девушка осознала это, она тут же чуть не рухнула на пол от облегчения.

— Но уточню, это только в этот раз вы одними волосами отделаетесь.

Хотя изначально её собирались побрить налысо, все пришли к выводу, что «ножницами это сделать сложновато», так что решили вдвое укоротить изначальную длину.

А поскольку с ножницами обращался настоящий мастер, с новой причёской Эдит стала выглядеть даже лучше, чем раньше.

— Я зако-о-ончил! – весело крикнул Тик и, тихо хихикнув, в последний раз щёлкнул ножницами.

И этот звук как бы ознаменовал окончание этого никому не интересного фарса.

— Тогда давайте вернёмся к главному. Какого рода информацию хотел от вас тот брокер из информационного агентства? Похоже, это нечто, что нельзя узнать, не прибегнув к помощи таких людей, как мы.

Вот оно. Девушка чуть не забыла, что это всё было только лишь первым испытанием. Если трое братьев ничего не знают о Вино, то всё это было напрасно.

Помолившись про себя, девушка медленно произнесла это имя:

— Эм, на самом деле, мне хотелось бы узнать, где находится наёмный убийца по прозвищу Вино!

Только эти слова слетели с губ девушки, как мужчина, жонглирующий двадцатью ножницами в углу, обернулся в её сторону:

— …Звали?

⇔

Уже приближалась ночь, когда на пороге особняка семьи Дженуардо показались две фигуры.

Они несколько раз позвонили в дверной звонок, и, наконец, великолепная парадная дверь отворилась, и перед ними появился пожилой дворецкий.

— Добрый вечер, господа, могу я узнать, кто вы такие?

Услышав довольно удивлённый голос Беньямина, китаец и ирландец приветливо улыбнулись и ответили:

— А, это же дом семьи Дженуардо? – спросил ирландец. – Мы пришли по рекомендации шеф-повара Грегуара.

— Мы будем готовить и прочее.

— О-о, так это вы! Заходите-заходите, прошу, пройдёмте!

Следуя за пожилым дворецким, дуэт зашёл в роскошный особняк.

— Это, наверное, дворецкий, – шепнул китаец – Фан Линсян.

— Ага, прям такой типичный дворецкий. Только усов не хватает, – так же шёпотом ответил ему ирландец – Йон Парнелл.

Ещё вчера они оба работали на борту трансконтинентального поезда Флайинг Пуссифут, но из-за одного инцидента не только вагон-ресторан прекратил своё обслуживание, но и весь состав в целом.

И вот, по рекомендации шеф-повара того вагона-ресторана – Грегуара, они временно устроились на работу в этот особняк. Пока они здесь на испытательном сроке до середины января, но если всё пройдёт удачно, и их сочтут достаточно компетентными, то тогда их возьмут с собой в фамильное поместье в Нью-Джерси.

И поэтому эти двое были полны надежд и намеревались показать себя с лучшей стороны на этой работе. Всё же останутся они или нет, зависело от того, какое впечатление они произведут и какой профессионализм покажут, готовя качественные блюда из имеющихся ингредиентов.

И пока двое мысленно размышляли о том, что их ждёт, они продолжили следовать за пожилым дворецким, который привёл их к большой двери на втором этаже.

— Мисс! Мисс! Повар и бармен прибыли! Мисс, не могли бы вы встретить их…

Но ответа не последовало.

— Мисс?

Пожилой дворецкий не знал, стоит ли ему открывать дверь: если госпожа спит, то ему строго запрещено так поступать, и это станет невероятным позором.

Но пока пожилой мужчина колебался, беспокоясь об этом, Самаса, проходившая мимо, не думая дважды, распахнула дверь.

— Мис, вас ждёт смачний ужин!

Не дожидаясь ответа, Самаса спокойно вошла в комнату, однако Евы нигде не было видно.

Дворецкий, заметивший это, отбросил тот факт, что это комната госпожи, и тоже забежал внутрь.

— М-мисс?! – воскликнул он, однако ответа всё так же не последовало.

Окно у дальней стены было широко распахнуто, и шторы развевались на сильном ветру.

Самаса и остальные тут же бросились к нему и увидели приставленную к окну длинную лестницу, ведущую вниз.

— Что это?

Фан, зашедший вслед за ними в комнату, взял со стола какую-то записку.

— Б-быстрее, отдайте это мне!

Пожилой дворецкий практически вырвал письмо из рук парня и начал быстро скользить глазами по его содержимому.

А в нём Ева извинялась за то, что так внезапно покидает дом без какого-либо предупреждения, и благодарила Беньямина и Самасу за то, что они заботились о ней всё это время. Когда он дошёл до части, где Ева говорила: «Если я не вернусь домой в течение трёх дней…» – дворецкий почувствовал, как его сердце пропустило удар.

— Мисс… Как же вы…

— Ах, мисс… Зачем же вам поступать столь опрометчиво!

Наблюдая за пожилым дворецким, убивающимся на диване, Самаса вдруг окликнула его:

— Нечго слёзы лити. Мис сама решила, что справицца. Всё з нею в порядке буде!

— И как же мне не беспокоиться?! Самаса! Как ты можешь оставаться такой спокойной, когда… – возмутился пожилой дворецкий, но, подняв голову, вдруг замолк.

Самаса переобувалась в ботинки, которые обычно носила на улице, будто собралась куда-то.

— Куда ты собралась?

Фан и Йон тем временем тоже уже направились наружу.

— Значит, сначала тот инцидент на поезде, теперь вот это – даже в новом году одни беспокойства, – пожаловался Йон.

— Ничего не поделаешь. Раз госпожи нет, то готовить не для кого, и это просто пустая трата сил, – спокойно отозвался Фан.

Самаса удивлённо взглянула на растерянного дворецкого и сказала:

— Таки искать мис, куди ж ще. Ты з нами ци не?

Через секунду колебаний дворецкий подскочил с места, мысленно ругая самого себя за глупость, и воскликнул:

— Конечно я с вами, чего мы ждём!

— Дарэчы, а шо за чорную сумку ты тягаэш? – спросила Самаса, глядя на багаж в руках Фана.

Фан, в свою очередь, немного смущённо ответил:

— А, это. Утром сестра попросила отнести куда-то на хранение. Сказала, что нужно положить куда-то в надёжное место, так что я подумал, что смогу оставить её в здешнем сейфе, но стало как-то не до этого.

— Похоже, внутри какой-то новый препарат или вроде того, так что она искала того, кому можно доверять.

Услышав это, Самаса хлопнула себя по груди:

— Таки тогда вы повинни отдать це тому, да каго мы идём! Там компания велика, так шо це место самое безпечне и надёжное!

⇔

В то же время Генри покончил с работой и уже готовился идти домой, как вдруг заметил рядом кого-то.

— Хм? Ах, неужели это мисс Эдит? Чем могу помочь?

Хм, наверняка поняла, что ничего не может сделать и вернулась поплакаться. Верно, так оно и есть.

— Мистер Генри, помните, что вы сказали мне раньше, верно? Информация – это сила. Если хочешь заполучить её, то нужно заплатить определённую цену.

— Да, так оно и есть. И что же, у вас есть эта сила?

— У меня нет финансовой мощи или власти… Однако связи стоят дороже всего.

— Прошу прощения?

В этот момент чья-то рука легла на плечо Генри и сильно его сжала.

— Добрый вечер.

Генри повернул голову и увидел стоящего за ним молодого парня. Хотя на деле ему было только около двадцати с чем-то, то есть он был, может, всего на пару лет старше самого Генри.

— Доб-рый ве-чер, – повторил парень, бросая на Генри сердитый взгляд. – Что-то не слишком дружелюбное отношение, хотя это ты хотел со мной встретиться.

Что?.. Быть не может!..

— Ты же хотел расспросить меня о том, что произошло на поезде?

Потянув Генри за собой, Клэр вышел на улицу.

— Тогда давай сходим покатаемся на ночном поезде. Получишь хороший опыт, почувствуешь то, что испытали перед смертью те, кого я убил. Наконец познакомишься с тем, кто обладает столь любимой тобой «силой».

Генри хотел вырваться, однако конечности парня его не слушались. Такое чувство, будто его оглушил рёв дикого зверя.

— А ценой за это станет твой ужас.

⇔

— Здесь находится особняк, где проживает мисс Ева Дженуардо. В остальном можете положиться на нас. Для начала, мисс Эдит, спрячьтесь в офисе семьи Гандор. Мы урегулируем вопрос с семьёй Рунората в течение недели.

В новостном издательстве сразу после того, как Генри забрали, Николас объяснял всю ситуацию братьям Гандор и Эдит.

— Мистер Кит, я уже слышал о вашей договорённости с президентом. Как только мы узнаем о намерениях Густаво и его людей, мы тут же сообщим вам, так что, пожалуйста, ждите новостей в вашем офисе или дома.

Несмотря на то, что на лице Николаса виднелась улыбка, как и при встрече с любым другим клиентом, его взгляд был очень серьёзным.

Элеан дождался, пока посетители уйдут, после чего радостно воскликнул:

— А ты всё трудишься в поте лица? Для человека, который вечно жалуется на занятость, ты отлично справляешься.

— А-а, чёрт побери, как информационный брокер я всё же должен придерживаться нейтралитета! И всё равно я полез в самое пекло, глядя на ситуацию субъективно. Но такое происходит в последний раз.

— Ясно. Но где же сейчас та чёрная сумка?

— По-видимому, в движении. Похоже, младший брат Лии Линсян забрал сумку с собой. Нам всё ещё не сообщили, куда именно он её отнёс, но, думаю, вскоре мы это выясним.

В это же время входная дверь новостного агентства распахнулась, и внутрь вошла компания людей самого разного возраста, пола и национальностей.

— Элеан! Я б хотила попросити тебя про дещо!

В комнату шагнула полная темнокожая женщина, держащая в руках большую чёрную сумку.

Увидев её поклажу, Элеан пробормотал себе под нос:

— Похоже, «объективными» нам в этой ситуации остаться уже не получится.

— …Помилуйте.

⇔

— Погоди-ка, ты сказал Вино?! – громко проревел Густаво в гостиничном номере.

— Да, похоже, так и есть, мистер Густаво.

— Тот самый легендарный наёмный убийца с Запада?

— Да, хотя он явно не стрелок.

— И ты хочешь сказать, его наняли чёртовы Гандоры?

Густаво одарил своего подчинённого недоверчивым взглядом, после чего затянулся и потушил недокуренную сигарету о пепельницу.

— Об этом уже болтают хулиганы на улицах. Мы встретили тех, кого прислали те важные шишки, так они на нас посмотрели и прямо сказали: «Вас, ребята, скоро всех прикончат. Против этого монстра Густаво и трёх дней не продержится». Ум, они даже пожалели нас.

— Вот же уроды!

Хотя внешне мужчина пытался этого никак не показывать, его сердце уже давно переполнял ужас.

«Вино». Тот самый псих-убийца? Почему он на одной стороне с такой мелкой организацией? Я слышал, однажды его нанимал сам дон Бартоло. Он всего за одну ночь смог уничтожить нескольких верхушек организаций, противостоящих нам в Ньюарке. Взамен на свои услуги он запросил поистине невообразимую сумму. И семья Гандор на самом деле может позволить себе нанять его?

— Ситуация дрянь, мистер Густаво. Некоторые из наших уже дрожат от страха.

— Чёрт-чёрт-чё-ё-ёрт! Тогда мы тоже должны воспользоваться убийцами! Убьём их прежде, чем они начнут действовать!

— Слишком поздно, все наши убийцы находятся под прямым контролем дона Бартоло. Если он и может предоставить нам что-то, то проще будет попросить его отослать нам какой-нибудь взрывчатки.

— Тогда найдите независимых убийц и наёмников! И как можно быстрее! Тех, кто в штаны не наложит, услышав имя Вино! Если они убьют этого парня, то точно смогут сделать себе имя, так что желающие наверняка найдутся! Найдите таких безбашенных! И повысьте награду за головы этих грёбаных братьев Гандор! Быстрее! Давай, чёрт возьми, шевелись!

— Сделают себе имя… Это уже и правда напоминает разборки на Диком Западе. Мистер Густаво окончательно свихнулся, – тихо ворчал себе под нос подчинённый Густаво, отправившийся исполнять приказ.

И в это время «слух» о Вино наконец превратился в реальную «информацию».

Эта информация тихо, но уверенно просочилась в глубины тёмной изнанки общества.

⇔

Ну хорошо, я сбежала из дома незамеченной, но как же мне найти людей семьи Гандор?

Несмотря на то, что Ева переоделась в наиболее удобную одежду, она всё ещё выглядела как настоящая богачка, чем привлекла немалое внимание прохожих.

И даже хотя небо уже начало темнеть, на Центральном вокзале было всё так же шумно, как и в течение дня.

Всё же, возможно, лучше было бы просто спросить у информатора.

Подумав об этом, девушка стала размышлять, как бы ей поймать такси и доехать до Чайнатауна, однако…

— Эм, простите, вы мисс Ева Дженуардо? – вдруг послышался слабый голос сзади.

Обернувшись, девушка увидела довольно неуверенного парня. Он тоже носил весьма необычную одежду: она вся была потрёпанной и помятой, но рядом с Евой контраст казался практически комичным.

Немного сбитая с толку девушка наконец уверенно кивнула.

— Э-эм… Меня зовут Рой. Рой Маддок. Эм, я хотел спросить у вас кое о чём, поэтому… Не возражаете?

— Спросить у меня? О чём же?

— Ну это касается вашей семьи.

Выражение лица Евы тут же изменилось.

Отлично, именно та реакция, которая означает, что «она что-то знает». Мне только нужно схватить эту девушку, и дело в шляпе. Воспользуюсь ей, как щитом, припугну Рунората, и тогда мы с Эдит будем спасены! Всё же не зря я за ней следил все эти дни!

Подобные мысли придали Рою уверенности. И чтобы показать своё превосходство над Евой, парень выпрямил спину и как можно более сурово произнёс:

— Я знаю о секрете твоей семьи.

Но на эту дешёвую фразу Рой получил реакцию, которой совершенно не ожидал.

— Неужели вы из семьи Гандор?!

— Э?

— Умоляю вас! Пожалуйста, прошу, позвольте мне встретиться с вашим боссом!

Ошеломлённый настойчивостью девушки, Рой растерялся.

Почему? Почему она вдруг упомянула Гандоров? Неужели…

Может, у меня всё ещё глюки от прихода?

Рой, потерявший некоторую связь с реальностью, мог только застыть на месте.

Чёрт, это опасно, Эдит, Эдит, помоги…

⇔

— Ложь! Как, как дедушка и папа могли заниматься подобным?! Быть не может!..

— Прошу, пожалуйста, тише!

Глядя на ошеломлённую Еву, Рой отчаянно пытался успокоить её, сам чуть ли не плача при этом.

Он отвёл её в ближайший ресторан и объяснил свою ситуацию. Похоже, эта юная леди ничего не знала о бизнесе, которым занималась её семья, и, услышав всё это, всеми силами пыталась их оправдать. И если она ничего не знала, то ему придётся как-то обмануть семью Рунората и каким-то образом обезопасить эту девушку.

Наблюдая за дрожащими плечами Евы и слезами, текущими по её лицу, Рой почувствовал себя бесстыжим мерзавцем. Зачем он рассказал ей правду, о которой изначально не хотел говорить, зачем довёл её до такого состояния, ведь всё же в отличие от него у неё впереди было будущее, полное надежд. Разве у него в самом деле не было другого пути? На самом ли деле не было способа перехитрить судьбу и позволить им мирно разойтись?

Но сейчас Рой не мог придумать этот путь.

Наркотики. Я слишком долго их принимал. Мне же постоянно казалось, что от этого кайфа мозги плавятся, наверное, они и правда растаяли. Раньше у меня из ушей текла какая-то странная жидкость. Должно быть, это и был мой мозг. Чёрт-чёрт-чёрт! Как же я сбегу вместе с Эдит, когда я такой идиот? Могу ли я сделать её счастливой? Чёрт-чёрт-чёрт. Эдит верно меня постоянно ругала. Потому что я на самом деле полный идиот!

Мысленно крутясь в созданном им самим водовороте, Рой всё ещё пытался как-то утешить Еву.

Однако кое-что он от неё утаил.

Он не сказал ей о том, что её отца и старшего брата убили люди семьи Рунората. Он лишь упомянул о договорённости, установленной между её семьёй и семьёй Рунората. Изначально он планировал «вызвать у неё ненависть к Рунората» и таким образом склонить девушку к сотрудничеству, но сейчас он считал невероятным везением то, что ничего не рассказал об этом.

Скажи он это, Ева, скорее всего, согласилась бы помочь ему.

Но это было бы чересчур. Если бы я на самом деле сделал это, то стал бы самым мерзким наркоманом. Пока я ещё в здравом уме, мне нельзя говорить ей об этом. Как я могу взвалить на неё такой груз? Такое могут сделать только совсем конченные торчки или вообще сам дьявол.

Прошло чуть больше часа, прежде чем Ева наконец успокоилась и восстановила трезвость рассудка. Взяв себя в руки, она с тревогой обратилась к Рою:

— Мне очень жаль за эту вспышку.

— А? А, а-а, ничего. Извини. Если это возможно, пожалуйста, забудь всё, что я только что сказал. А, хотя, нет, потому что тогда я умру. Что же делать?

От столь резкой смены тона Рой растерялся и занервничал ещё больше, чем прежде.

— Могу я задать вам один вопрос?

— Какой?

— Не так давно мои отец и старший брат попали в аварию и погибли. Но весь этот инцидент, может ли…

— Нет! Нет, я так не думаю. Парень из информационного агентства сказал, что они «просто воспользовались этим несчастным случаем»!

— Вот как…

Видя отразившееся на лице девушки облегчение, Рой почувствовал очередной приступ ненависти к себе.

Я соврал.

Если я сейчас не прекращу, то лишь ещё сильнее загублю будущее этого ребёнка.

Но если он воспользуется её именем, чтобы угрожать семье Рунората, то также украдёт её будущее.

Даже если бы он был предельно осторожен, то эту девушку могли убить, даже пройди всё идеально, верно?

И в таком случае это никак не помешает семье Рунората, и его друзья и семья окажутся под угрозой…

Э?

Рой наконец осознал, что это была битва, в которой он изначально не мог победить.

Этот ублюдок из информационного агентства…

И в тот момент, когда внутри него вспыхнула ярость, Роя окликнула Ева:

— Я согласна.

— Э?

— Но у меня есть просьба.

Стоило Рою услышать слово «просьба», как у него потемнело перед глазами. Но парень понимал, что на данном этапе он уже не может ей отказать.

— Пожалуйста, отведите меня к Гандорам прямо сейчас.

⇔

— Вот, это офис семьи Гандор.

Ева и Рой стояли перед дверью, на которой висела табличка «Работа временно приостановлена в связи с ремонтом» в переулке неподалёку от Малберри-стрит.

Здесь находился концертный зал джазовой музыки, куда Эдит множество раз приводила Роя. Офис Гандоров должен был располагаться в подвале.

— Я не могу показываться им на глаза, так что иди туда сама. Я подожду здесь.

— Я понимаю. И, как бы, спасибо.

— Нет-нет, прошу, не стоит меня благодарить, – с жалобным видом торопливо пробормотал Рой, покачав головой.

И в этот самый момент…

Скри-и-и-ип.

Дверь, на которой висела табличка, внезапно открылась, и протяжный скрип наполнил переулок.

Рой и Ева были настолько шокированы, что у них чуть сердца не остановились, когда они медленно повернули головы в сторону отворившейся двери.

— Ох. Вы что-то хотели? Мне очень жаль, но сейчас тут нет никого, кроме мистера Тика.

В дверном проёме стояла прекрасная девушка примерно тридцати лет. Она была стройной, как ива, с короткими золотистыми волосами и нежной, словно фарфоровой, кожей. Девушка напоминала куклу, которая сломается, если слишком сильно её обнять.

На её лице отражалась лёгкая улыбка, но она не казалась особо эмоциональным человеком.

— Эм, ну, простите, мы, это, мы бы хотели встретиться с кем-то из Гандоров…

— Здесь три человека с такой фамилией. А если учитывать меня и мою невестку, то пятеро.

Услышав этот добродушный ответ, Рой, несколько растерявшись, спросил:

— Эм, а вы кто?

Женщина тут же миролюбиво ответила:

— Меня зовут Кейт. Я жена старшего из трёх братьев – Кита Гандора.

⇔

Когда Кит и остальные вернулись в офис, там находился только Тик, играющийся со своими ножницами и вырезающий что-то из бумаги.

— А, с возвраще-е-ением! – поприветствовал боссов юноша, растягивая бумажную гирлянду из Томми-ганов. – Миссис Кейт недавно заходила. Она сказала, что выйдет ненадолго, но, похоже, пошла домой.

Услышав слова Тика, Кит слегка нахмурился.

— А, ты же говорил, что сегодня сходишь домой.

— Ты ведь с конца прошлого года работал, и вы толком и не виделись даже на новогодних праздниках, да?

— …

Покачав головой, Кит повесил на вешалку пальто и шляпу. Несмотря на всё это, и сегодня он не мог вернуться домой.

— Верно, сейчас не самое время для подобного.

— Кстати, а куда Клэр подевался? Он же не в самом деле потащил того парня на ночной поезд, верно?

— Учитывая, что речь идёт о Клэре, вполне возможно, что это так.

— Да, кстати, с чего это он был такой взволнованный? Ещё сказал что-то типа: «Я как раз хотел кое-что спросить у информатора». И что это значит?

Клэр почти всегда оставался в стороне и хранил полную невозмутимость, однако стоило ему услышать просьбу Эдит, как на его лице тут же засияла лучезарная улыбка, будто он вспомнил что-то хорошее.

— А-а, верно, он, наверное, хочет узнать о той девушке, на которой собирается жениться, не так ли?

⇔

— Итак, у тебя всё ещё остались какие-то вопросы? – спросил Клэр, сидя на корточках на крыше ночного поезда.

Рядом с ним на спине лежал Генри, чьё лицо было белее полотна, а глаза были широко открыты и расфокусированы, словно у мёртвой рыбы.

— Ну если ничего, то тогда пришла моя очередь спрашивать. Ты, кажется, теперь должен некоторую информацию девушке по имени Эдит, так что как насчёт того, чтобы и со мной ей поделиться, как думаешь?

Услышав вопрос Клэра, Генри, выжатый как лимон, несколько раз быстро кивнул.

— А ты так и не потерял сознание, молодчина! Похоже, ты очень выносливый. Ну, тогда вот мои вопросы. Во-первых, мне нужно узнать кое-что об одной девушке. И ещё вот что…

Клэр с сияющими от волнения глазами начал спрашивать всё, что ему хотелось, сидя на крыше несущегося по рельсам поезда.

⇔

— Ты уверен в этом? – спросил Густаво своего подчинённого, сидя в гостиничном номере глубокой ночью Нового года.

— Ошибки быть не может. Этот урод Рой встретился с Евой Дженуардо, а затем отвёл её к убежищу Гандоров. Как раз, когда мы собирались схватить их, из офиса внезапно вышла женщина, и они уехали. Я отправил несколько человек проследить за машиной, но, похоже, они добрались до частного дома вне территории их семьи.

— Мешки с дерьмом! Какого чёрта вы не убили их, как только они ступили на землю Гандоров?!

— Приношу свои искренние извинения, сэр. Я подумал, что стоит проверить, куда именно они направляются…

— Ха! Так они всё равно в итоге сбежали! Надо было их сразу стрелять, а не придумывать какие-то тупые причины!

— К-к тому же мистер Бегг сказал нам поймать его живым.

Стоило Густаво услышать имя Бегга, как он тут же побагровел от ярости.

— Да плевать, что сказал этот вымоченный в формалине идиот! А?! Кто твой босс?! Скажи! Сейчас же скажи!

— Конечно же господин Бартоло Рунората.

— Гх?!

Густаво тут же проглотил всё, что собирался сказать своим подчинённым.

Он думал, что будет произнесено его собственное имя, но вместо этого прозвучало имя Бартоло.

И в комнате в данный момент находились и другие подчинённые, так что если он сейчас выйдет из себя, то это расценят как предательство и тут же доложат дону.

— …Верно. И этот самый Бартоло Рунората назначил меня главным на этой территории. Так что мои приказы здесь – закон!

Он отлично выкрутился из этой неловкой ситуации. Правда, он был единственным, кто так думал, потому что все остальные услышали в этом лишь какое-то жалкое оправдание.

— Так… ли… это? – Бегг, который в какой-то момент зашёл в комнату, хмыкнул.

— Ты…

— Мистер… Бартоло… отдал… мне… контроль… над… всем… что… касается… наркотиков… Другими… словами… мои… приказы… о… них… превосходят… твои.

Бегг ухмыльнулся, на что Густаво бросил на него раздражённый взгляд.

— Однажды ты поймёшь, что не всегда всё будет так, как тебе хочется.

В глазах Густаво виднелись нескрываемая ненависть и желание убить.

— Я… никогда… так… и… не… думал… Так… что… удачи… в поимке… его… живым.

Бросив это, Бегг развернулся и направился к выходу из комнаты.

— Ох… д-д-да… вымочиться… в… фор… малине… не… такая… плохая… идея… Так… точно… не… сгниёшь.

⇔

Частный дом на западной стороне Манхэттена на окраине Адской кухни. Именно здесь жил старший из трёх братьев Гандоров – Кит. Ещё в прошлом году все братья жили в одной съёмной квартире, но после того, как средний – Берга, женился, старшие съехали, чтобы начать жить самостоятельно. Теперь же на старой квартире остался только младший из них – Лак.

— Так, не стесняйтесь и налетайте. Изначально я планировала поужинать со своим мужем, но он всё же очень занятой человек.

— А, это, спасибо за еду.

Рой, который почти ничего не ел последние пару дней, тут же накинулся на еду.

Праздничный новогодний стол был заставлен самыми разнообразными блюдами: там были и рыба, запечённая в духовке с миндалём и итальянскими травами, и нежная баранина на косточке, и многое другое.

В конце концов даже Ева, старающаяся сохранять прежнюю вежливость, взяла в руки нож и вилку и потянулась за добавкой.

— …Очень вкусно, – похвалила девушка, всё это время хранившая молчание.

Это были по-настоящему честные, искренние слова, однако от всего этого чувства девушки запутались ещё сильнее.

Женщина перед ними – Кейт – ни капли не напоминала жену босса мафии, но с этим ничего нельзя было поделать, ведь она сама призналась в этом. И она была женой человека, который убил её старшего брата – Далласа. Ева понятия не имела, что делать, сидя лицом к лицу с этим человеком.

— Слава богу! Честно сказать, я беспокоилась, что моя стряпня не придётся вам по вкусу.

Несмотря на нежную улыбку на лице Кейт, от неё всё ещё исходила какая-то странная аура, будто она была нереальной, мимолётной, слово созданной из тумана.

— Тогда давайте вернёмся к тому, о чём мы говорили… – чтобы немного отвлечься от собственных запутанных чувств, Ева решила взять инициативу на себя и перейти сразу к делу.

Они с Роем приехали, потому что, похоже, изначально Кит планировал вернуться сегодня ночью к Кейт на праздничный ужин по случаю Нового года. Однако, судя по всему, у него появились срочные дела, и он не пришёл.

— Эм, вы не знаете, когда я могу встретиться с ним?

— Понимаете, он из тех, кому приходится каждый день сталкиваться с неожиданными обстоятельствами… Но, думаю, когда он разберётся со всеми нынешними проблемами, он снова будет возвращаться домой каждый день.

— Проблемами?

— Я сама не знаю деталей. Он никогда не говорит о работе дома… Мне кажется, что именно поэтому он старается реже появляться здесь в последнее время.

Сказав это, Кейт улыбнулась, и в этой улыбке смешались воедино счастье и одиночество.

— Это… он же мафиози, верно?

Хмпх! Услышав слова Евы, Рой подавился чаем.

— М-мисс Ева! Ну нельзя же так прямо.

— Э, но ведь…

Наблюдая за дуэтом, Кейт лишь мягко улыбнулась.

— Верно, хотя официально он обычный управляющий в концертном зале джазовой музыки.

Скорее всего, догадываясь об их мыслях, и из-за того, что гости произвели на женщину приятное впечатление, Кейт решила немного рассказать о работе своего мужа.

— Эту семью основал их отец. Однажды босс синдиката, в которой состоял отец Кита, внезапно вызвал к себе одного руководителя и сказал, что хочет отдать ему часть их территории. Хотя это казалось довольно странным, руководитель – отец Кита – с радостью согласился на данное предложение. И сразу после этого они оказались втянуты в ужасный конфликт, так что от изначальной территории осталась лишь совсем крошечная часть. Так получилось, что на эту территорию претендовала одна крупная семья. Бывший босс узнал об этом, но он не мог просто сбежать, так что, пытаясь сохранить своё достоинство, он передал эту территорию ничего не подозревающему отцу Кита. И после этого он сбежал, забрав с собой все накопления их семьи… Вот, что мне рассказывали.

Рой и Ева уже закончили есть, так что Кейт стала убирать со стола, продолжая свой рассказ, который звучал так, словно она вспоминала о собственном прошлом.

— Итак, у семьи осталась совсем небольшая территория, верно? Однако удивительно, что отец Кита, который был старомодным, но волевым человеком, смог сохранить семью. Он всегда говорил: «Я не могу дать исчезнуть организации, полученной от своего босса». В конце концов, он умер в довольно раннем возрасте от больного сердца и переутомления. Итак, сыновья унаследовали волю своего отца и до сих пор защищают эти земли. Так мне рассказывал сам Кит. Хотя ситуация всё ещё неспокойная и их продолжают постоянно втягивать в конфликты. Меня и саму два раза чуть не убили.

— Тогда почему же вы остались с таким опасным человеком?

Хотя Ева догадывалась, что это довольно невежливый вопрос, она всё равно не сдержалась и спросила. Кроме того, девушке казалось, что Кейт не обидится и ответит.

Женщина спокойно вымыла все тарелки и села за небольшой орган в углу комнаты.

Мельком взглянув на гостивший у неё дуэт, Кейт скользнула тонкими пальцами по клавишам.

Органная музыка словно наполнила сердца Роя и Евы самыми разными чувственными образами.

Когда мелодия началась, она была наполнена беспокойством и сомнением, но затем она стала медленно изменяться, словно сливаясь с эмоциями дуэта.

Хотя перформанс длился всего около пяти минут, он полностью стёр страхи и тревоги Роя и Евы, помогая им обрести гармонию.

Когда прозвучали последние ноты и выступление подошло к концу, и Ева, и Рой невольно начали аплодировать.

— Это просто замечательно, нет, потрясающе!

— Вы не смотрели на ноты… Это была импровизация?

Услышав вопрос Евы, Кейт еле заметно кивнула.

Вплоть до 1927 года на мировом рынке правило немое кино.

Кинотеатры нанимали различных музыкантов, чтобы те аккомпанировали показам широкого спектра разнообразных немых фильмов. Иногда они должны были играть написанные для места или фильма мелодии, а иногда им приходилось импровизировать. Такова была мода того времени.

Кейт работала органисткой в одном довольно крупном кинотеатре, и никто не мог отрицать её талант. Она могла с лёгкостью импровизировать, подстраиваясь под самые незначительные детали. Иногда она меняла мелодию отталкиваясь от количества зрителей, иногда от погоды, но в любом случае её выступления всегда идеально подходили под ту или иную ситуацию.

Но это произошло в тот самый год. Эра немого кино подошла к концу.

Кинематографы разработали систему, известную как витафон, или же, другими словами, то, с чего началось «звуковое кино». Его популярность началась с премьеры первого фильма, снятого по этой системе – «Дон Жуана» – которая состоялась годом ранее, и именно тогда в мировом кино произошла настоящая революция.

В этом году прогремела премьера первого музыкального полнометражного фильма «Певец Джаза», о котором тут же начали говорить по всему городу. И было решено, что он будет показан и в кинотеатре, где работала Кейт. Стоило сообщить об этом, как ещё за несколько дней до первого сеанса перед зданием мгновенно выстроилась огромная очередь.

Среди этой толпы людей находилась и Кейт.

В отличие от остальных ей не хотелось поскорее испытать эту систему звукового кино или послушать песни в исполнении главного актёра – Эла Джолсона. Потому что если вдруг подобное кино станет популярнее, чем немое, то она и её коллеги останутся без работы.

Кейт казалось, что какая-то запись была лишь блеклой пустышкой на фоне живой музыки. Перформансы, что исполняла она, ни за что не проиграют. И чтобы прогнать свою тревогу, она решила войти в кинотеатр с сардонической улыбкой на лице и высмеять это нововведение.

Она заняла своё место, в тишине ожидая начала показа.

Орган, за которым всегда кто-то сидел, чтобы аккомпанировать фильму, сегодня накрыли куском чёрной ткани.

Неважно, какие там будут песни или музыка, она не проиграет им. Ни за что.

Какая бы прекрасная музыка ни звучала в этом фильме, она сможет сыграть лучше.

И вот фильм начался.

Интересно, какая начнёт играть музыка или, возможно, сразу прозвучит песня?

Однако несмотря на то, что изображение появилось, зал всё так же окутывала тишина.

Неужели проблемы с аппаратурой? Стоило Кейт подумать об этом, как на экране появился Эл Джолсон.

Значит песня. Кейт мысленно приготовилась начать насмехаться над происходящим, как наконец прозвучали первые звуки.

И ими оказались оглушительные аплодисменты… людей с экрана.

В следующее мгновение Кейт осознала, что плачет.

Я проиграла.

Это был звук, которого она никак не ожидала. Вряд ли создатели сделали это намеренно, но всё же. В этот момент Кейт поняла одно. Это был звук, который ни она, ни один из её коллег не был способен исполнить. Девушка почувствовала, как она: та, кто собиралась одолеть все услышанные здесь песни и мелодии, та, кто собиралась смеяться от души – превратилась в жалкое и ничтожное существо. И, помимо этого, она поняла, что её мышление было невероятно оскорбительным по отношению к остальным исполнителям.

«Подождите, подождите минутку…»

В то время как по её щекам текли горячие слёзы, прозвучала первая речевая реплика.

Эти слова, которые впоследствии станут знамениты по всему миру, пронзили Кейт в самое сердце.

«…Вы ещё ничего не слышали.»

Кейт плохо помнила, что произошло после. Множество других реплик и концовка всё равно шли интертитрами, однако девушке было уже всё равно. И её, и остальных зрителей до глубины души тронули песни Джолсона.

После этого кинотеатры по всей стране начали переходить на звуковое кино, а немые фильмы стали в срочном порядке переделывать в звуковые.

Кейт, как и все остальные, попала под сокращение и сменила множество профессий, чтобы заработать хоть что-то.

Но однажды к ней подошёл странный мужчина. Он был немногословен, и с первого взгляда становилось понятно, что вряд ли он был законопослушным гражданином.

Кейт недоумевала, пытаясь понять, что ему от неё нужно, как вдруг мужчина тихо сказал:

— В каком из кинотеатров я могу услышать ваш аккомпанемент? В наше время в фильмах не видишь, кто исполнитель, так что я не понимаю, кто есть кто.

Сначала девушка подумала, что он над ней издевается, однако, похоже, этот мужчина в самом деле приходил в кинотеатр, надеясь услышать её игру.

После мужчина больше ничего не сказал, сохраняя молчание.

Затем она узнала, что этот человек был боссом семьи Гандор, и в итоге девушка заинтересовалась его жизнью.

Со временем узнавая всё больше об этом мужчине, которого звали Кит, Кейт вдруг поняла, что хочет играть для него.

Потому что он сам был своего рода немым фильмом.

Кейт любила говорить о Ките. И в контрасте с этим она предпочитала не распространяться о себе.

Так что, чтобы избежать вопроса Евы, она и села за орган, устроив это импровизированное выступление.

Юная девушка, что сказала: «Я хотела бы встретиться с боссом семьи Гандор», и её спутник, который говорил: «Я не уверен, хочу ли встретиться с ними, ум, на самом деле, я никак не могу».

С точки зрения Кейт, этих двоих свели вместе какие-то сложные и запутанные обстоятельства. Ева была полна тревоги и ожиданий. В то же время Рой боялся, однако намеревался завершить что-то.

Но в одном Кейт была уверена: они не плохие люди. И для неё этого было вполне достаточно, так что женщина не пыталась разузнать ещё что-то.

— Вы ещё хотите вернуться домой сегодня ночью?

Услышав этот вопрос, дуэт переглянулся. Рою, который и представить не мог, что его будет разыскивать Эдит, возвращаться было попросту некуда. А Ева знала, что если она вернётся сейчас, то выйти наружу у неё уже не получится.

Глядя на их выражения лиц, Кейт слабо улыбнулась.

— В таком случае можете остаться здесь. А уже завтра вечером сходим в офис ещё раз.

⇔

Глубокая ночь, новостное издательство.

Сидя на месте главного редактора, Николас глубоко затянулся, уставившись невидящим взглядом куда-то в пространство.

Я уже даже не помню, сколько я здесь работаю.

Николас устроился в эту газету после того, как ушёл в отставку с должности военного разведчика. Он тратил все свои силы на работу здесь, и, кроме того, он учил коллег-азиатов тому, как обращаться с огнестрельным оружием и где его покупать, чтобы местные брокеры в случае чего могли дать отпор окружающим их преступным организациям.

Но этого недостаточно. Совершенно недостаточно.

Учитывая то, что он работал в информационном агентстве, он знал, что их может поджидать, и даже вооружив всех в редакции, парень всё равно не мог отделаться от внутренней тревоги. Это было частью данной профессии.

Владение информацией подразумевало и то, что ты всегда будешь оказываться под её влиянием. После опыта работы в военной разведке для Николаса это стало неоспоримым фактом.

Информация – сила. Но это не та сила, которой может владеть и манипулировать лишь один человек. Это всё равно, что погода. Мы можем прогнозировать её, но мы не можем контролировать её. Мне правда хотелось бы, чтобы Генри наконец это понял…

Стоило парню подумать об этом, как входная дверь в редакцию медленно распахнулась.

— Генри!

На пороге появился до ужаса бледный молодой человек.

— Эй, ты как? Ты вообще живой?

Николас тут же бросился к коллеге и в последний момент успел его подхватить. Глаза Генри были широко распахнуты, а всё его тело дрожало, будто кто-то изнутри стучал по его костям.

Его взгляд был расфокусированным, а дыхание хриплым и судорожным.

— Сукин сын… Вино, ублюдок, и надо было заходить так далеко?

Жалуясь на кого-то, кого в настоящий момент не было поблизости, Николас проверил, что жизни Генри ничего не угрожает.

— Что ж, похоже, страху ты натерпелся сегодня сполна… Ну, может, поумнеешь немного.

Даже хотя Генри слышал эти слова, его сознание начало быстро ускользать, и как раз перед тем, как парень лишился его окончательно, его потрескавшиеся губы разомкнулись, и он полушёпотом пробормотал:

— Я узнал… эта информация… сила… моя…

Николас посмотрел на бесчувственное тело Генри и пробубнил себе под нос:

— Чёрт, вот поэтому продажу информацией и нельзя назвать достойной работой.